Игорь Калетник: "Нам нужны кардинальные изменения приоритетов в экономике"

Юрий Сколотяный 18 января 2013, 20:50
kaletnik

Читайте также

Первый вице-спикер Верховной Рады Украины Игорь КАЛЕТНИК в интервью для ZN.UA — о реалистичности намерений улучшить качество законотворческой работы украинского парламента, необходимости пересмотреть госбюджет и приоритеты государственной экономической политики, оптимальных путях детенизации экономики и объединении Таможенной и Налоговой служб, особенностях ситуации на рынке нефтепродуктов и учета их импорта, а также о многом другом.

О порядках, процедурах, регламентах

— Игорь Григорьевич, своей главной задачей на посту первого вице-спикера вы назвали повышение эффективности законодательной деятельности парламента в направлении экономической политики. За счет каких конкретно мер вы предлагаете это сделать?

— Когда мы анализировали законодательную деятельность парламента прошлых созывов, то пришли к выводу, что у нас каждый день рассматриваются разные технические законопроекты, которыми вносятся различные дополнения и изменения в уже существующие законодательные акты, т.е. изменения в изменения. Складывается такое впечатление, что Верховная Рада работает как пожарная машина, выхватывая какие-то "горящие" куски то отсюда, то оттуда, а в целом четкая системная работа отсутствует.

На самом же деле все наши субъекты законодательной инициативы — народные депутаты, Кабинет министров, президент и Национальный банк — должны, прежде всего, обеспечить надлежащий уровень подготовки законопроектов перед их подачей в парламент.

Как этого добиться? Например, в отношении Кабинета министров необходимые рекомендации у нас уже есть. У меня состоялась соответствующая беседа с новоназначенным первым вице-премьером Сергеем Арбузовым, который по распределению обязанностей ответственен за взаимодействие правительства с Верховной Радой. И обсуждали мы именно необходимость отладки более четкой и системной работы над законодательными инициативами правительства как органа, обобщающего все инициативы министерств и ведомств в интересах экономики и отдельных отраслей. Ведь сейчас эти процессы проходят порой настолько хаотично и бессистемно, что никто не может четко ответить на вопрос: а какова же конечная цель и действительно ли благодаря внедряемым мерам будет обеспечен надлежащий результат?

То есть в объяснительной записке к каждому законопроекту должны содержаться более глубокий анализ существующей ситуации и рисков, а также того, каким был эффект от предыдущих мер, и более аргументировано обосновываться ожидаемый эффект от реализации каждого из предложенных законодательных изменений.

Кроме более системной подготовки каждого законопроекта, должен быть обеспечен и надлежащий парламентский контроль по его имплементации и того, насколько эффективно он работает.

Следующая составляющая — это работа в комитетах как самой главной площадке по отработке законопроектов перед подачей в парламентский зал. Мы сегодня достигли взаимопонимания и в комитетах, и с народными депутатами, чтобы у нас четко соблюдалась надлежащая процедура. Если возник сложный и дискуссионный вопрос, если есть несколько альтернативных подходов к его решению, то уже на первом этапе следует создавать соответствующие рабочие группы и в рамках комитета проводить обсуждение с общественным активом тех или других отраслей.

Чрезвычайно важный этап — комитетские слушания, которые должны проводиться регулярно (оптимально — каждые две-три недели, минимум — раз в месяц), чтобы обеспечить надлежащее качество подготовки законопроектов, ведь именно тогда будет возможность выслушать все заинтересованные стороны и экспертов.

Следующая дискуссионная площадка белее высокого уровня — это парламентские слушания. Их нужно по возможности чаще использовать для обсуждения самых сложных проблем. Например, тот же Налоговый кодекс, за полтора года после принятия которого в него уже внесены сотни поправок. Вывод — нужно такие важные вопросы рассматривать не задом наперед, чтобы потом снова не тушить бесконечно пожары. Каждую законодательную инициативу необходимо тщательно анализировать и детально обсуждать, чтобы допускать минимум ошибок.

— Это все в основном теория. А что на практике?

