Владимир Прокопив: "Все ключевые предприятия, обеспечивающие жизнедеятельность города, должны находиться под его контролем"

прокопив

Читайте также

 

 

Недавно истекло 100 дней работы Киевской городской рады нового созыва. Перед этим органом стоит много задач, а в контексте запланированной децентрализации его влияние будет только возрастать. Владимир Прокопив успел поруководить земельной комиссией в предыдущем созыве Киеврады, а в новом — уже сел в кресло секретаря Киеврады — заместителя городского главы. ZN.UA встретилось с лидером очередной молодой команды и попробовало выяснить его видение развития столицы.

Владимир Владимирович, в свои 32 года у вас немалый политический опыт. Поэтому будем говорить  откровенно. Вы непосредственно связаны с Сергеем Березенко и Игорем Кононенко — соответственно левой и правой рукой Петра Порошенко, т.е. по сути являетесь представителем если не президента Порошенко, то бизнесмена Порошенко. Каковы ваши обязанности в этой части?

—Во-первых, относительно того, кто и каким образом меня связывает. Я себя всегда позиционировал как независимый человек. Это мое глубокое убеждение. Если я тесно связан с кем-то из политиков, то, наверное, это следует признать. Я многому научился у Льва Лукьяненко, Анатолия Матвиенко, самого Петра Порошенко. Теперь учусь у Виталия Кличко. Есть ли у меня перед ними определенные  обязательства? Кроме некоторых моральных, ни перед кем никаких.

Кстати, о Кличко. Вы осознаете, что для политико-делового круга первым лицом столицы является не Кличко, которого на самом деле не воспринимают всерьез как политического субъекта, а именно вы?

— Это не так. Первым лицом в городе является мэр Кличко. Люди, не воспринимающие его как главного человека, ошибаются. Мэр думающий, мэр сам принимает окончательные решения в любом случае. И это иллюзия, когда кто-то считает, что есть какой-то человек или группа людей, которые могут принять решение без влияния на это городского головы. Что касается восприятия меня как первого лица в городе — думаю, рановато делать такого рода авансы. Во-первых, у меня нет амбиций такого плана, а во-вторых, сейчас вижу перед собой совсем другие функции и задачи.

В свое время Кличко-политик сделал себе имя на политической борьбе с Леонидом Черновецким. Теперь, по сути, люди Черновецкого у власти. Кто сейчас в Киеве чувствует себя  увереннее — Кличко или Супруненко?

—Я не знаю, как чувствует себя Супруненко. Судя по последним событиям вокруг объектов, которые с ним связывают, наверное, не очень хорошо. Я сейчас говорю об участке, где разбит сквер Небесной сотни. Позиция города четкая — мы ничего не позволим там строить. Все спекуляции по этому поводу политиков — детали. На самом деле речь идет о том, каким путем мы пойдем, чтобы там был сквер Небесной сотни, — либо это будет путь судебный, либо выкупа земельного участка для общественных нужд, либо какой-то иной путь. Но это решение окончательное, и я уверен, что мы обеспечим результат. 

В 2011-м ZN.UA опубликовало материал, в котором содержится перечень из 48 объектов, присвоенных молодой командой Черновецкого. Компании, связанные с Супруненко, сейчас активно выигрывают суды относительно  объектов, которые в свое время, грубо говоря, Попов забрал у Черновецкого. 

—Например? Давайте конкретнее. Я готов отвечать, ибо хорошо владею материалом. Я горжусь работой юридического управления Киевской городской рады. Мы не проиграли за последние два года ни одного принципиального суда. Кроме решений Киеврады, по которым с самого начала  выносились  правовые выводы юридического управления, а оно, кстати, говорило: ребята, не принимайте это решение, потому что мы его не удержим в суде. Были разные политические ситуации, когда фракции настаивали, и те или другие решения Киеврада принимала. Никому, кто хотел из города получить, то ли это те люди, о которых вы говорите, то ли другие  — много есть миллионных исков,  — город не проиграл ни одного суда и не отдал ни копейки. Нет больше практики, когда не пришли в суд, забыли, поддались — мы вычеркнули такую работу из деятельности Киеврады.

Например, объект на Бориса Гринченко, 3-а. Компания "Милагро", связанная с Супруненко, через суд отменила решение о возврате этого объекта в коммунальную собственность. Именно 16 марта должно было быть слушание во ВХСУ.

—Не готов доложить по поводу этого конкретно объекта. Но относительно  каждого объекта, которые город  забрал, отдельная тема для разговора — как их  забрали. Город также не может быть рейдером. Если вы считаете, что какие-то решения были незаконны, то их нельзя так же незаконно возвращать другой стороне. Из-за этого у нас теперь и проблемы. Если бы проблемы, которые создал Черновецкий, Попов решал законным способом, мы бы не имели судебных исков. Я подозреваю, что это было связано с тем, что забирали у одних не для возврата  городу, а для передачи другим. И я не соглашаюсь, что город с кем-нибудь из олигархов или других влиятельных лиц играет в поддавки. 

По нашим данным, претенциозная работа как раз ведется на очень низком уровне, часто представители городской власти даже просто не являются в суды относительно  довольно-таки важных объектов.

—На примере сквера Небесной сотни объясню ситуацию. Люди не разбираются — КГГА, Киеврада, департамент какой-то… Прокуратура совместно с КГГА вышла с иском против решения Киеврады, предусматривавшего  продажу земельного участка субъекту. Это решение обжаловано. Представитель Киеврады, в случае его явки в суд, должен защищать решение Киеврады. Вместо этого юристы КГГА совместно с прокуратурой подают жалобу на решение Киеврады. Понятно, о чем речь идет. Могут ли у меня быть претензии к юристам Киеврады и к их позиции, как они ведут себя в этом деле?

Сейчас в Киевраде коалиция зависит от фракции Омельченко. Как вам удается справляться с этой "золотой акцией"?

—А у меня шикарная ситуация, потому что коалиция зависит от всех пяти фракций. Любая из фракций вместе с "Солидарностью" имеют коалицию. И практически по каждому вопросу находится достаточно голосов. С одной стороны, будто бы у фракции "Единство" "золотая акция", а с другой — у каждой  из остальных фракций также есть эта "золотая акция". 

С фракцией "Единство" нормальные рабочие отношения? 

—Новый закон, кроме того, что в нем много недостатков, имеет и определенные  плюсы. По списку у них, если я не ошибаюсь, всего четыре человека, остальные — мажоритарщики. Пройти мажоритарку просто так мало  кому удавалось. Большей частью это — самодостаточные мыслящие  люди. Которых можно убедить не выполнять бездумно решения партийной верхушки,  не разобравшись, правильное оно или нет. Человек думает и принимает решение. Поскольку, кроме того, что партия сказала, еще надо возвращаться в округ и смотреть людям в глаза. Из-за этого, когда вопрос правильный, и просто кто-то пытается его "завалить" по тем или иным политическим причинам, адекватные аргументы прямо в зале люди воспринимают. Что же, ребята, ваше неголосование   этого вопроса стоит городу, к примеру, 30 млн грн. Вы берете на себя ответственность за то, что город потеряет эти средства? А голосование поименное, и я напечатаю в газете "Крещатик" и вывешу на сайт фамилии тех, кто в этом виноват. И депутатам трудно, несмотря на партийную принадлежность.

— Можете ли вы привести пример, когда вам пришлось не поддержать интересы своих политических партнеров ради интересов города?

—Трудно вспомнить что-то существенное… Наверное, могу. Не теперь, на должности секретаря, а на должности  головы земельной комиссии мы отменили  десятки, возможно даже сотни договоров аренды, существование которых противоречило здравому смыслу. На заседании комиссии, где отменялись договора аренды, или перед сессией я отключал телефон, потому что это невозможно было вытерпеть. Но решения приняты, договора аренды упразднены. Кто-то  еще пытается бороться в судах, кто-то уже даже не пытается, ибо я четко  объяснял, что это противоречит здравому смыслу. И не важно, кто мне пытается звонить по телефону, я не изменю своего мнения. Если меня будут пробовать "пережать",  напишу заявление. 

Я не держался за кресло головы комиссии и не держусь за кресло секретаря. Более того, я не знаю, насколько наших партийных, но точно больших застройщиков и большинство олигархов это задевает: 25 лет никто не мог наложить, неизвестно почему (точнее, мне известно, почему), мораторий на застройку в центре столицы. Это же так просто — запретить любое строительство в пределах буферной зоны Софии киевской и Лавры. Это решение писалось час, принималось час, а на подготовку ушло 25 лет. 