— Все возможности отработать этот процесс сегодня есть. Довольно конструктивную работу налаживают в комитетах. Мы готовы в рамках парламента проводить и обеспечивать рассмотрение законопроектов именно по процедуре полного обсуждения. И это — важный критерий повышения качества законодательной работы, так как именно в этом случае будут выслушаны все позиции и принято взвешенное решение.

И в завершение еще одно важное процедурное условие — это надлежащий уровень представительства министерств и ведомств. На заседания комитета, безусловно (мы поднимаем сегодня вопрос перед Кабинетом министров), должны приходить чиновники не ниже заместителя министра. Конечно, заместитель министра может и должен приводить с собой руководителей профильных департаментов, специалистов, экспертов. Но уровень заместителя министра должен быть обеспечен, только тогда может идти речь о более эффективной работе в комитетах.

В парламентском зале представлять законопроекты должны министры, как это и предусмотрено процедурой. В этом случае не только они сами будут глубже вникать в вопрос, уделяя должное внимание уровню представления законопроектов, но и благодаря этому наладится конструктивное сотрудничество между исполнительной и законодательной ветвями власти.

— Все эти предложения предполагают изменения в действующий регламент, которым руководствуется Верховная Рада?

— Ничего не нужно менять.

— То есть фактически действующая нормативно-правовая база все эти процедуры уже предусматривает, и надо просто заставить членов правительства и депутатов выполнять законы? Как, ведь до сих пор это не удавалось сделать?

— Во-первых, все указанные вопросы мы уже обсуждали с руководителями парламента и комитетов — и они были очень положительно восприняты. Во-вторых, такие же вопросы мы поставили перед правительством, и здесь у нас тоже есть полное согласие. В-третьих, и сами народные депутаты нынешнего созыва настроены на четкое соблюдение соответствующих норм и требований. Сложилась уникальная ситуация, когда есть желание каждой из заинтересованных сторон реализовать свои права, выполнив, прежде всего, обязанности.

О бюджете и источниках его наполнения

— Вы можете дать гарантию, что в ходе рассмотрения таких важных для государства законопроектов, как, например, госбюджет, уже не повторится прошлогодняя или позапрошлогодняя ситуация с их утверждением без фактического обсуждения? Компартия не голосовала за госбюджет в декабре 2012-го, однако его приняли и почти сразу же начали говорить о необходимости его пересмотра...

— Мы уже обсуждали этот вопрос с главой Верховной Рады. Есть очень четкий и серьезный настрой, что парламент в рамках своих законодательных и контрольных функций должен требовать от правительства и от самого себя надлежащего соблюдения процедур. Есть четкие регламентные сроки бюджетного процесса — их надо соблюдать. У нас как раз в отношении госбюджета есть четко установленные законом требования, когда и как должен быть представлен его проект, кто должен его представлять и какова процедура его рассмотрения в парламенте.

И вы абсолютно правильно отметили, что Коммунистическая партия не голосовала за бюджет-2013. Традиционно бюджетом недовольны все, такая уж сложилась практика принятия этого документа в Верховной Раде. Однако главная беда бюджета-2013 — он не является бюджетом развития.

Как, например, можно голосовать за бюджет, в котором нет надлежащего финансирования социального сектора? На последний квартал вообще "забыли" заложить средства на зарплату бюджетникам. Этот вопрос требует первоочередного пересмотра.

Кроме того, в текущем году правительству придется отдать свыше
81 млрд грн на погашение государственного долга, это при условии, что курс гривни будет относительно стабильным. Эта сумма на 15 млрд превышает прошлогодний аналог. Однако аппетиты, как говорится, разыгрались, и Кабмин планирует продолжить брать деньги в долг у банков ЕС. В основном на очень затратные инфраструктурные проекты.

В бюджете-2013 объем государственных гарантий возрастает по сравнению с прошлым годом в десять раз — до 50 млрд грн. В том числе на проекты Государственной службы автомобильных дорог, которая и без того в 2013-м получит почти 1,5 млрд долл. (!) кредитных средств, одолженных у трех европейских банков.

Тем временем почти в восемь раз сокращена программа финансирования по поддержке мер в агропромышленном комплексе: всего 97 млн вместо свыше 800 млн грн в 2012 г.. Хотя именно аграрная отрасль, я убежден, может дать украинской экономике главный толчок к развитию.