Почему я пришел  и сумел принять это решение, и никто не смог мне помешать,  но и никто до сих пор этого не делал? Мне говорили: ты еще молодой  и не понимаешь, куда лезешь; еще  никто никогда из народных депутатов, когда уже они что-то выстроили, ничего не снес, и ты не снесешь. Я потом хотел найти того, кто мне это говорил, когда сносили этажи на Десятинном переулке, в доме, о котором говорили, что с ним уже ничего невозможно сделать. Наверное, возможно.

— Бюджет Киева нуждается в существенных вливаниях, городская власть постоянно говорит о необходимости привлечь инвестиции. Какие вы можете назвать запланированные на ближайшее время большие  инвестиционные проекты? Каковы объемы и источники их финансирования?

— Мы запланировали и анонсировали на 2016 г. проектов приблизительно на 10 млрд грн, это то, что  посчитали. Не знаю, насколько корректно анонсировать детали в печати, пока не подписаны все договора с инвесторами. 

Это средства из-за рубежа или украинские?

—Преимущественно  это зарубежные средства. Хочу подчеркнуть, что Киев имеет уникального мэра в этом плане, это человек, которому  доверяют  практически во всем мире. 

— Можете назвать  хотя бы сферы, в которые придут эти средства?

—Медицина и инфраструктура.

Об этих проектах уже раньше заявляло Киевское инвестиционное агентство?

— Это не учитывая всех объектов, над которыми работает КИА. Это то, чем занимается городской голова в рамках международных переговоров.

 

— По данным участников рынка, объем задолженности по паевым взносам застройщиков составляет свыше 1,5 млрд грн. Так ли это? Какая работа ведется, чтобы вернуть указанные деньги в бюджет?

— Практически, все так. Объем, о котором вы говорите, де-юре составляет 1,7 млрд грн. Из них реальный долг — порядка 700 млн, а 1 млрд — штрафные санкции за нарушения договоров. Это то, что есть. А уже то, что делает город, — лежит не в плоскости департамента КГГА или Киеврады, а в плоскости судебной. По моей информации, на данный момент городом поданы иски против застройщиков, которые, насколько мы понимаем, недобросовестны и пытаются уклониться от уплаты долевого участия на более чем 120 млн грн.

Кто самые крупные налогоплательщики в Киеве?

— Приятно, что в "Топ 20" входит целый ряд компаний, совладельцем которых является город. Неприятно, что есть у нас российский "Сбербанк", он входит в десятку.

С компаниями-лидерами ведется какая-то особенная работа? Возможно, им от городской власти предоставляются определенные преференции?

— О поощрении есть смысл говорить, чтобы компании хотели попасть в топ — список налогоплательщиков. И я готов заняться разработкой какой-то программы лояльности к самым крупным налогоплательщикам.

Есть ли утвержденная программа приватизации коммунального имущества на ближайшие годы? Назовите, пожалуйста, самые крупные объекты, запланированные на продажу.

— Это грустный вопрос. Программа приватизации, конечно, есть. Сейчас готовится новая. Но речь идет о каких-то нежилых помещениях, которые мы планируем продать. И изменения там незначительные — корректировка площади или изъятие каких-то помещений или, наоборот, внесение новых, освободившихся от арендаторов. Это все незначительные объекты. Например, дом на Краснозвездном проспекте, 43-г, на Саксаганского, 15 и т.п. Это не предприятия, как было раньше, например, "Київгума" или завод "Маяк", которые были бюджетообразующими и знаковыми. Сейчас таких объектов нет. Все ключевые предприятия и то, что могло принести прибыль в городской бюджет, уже давно реализовано. У нас есть только то, что запрещено к реализации: "Київміскбуд", "Київенерго", "Київводоканал", коммунальные сети и объекты инфраструктуры. Более того, даже в том, что продаем, мы не можем конкурировать с рынком. Потому что рынок гибкий к условиям, а у нас цена привязана к доллару. Рынок падает, а мы должны повышать цену, потому что так это регулируется постановлением Кабинета министров. Поэтому ситуация с приватизацией в Киеве довольно печальная, и особых поступлений отсюда ожидать напрасно.

Вы вспомнили "Київенерго", — она, в сущности, принадлежит Киеву, но оперативный контроль осуществляет команда Ахметова. Какая, в целом, позиция городской власти относительно этой компании?

— Позиция четкая: все ключевые предприятия, обеспечивающие жизнедеятельность города, должны находиться под контролем города. Не могут предприятия, от которых зависит каждый киевлянин, быть в частных руках и зависеть от чьей-то прихоти. Исключительно — собственность городской общины, или по крайней мере полный контроль.

Позиция понятная. Какой механизм ее реализации?

— Проблема, возникшая у нас с "Київенерго", — это тема отдельного разговора, а возможно, даже не одного. Ситуация чрезвычайно сложная. Есть по этому поводу огромное количество наработок, огромную работу еще надо провести. Но в скором времени заканчиваются договоры концессии относительно "Київенерго", и вы увидите конкретные шаги городской власти в этом направлении. Хочу верить, что КГГА это удастся. Если для этого понадобится помощь Киеврады и депутатского корпуса — я ее обеспечу.

Какие, по вашему мнению, должны быть полномочия у районов Киева? В свое время, если не ошибаюсь, вы выступали за создание райрад.

—Вы ошибаетесь. Хотя я, как член фракции "УДАР — Солидарность", в 2015 г. голосовал за создание районных рад и являюсь, очевидно, одним из самых больших приверженцев децентрализации власти, как с центрального —  на городской уровень, так и с городского — на районный, — все же у меня есть замечания к форме, по которой она может происходить. А без проведения децентрализации между центральной властью и киевской мы рискуем сделать две стратегические ошибки. Первая — Киеврада, у которой нет достаточно полномочий, начинает ими делиться и дублировать их с районами. Вторая, и, очевидно, самая важная — мы по российской модели назначаем местное самоуправление свыше, в то время как, по моему глубокому убеждению, оно должно вырасти снизу. Тогда оно будет действенное и на что-то будет влиять. А создать районные рады для того, чтобы получить политические баллы и просто сказать, что они существуют, — это слишком дорого для Киева и киевлян. Чтобы кто-то получил политические дивиденды, чтобы 500 людей получили удостоверения депутатов, мы должны содержать целый ряд органов без определенных полномочий.

 В то же время, я глубоко убежден, что другого способа избавиться от неэффективного управления, кроме децентрализации, не существует. У меня было множество встреч в Европе, и я видел, как это там происходит. Есть понимание, что придумывать велосипед уже не следует. А создавая такие искусственные райрады, фактически —  то, что мы должны были бы сейчас сделать в Киеве, мы бы повторили опыт Санкт-Петербурга. Если у кого-то есть иллюзия, что там действует местное самоуправление, то поверьте — это не так. В моем понимании и в понимании мэра, самое старое местное самоуправление — в Финляндии, Швеции, и эту модель я бы хотел перенести в Киев, а вовсе не российскую. А полномочия у районов должны быть исключительные. Киеврада должна решать стратегические вопросы, которые касаются развития города, которые не может решить громада на своем уровне. А уж будут это районные рады громады Нивок или рада громады Сырца, будет их 10 или будет их 30… Город наш станет европейским тогда, когда люди, живущие там, поймут, что им нечего бежать к Кличко или к какому-то из заместителей председателя КГГА, не они виноваты в том, что у них грязно. Виноват их сосед, которого они выбрали.

— На каком этапе находится решение этот вопроса?

— Идет дискуссия, надо ли сначала определить полномочия, а потом — создать районы. Или сначала создать районы, а потом думать, чем они будут заниматься. Я приверженец первого варианта: определимся, какие полномочия мы полностью отдаем району и в них не вмешиваемся, определим их количество, как  они работают, и тогда создадим.

На нынешний год в бюджет столицы не заложены льготы по налогу на недвижимость, хотя законодательно это разрешено. Планирует ли городская власть применять этот механизм, и как он будет работать?

— Есть ряд обращений от граждан, и вопросы обрабатываются в бюджетной комиссии. Пока что на заседании Киеврады какого-то готового проекта решения, наработанного бюджетной комиссией, у нас нет. Уверен, что, согласно действующему законодательству, в интересах города бюджетная комиссия какое-то решение примет. Но пока что рано комментировать эту ситуацию.

Представители малого и среднего бизнеса столицы жалуются на весьма высокую ставку налога на землю. Планирует ли столичная власть как-то дифференцировать эти платежи?