Главный недостаток бюджета-2013 в том, что это — бюджет стагнации. По оценкам большинства экономистов, Украина уже вошла в состояние рецессии. Буквально в ближайшее время статистика озвучит итоги 2012 г., однако по данным 11 месяцев можно сделать вывод, что мы возвращаемся в 90-е годы.

Да, нынешний бюджет будут пересматривать по результатам первого квартала, однако в какую сторону? Ведь был заложен рост ВВП на 3,4%, под него выполнены все расчеты. Однако перспектив такого роста экономики в этом году пока не видно. Поэтому рассчитывать на существенное улучшение социальных стандартов жизни украинцев пока довольно сложно.

Вывод следующий: нам нужны кардинальные изменения приоритетов в экономике. Сокращение неэффективных капитальных расходов, пересмотр льгот для отдельных категорий бизнеса, возврат государству собственности. На этом настаивают и в дальнейшем будут настаивать коммунисты. Но всего этого не было в бюджете-2013, поэтому мы за него и не голосовали.

— А как относительно возможных бюджетных изменений?

— Бюджетные изменения, которые будут, как я предполагаю, уже в начале марта, мы будем очень глубоко изучать, внимательно смотреть, чего они касаются и как именно
влияют на социальную политику, насколько будет возможно повысить стандарты жизни наших граждан. И после этого будем определяться. Это то, что касается позиции фракции.

Что касается позиции относительно соблюдения процедуры рассмотрения, то она, безусловно, должна быть обеспечена. Госбюджет ни в коем случае не может приниматься впопыхах за одну ночь, он должен пройти соответствующую процедуру рассмотрения в комитетах, доклада на пленарных заседаниях, и мы будем этого добиваться.

О детенизации и стимулах

— Анализируя госбюджет, вы ссылались в основном на его расходную часть. Но вы являетесь одним из самых компетентных специалистов в сфере поступлений, в частности таможенных. Видите ли вы реальные источники для повышения доходов без увеличения давления на легальных предпринимателей?

— Безусловно, ни в коем случае сегодня нельзя идти путем усиления давления на бизнес. Ведь пока у нас было обычно так: кто платит — на того еще больше наседают. Поэтому один из главных акцентов надо сделать на детенизцию внутреннего рынка, на устранение существующих незаконных схем минимизации уплаты налогов. Нужно очень серьезно заняться вопросами вывода средств в офшоры, пересмотра необоснованных налоговых льгот, обеспечения нормальной конкурентной среды, детенизации зарплат и т.д. Бесспорно, необходима уплата налогов в максимально полном объеме. Официально работать должно быть выгоднее, чем в тени. Это то, что должно обеспечить новообразованное Министерство доходов и сборов.

— ZN.UA уже публиковало информацию о намерениях правительства внедрить упомянутые вами меры. Вы верите в возможность их прохождения через парламент, если конфликты возникли уже даже на этапе правительственного согласования?

— Чтобы ответить на этот вопрос, вернемся к предыдущим. Главное, на мой взгляд, — обеспечить надлежащую подготовку законопроектов и отработку необходимых регламентов и процедур. Если правительство сможет обосновать необходимость внедрения соответствующих мер, если относительно них будут проведены экспертные обсуждения и общественные слушания и при этом удастся доказать их полезность для экономики и государства, то почему нет? И это именно тот случай, когда открытая и прозрачная процедура рассмотрения и обсуждения хотя и кажется более длительной и сложной, на самом деле является вполне справедливой и единственно правильной. Ведь только в таком случае удастся обеспечить необходимую публичную легализацию и общественную поддержку, а следовательно, надлежащую имплементацию этих инициатив.

— А как определить, будет больше пользы или вреда, поскольку точно будут аргументы как "за", так и "против"? Ведь ожидаемый рост бюджетных поступлений — это, так или иначе, увеличение фискального давления на бизнес.

— Да. Но главный вопрос, об увеличении давления на какую его (бизнеса) часть — легальную или неофициальную — идет речь? В упомянутых вами мерах, насколько мне известно, речь идет именно о противодействии теневым потокам и операциям. Кроме того, предполагаются и меры по стимулированию легального производства — упрощение администрирования, снижение некоторых ставок, в частности единого социального взноса. Ведь очевидно, что одними запретами здесь не справиться, нужны стимулы.

Однако, на мой взгляд, только
фискальными мерами не обойтись. Увеличение поступления средств нужно достигать и за счет улучшения легального функционирования национальных производителей, обеспечения максимально комфортных условий для их деятельности.

В частности, сегодня нужно очень серьезно заниматься вопросами, связанными с реализацией программы импортозамещения, и другими мерами по стимулированию внутреннего рынка. Ведь развитие производств на территории Украины — это и новые рабочие места, и, как следствие, заработная плата, уплата налогов внутри страны, рост бюджетных поступлений. Такой вот возникает замкнутый цикл.

Если же наш замкнутый цикл (а точнее, порочный круг) направлен исключительно на закупку импортных товаров, то это ошибочный путь, который приводит к развитию чьей-то экономики, но не отечественной. Импортировать следует только те виды продукции, которые у нас не производятся или не растут из земли. А вы пойдите на рынок, там даже традиционную сельскохозяйственную продукцию продают откуда угодно — из Азербайджана, Армении, Турции... Неужели нет возможности выращивать картофель, помидоры и даже укроп на территории Украины?

Такая же ситуация и в более материалоемких отраслях. Возьмем, к примеру, нефтепереработку. Из шести украинских нефтеперерабатывающих заводов на сегодняшний день работает лишь один — Кременчугский. Но и он загружен лишь на треть от своей проектной мощности, обеспечивая топливом в основном собственную сеть АЗС, так как качество его продукции не отвечает международным стандартам.

Переработка на нашей территории почти остановилась. Вместе с тем импорт нефтепродуктов, произведенных другими странами, составляет около 7,5 млн тонн (при потребности внутреннего рынка в 9 млн) на
7,5 млрд долл.

Вместе с тем за положительным опытом далеко ходить не надо. В соседней Беларуси, из которой поступает 50% украинского импорта нефтепродукции, Мозырский завод сегодня производит топливо стандарта Евро-5, экспортируя его в Нидерланды, Италию, Польшу и другие страны.

Нужно вкладывать средства в реконструкцию наших предприятий. Вместо импорта, у нас могут прекрасно работать Херсонский комбайновый завод, Харьковский тракторный завод и многие другие производства. Вместо "хюндаев" можно покупать поезда на Крюковском вагоностроительном заводе. За счет этого, я уверен, должна заработать наша экономика, и за счет этого мы должны обеспечить доходную часть бюджета. Опять же возникает "закольцованный" круг тех вопросов, которые я уже озвучивал.

— Вы упомянули о сложной ситуации в нефтеперерабатывающей отрасли. А не потому ли стоят заводы, что внутренний рынок Украины перенасыщен не только легальным импортом нефтепродуктов, но и полулегальным и нелегальным? Ведь компании наподобие "Ливелы", не платя налогов в бюджет, могут продавать продукцию по демпинговым, по сравнению с легальными производителями, ценам...

— Во-первых, рынок нефтепродуктов чрезвычайно прозрачный. Во-вторых, импортеры нефтепродуктов — это все известные компании, за которыми стоит большое количество лоббистов того или иного уровня. Если взять 20 крупнейших импортеров нефтепродуктов, которые импортируют 80% всех нефтепродуктов (почти
6 млн тонн), то все они (кроме "Укрпетролиумгрупп") импортировали нефтепродукты и в предыдущие годы.

При этом каждый из них имеет постоянный сегмент импорта, свою розничную сеть заправочных станций. И если на рынке появляется кто-то с внеконкурентными возможностями, то скрыть это невозможно. Если такая ситуация возникает, то она сразу становится известной. Вы напомнили о ситуации с "Ливелой". Это было связано с решениями судов высших инстанций, в том числе Верховного суда Украины, который четко требовал осуществить оформление нефтепродуктов в соответствующем режиме. Поэтому сказать, что продукция этой компании была контрабандой, нельзя. Сама "Ливела" действовала в рамках действующего законодательства и предписания Верховного суда, решение которого обязаны выполнять любые органы на территории Украины.