— Безусловно. К каждому вопросу подходить надо взвешенно и решать его в зависимости от того, о чьих интересах идет речь. Я считаю одним из достижений Киеврады предыдущего созыва утверждение новой нормативной денежной оценки. Киевская земля — это, фактически, самый ценный ресурс, которым владеет город. И все, кто ею пользуются, должны за нее платить. Вопрос в том — кто и сколько. Уже принят целый ряд решений Киеврады о фактическом освобождении от платы или минимизации платы для тех, относительно кого есть четкое понимание, что мы просто не сможем получить эту плату. Речь идет об ОСМД, гаражных кооперативах, творческих союзах и т.д. Бесспорно, бизнес будет жаловаться. Но ни для кого не секрет, что у нас есть целые огромные территории, теоретически записанные как "завод", в то время как владельцы этого завода сдают помещение под склады в аренду, субаренду, и вот это для них такой бизнес. Город с этого ничего не имеет, потому что была минимальная плата земельного налога, даже не оформляют эту землю в аренду.

Нас такая ситуация не устраивает, мы заставляем землепользователей оформлять землю в аренду. Используя земельный участок, даже если ты за него платишь просто по факту того, что ты им пользуешься, — ты платишь 1% от нормативной денежной оценки. Только оформил договор аренды — ты не можешь платить меньше, чем 4% от НОО. Поэтому очень многие предприятия спешат подавать ходатайство об оформлении земельных участков. И я удивляюсь, когда некоторые политические силы говорят: это же земельный участок под имуществом олигарха, давайте не будем голосовать за то, чтобы передать ему землю в аренду. У меня возникает логичный вопрос: если он олигарх, то есть ли у него право пользоваться киевской землей бесплатно? Давайте так: если там бизнес сверхдоходный, устанавливаем справедливую арендную ставку, например не 4%, а 8%. Но ни в коем случае не тормозим этот процесс, потому что иначе получим 0. А это уже безответственное отношение к ресурсу города.

Какова позиция столичной власти относительно скандальных застроек, связанных с бизнесменом Анатолием Войцеховским? Таких по городу свыше 70! Какая работа ведется, чтобы люди, вложившие деньги во в сущности незаконные застройки, не остались ни с чем? Какие механизмы борьбы с такими "застройщиками"?

— Это очень болезненный вопрос. За, практически, десятилетия создалась пирамида, масштабы которой трудно переоценить. И у многих возникает вопрос — я это вижу и слышу в СМИ: кто-то там незаконно строит, все знают фамилию, вы ее называете — Войцеховский, в чем проблема? Пусть правоохранительные органы его предприятия арестуют, да и все. В действительности проблема намного глубже, мы имеем дело не просто с фактом незаконной застройки, а с десятками строительных площадок, где сооружены жилые дома, где тысячи людей купили жилье. Для многих из них это жилье — единственное. Многие продали квартиры, еще и взяли кредит для того, чтобы улучшить свое жилищное положение. И если к этой проблеме подойти односторонне, мы можем получить социальный взрыв. Поэтому подходим комплексно, и те объекты, которые не имеют права на существование, — сносим. А относительно тех объектов, где еще можно помочь людям, — ищем пути, каким образом их вывести в правовое поле, дать возможность застройщику уплатить долевое участие городу. Для того чтобы ситуация устраивала и людей, которые там живут, и инвесторов, и чтобы городские интересы были учтены.

— Какой, по вашему мнению, должен быть механизм, не допускающий ситуаций, когда человек без отвода, без разрешений, без надлежащей документации строит, под прикрытием правоохранительных органов отбивается от исков и продолжает прокручивать свои схемы?

— Должен быть баланс между правами и обязанностями. Если мы как городская власть несем ответственность за то, что происходит в отрасли строительства, мы должны иметь инструмент контроля над этим. Когда ответственность есть, а инструмента контроля нет, возникает проблема, о которой мы говорим. Создается департамент архстройконтроля в городе, он будет работать. Создается департамент контроля над благоустройством в каждом районе — действенный, который следит именно за этим, а не за базарами и киосками. И это приносит свои плоды. Фактически можем констатировать: ничего нового не появилось, а со многими старыми — проблемы решили. 

— Конкретно с этим вот персонажем ведется какая-то работа?