— А что вы скажете по поводу сигналов, что иногда горючее завозится в Украину нелегально целыми эшелонами?

— Можно оперировать непроверенными анонимными "сигналами", а можно — конкретными фактами, согласно которым объемы зафиксированных Таможенной службой нефтепродуктов совпадают с данными "Укрзалізниці" об их ввозе.

— Данные "Укрзалізниці" полностью достоверны? В ее гигантских объемах перевозок не может "потеряться" несколько составов?

— В "Укрзалізниці" на сегодняшний день одна из лучших систем электронного контроля данных перевозимых товаров. Сегодня "Укрзалізниця" практически в онлайн-режиме может ответить, где находится каждый ее вагон и что он перевозит. В ведомстве это очень четко фиксируется. Поэтому то, о чем вы говорите, в принципе нереально. Как только "Укрзалізниця" фиксирует пересечение границы, эта информация в автоматическом режиме поступает на таможню. На всех станциях перемещения через границу находятся пограничники и таможенники. Одновременно фиксируются документальные данные, что это за товар, номера вагонов и соответствующие документы к ним. Все это происходит в электронном виде.

Поэтому сказать, что сегодня существуют схемы ввоза нефтепродуктов без уплаты налогов, в каких-то значительных масштабах — невозможно. Разве что, например, в Луганской области неоднократно правоохранительные органы обнаруживали подземные трубопроводы, по которым через границу перекачивались нефтепродукты. И если брать мощности этих "трубопроводов", то они незначительны, к тому же их регулярно выявляют правоохранительные органы.

То количество, которое, возможно, теоретически проходит без уплаты налогов по такой схеме, не является критическим и не составляет проблемной конкуренции для крупных импортеров. Намного больше проблем сегодня возникает вследствие того, что нефтепродукты не производятся именно на территории Украины. Ведь почему такой проблемы нет в Беларуси, где сегодня загружены все нефтеперерабатывающие заводы и вообще нет экономической выгоды от таких незаконных сделок?

Шесть украинских НПЗ способны перерабатывать до 52 млн тонн нефти в год. В 2011 г. они были загружены только на 34%. Итак, если бы мы сегодня запустили пусть не шесть заводов, а хотя бы два, но чтобы они были надлежащим образом модернизованы и выпускали горючее соответствующего качества, то этой проблемы вообще бы не было. А так эти предприятия были за бесценок проданы в частную собственность определенным группам компаний, после чего их
фактически уничтожили. Здесь нужно ставить вопрос иначе: почему так случилось? И почему владельцы, которые при выкупе брали на себя обязательства, не выполнили их, не загрузили производственные мощности и не вложили средства в модернизацию, чтобы эти заводы заработали так, как это происходит в других странах?

Как объединять
налоговую и таможню?

— Вы упомянули о Министерстве доходов и сборов. Не жалеете, что таможня утратила обособленный статус? С одной стороны, Таможенная и Налоговая службы работают ради одной цели — наполнения бюджета, сбора налогов. Но все знают, что специфика их деятельности совсем разная. Не превратится ли это в попытку "скрестить ежа и елку"?

— Действительно, меня судьба Таможенной службы, которой я отдал 17 лет своей жизни после окончания института, чрезвычайно волнует. И я полностью поддерживаю объединение этих двух служб, но с одним предостережением — очень не хотелось бы, чтобы вместо объединения состоялось поглощение Таможенной службы Налоговой. Так как вы, бесспорно, правильно сказали, что сбор налогов — это единственное, что их объединяет.

Более того, взимание налогов — это лишь одна из немногих функций таможни. Главное в ее работе — осуществление таможенного контроля, в том числе пассажиров, транспортных средств, что во многих случаях не предусматривает взимания налогов. Еще одна функция — это борьба с контрабандой наркотиков, психотропных, ядовитых веществ, исторических ценностей, оружия, боеприпасов. Это также очень важная составляющая, которую ничем заменить невозможно.

Не говоря уж о развитии инфраструктуры, пунктов пропуска, создании комфортных условий, обеспечении и создании внутренних терминалов для субъектов внешнеэкономической деятельности. А также об обеспечении установления тарифного, нетарифного регулирования, таможенной стоимости. Это функции, которые ничем сегодня заменить невозможно.

Есть также ряд международных обязательств, в которых только Таможенная служба выступает субъектом взаимодействия. Украина в прошлом году присоединилась к Киотской конвенции, ГТСУ является членом Всемирной таможенной организации.

Поэтому таможня должна продолжать работать как структурная единица. По моему убеждению, бесперспективной будет идея, предусматривающая создание областных управлений налогов и сборов, которые объединят местные налоговую и таможню. Это — абсолютно разные направления работы и функции. То есть нужно понимать, что это государственные структуры, которые могут тесно взаимодействовать, но объединить их в единое целое на уровне областей невозможно.

Относительно же центрального аппарата идея абсолютно правильная, поскольку, бесспорно, ряд подразделений можно сегодня объединить и получить пользу не только от наполнения бюджета, но и от упрощения очень многих процедур для субъектов хозяйствования. Ведь исчезнет двойной контроль, будет одна служба аудита (обмен данными налажен еще с прошлого года), так что не будут сначала приходить с проверкой таможенники, а потом налоговики, или наоборот. Можно объединить и сократить одни и те же подразделения взимания налогов, документального обеспечения. В рамках этого объединения, бесспорно, значительно уменьшится и число государственных служащих, поскольку это логично вытекает из того, что ряд функций не надо будет дублировать. Это уже фактически и делается, сокращение почти на 5,5 тыс. человек состоится в ближайшее время, соответствующие решения приняты.

Относительно же профильных подразделений, то они должны сохранить свое направление и на уровне центрального аппарата. Речь идет о подразделениях организации таможенного контроля, таможенной стоимости, тарифного, нетарифного регулирования, экспертных исследований, борьбы с нарушениями таможенных правил. Поскольку это очень специфические направления. Служба анализа рисков в ГТСУ создавалась более 15 лет. Она полностью построена согласно требованиям наших европейских коллег и гармонизирована с европейским законодательством.

Поэтому к реорганизации нужно подходить очень взвешенно. Но могу с уверенностью сказать, что Александр Клименко — профессиональный руководитель, который в довольно короткие сроки вникнет и разберется с особенностями функционирования Таможенной службы. Ведь именно ему как министру нужно будет принимать решения, касающиеся таможенного дела. И я уверен, что он сможет это объединение осуществить на пользу как государству, так и украинскому бизнесу. И те идеи, которые у него сегодня есть, могут быть полезны для того, чтобы экономика получила от этого объединения положительный импульс.

О земельном вопросе

— Вы отмечали, что один из главных толчков развитию экономики может дать сельское хозяйство. Но возможно ли достичь этого без создания в Украине эффективного рынка земли? Если Компартия выступает категорически против продажи сельскохозяйственных земель, то считаете ли вы возможной (и на каких принципах) легализацию рынка сельхозземель, который де-факто в Украине уже существует, хотя и в теневой форме? Если нет, то какие тогда существуют альтернативы для стимулирования экономики?

Позиция Компартии полностью отвечает ее предвыборным обещаниям — коммунисты не будут голосовать за продажу земли. Думаю, нашу позицию разделят и представители других политических сил, которые во время избирательной кампании брали на себя обязательства перед украинским народом обеспечить улучшение уровня жизни.

Пока что принято политическое решение, Верховная Рада продлила мораторий на продажу земель сельхозназначения до 1 января 2016 г. И обойти его невозможно. Мораторий можно только отменить, других путей, как его обойти, не существует. Вопреки утверждению моих коллег.

Согласен, что порядок в этом вопросе наводить нужно, ведь крупные агрохолдинги уже аккумулировали по 100—300 тыс. га земли. А люди за переданные им в управление паи получают копейки.

Решить вопрос рынка сельхозземель невозможно без максимальной гласности процесса. Ведь земля для Украины, учитывая продовольственный кризис в мире, является в некоторой степени элементом национальной безопасности. Уже на протяжении 20 лет увеличение численности населения в мире опережает темпы роста производства продовольственных товаров. В этом плане значение Украины как крупного аграрного производителя будет только увеличиваться.

Даже простейшие расчеты показывают, что мы можем производить до 80—90 млн тонн зерна. При достижении сегодня той урожайности, которая была в Украине в 80-х годах прошлого века, мы могли бы без особых усилий экспортировать до 30 млн тонн зерна и до 6 млн тонн сахара. Только это могло бы дать дополнительных 7 млрд долл. поступлений в бюджет.

Однако для воплощения таких планов в жизнь нужны органические удобрения, современная техника. А у нас пока что ситуация противоположная: более половины отечественных комбайнов отработали свыше 20 лет. Именно из-за устаревшей техники Украина ежегодно теряет урожаи на сумму 8—9 млрд грн.

Коммунисты и в дальнейшем будут настаивать на законодательном запрете купли-продажи земель сельхозназначения, кроме случаев выкупа государством у крестьян земельных паев.

Но мы признаем долгосрочную аренду. Так же, как и передачу (продажу) арендных прав. Вот вам и такой желательный для кого-то рынок земли. Но рынок, остающийся под контролем государства.

Долгосрочная аренда — красивый инструмент в том смысле, что такая аренда предполагает серьезное отношение арендатора к земле. Он не будет спешить, как сейчас, за считанные годы выжать из нее все, что можно, выращивая подсолнечник, а побеспокоится о состоянии и постоянном восстановлении плодородия грунтов.

Вместе с тем, если крестьянин принял для себя решение работать на земле коллективно, сегодня есть и такие примеры, то не надо мешать, как это сегодня часто бывает. Нужно помогать.

Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
6 комментариев
  • арсений 21 января, 19:15 Создается впечатление, что сам "автор" свою статью не читал. Впрочем, если бы Калетник попытался сам поупражняться, было бы еще хуже. Сказать то ему нечего... Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Лихобаба 20 января, 23:11 1) Раздали землю. Её сдают в аренду. Так почему не разрешить продавать? 2) В этом случае можно согласиться с коммунистами, что желательно её продавать государству. 3) А вообще, много внимания земле – заводы «продали», а теперь по волосам плакать? Ответить Цитировать Пожаловаться
  • ЧМВ 20 января, 12:37 Сплошная маниловщина! Благие пожелания (для публики!), которыми устлана коммунодорога в ад. Данный Калетник либо абсолютный наивняк, что конечно же не так, либо откровенный мошенник, что более похоже на правду. Не верю ни одному его слову, особенно тех пассажей, что касаются улучшения работы ВР. Вообще детский лепет. Доказывать по пунктам нет смысла, поскольку в самом предмете обсуждения нет реального смысла, вместо которого сплошное бла-бла-бла... Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Прохожий 19 января, 19:29 Это он, кажется, предлагает отменить тесты при поступлении в вузы, ссылаясь на мнение (и откуда оно тов. Калетнику известно?) "80 проц. школьников"? Ну, спасибо товарищу. Единственную хорошую (для небогатых, заметим спец. для коммуниста) вещь, сделанную в Украине за последние годы. Где живут такие коммунисты, на какой планете? И для чего они в парламенте - чтобы изгадить то немногое, что у нас делается по человечески?
    Киевлянин 19 января, 20:35
    Тесты - это бред. Объективную оценку знаний, по крайней мере гуманитарных, может дать только устный экзамен с билетами и ответами в лицо преподавателю. Интервью не об этом.
    Прохожий 20 января, 00:24
    Вот как раз личная оценка преподавателя - арприорно вещь довольно субъективная, даже если он человек честный, независимый и беспристрастный. И найдите таких достаточно. Тесты реально уменьшили коррупцию. А иначе наша "интеллигенция" будет брать и брать. Май готт, сколько у нас тут, в Галичине, таких важных интеллигентов, при званиях, кои не стесняясь, берут взятки, под рефрен о духовном возрождении. Плюс - блат, просьбы, в т.ч. и от начальства, да и дефекты характера некоторых вузовских деятелей. Без тестов - не поступишь без взятки и блата!
    Ответить Цитировать Пожаловаться
Реклама
Последние новости
Курс валют
USD 25.29
EUR 28.59