— Ведется беспрерывно. У меня на округе строится жилой комплекс "Мозаика". Меньше 1 га земельный участок, где запланировано строительство трех секций из пяти домов. Если не ошибаюсь, около 80 тыс. кв. м жилья. Это колоссальная нагрузка. Причем это происходит на оползнеопасном участке. Рядом с домом, где я живу, и я из окна могу это видеть. Люди, живущие рядом, — мои соседи, мои избиратели — мы объединились и воюем с этой застройкой, чтобы, не дай Бог, она не продолжилась. С другой стороны — есть огромное количество людей, уже купивших квартиры в этих домах, и они в связи с тем, что мы это строительство остановили, не могут их получить. Поэтому, я думаю, будет найден компромисс. Пять домов там точно не может быть, возможно, половина... Возможно, с уменьшенной этажностью, при условии постройки детского сада. В таком ключе я вижу выход из подобных ситуаций.

— Что собирается сделать Киеврада для упорядочения ситуации с рекламой на объектах коммунальной собственности (в том же Киевском метрополитене)? Есть ли механизм, чтобы деньги за использование принадлежащих городу рекламных площадей попадали по назначению, а не оседали у фирм-посредников?

— Я не готов комментировать киевский рынок рекламы, хотя, в принципе, более или менее в нем разбираюсь. Но то, что происходит в Киеве с рекламой, если сравнить с любой из европейских столиц, — перекос, заметный невооруженным глазом. Мы не можем такое терпеть, и на это не нужно много денег и времени. Эффективный менеджмент может быстро показать результат, когда количество рекламы уменьшится. А в моем понимании, ее надо уменьшить процентов на 60. Вместе с тем доход города от рекламы увеличится. При этом, надо отметить, не пострадают операторы рынка, потому что стоимость на рекламоносители возрастет. И не пострадают клиенты операторов, потому что чем меньше рекламы вообще, тем больше пользы будет приносить реклама, которую они размещают. Мне кажется, это то, что может реализовать киевская городская власть в ближайшее время. Я готов предложить мэру оптимальную, по моему мнению, модель разрешения этой ситуации.

— Возьмем, например, метрополитен. Его руководство постоянно жалуется на слишком низкую стоимость проезда, недополучение доходов и т.п. При том, что реклама в метро довольно дорога, и там крутятся большие деньги. Откуда берутся убытки метрополитена в такой ситуации? Как город это может контролировать?

— Я не думаю, что можно сравнить расходы такого предприятия, как Киевский метрополитен, с доходами от рекламы, которые оно может получить. Потому что это, наверное, на порядки разные цифры. Но выход один — конкурсные принципы. И надо уменьшить количество этой рекламы, а относительно той, которая есть, — кто предложит лучшую цену, тот пусть и размещает. Вот и ответ, как убрать фирмы-посредники.

— Сейчас довольно популярным в Украине становится механизм подачи электронных петиций, хотя практическая реализация его в наших условиях вызывает сомнения. Как киевская власть собирается работать с этой формой "электронной демократии"?

— Позволю себе с вами кардинально не согласиться. Многие задаваемые вами вопросы лежат в компетенции КГГА, а именно петиции — непосредственно в моей компетенции, в компетенции Киеврады. Мы начали ими заниматься и поняли, что это может стать одним из лучших механизмов общения громады с радой. У нас на сайте зарегистрированы почти 272 тыс. пользователей, и уже зарегистрировано 2 700 петиций. Безусловно, были замечания относительно процедуры: она новая, и не было опыта, как правильно с ней работать. Но мы проблему решили, учтя все замечания общественности. Со своей стороны подкорректировали бюрократическую систему прохождения. Это решение было проголосовано 91 депутатом Киеврады на заседании 17 марта. Думаю, этот инструмент заработает с новой силой и окажет очень хороший эффект. И мы готовы делиться своим опытом с коллегами из других городов.

— Насколько я понимаю, основной эффект в том, что вы получаете фидбек от общественности. Возможно, таким образом снимается определенное социальное напряжение относительно каких-то вопросов. Но имеет шанс та или другая петиция, реально отражающая интересы громады, вылиться в конкретное решение городской власти?

— Шансы очень высокие, если вопрос, затронутый в петиции, — в компетенции городской рады. Последняя петиция, например, которая мне очень нравится и очень быстро набрала необходимые 10 тыс. голосов, — о замене маршруток на автобусы. Она сразу расписывается, согласно новому порядку, на комиссию, комиссия определяет ответственных и сроки, когда это должно быть реализовано, дальше петиция перерастает в проект решения Киеврады. Когда четко прописанны ответственные лица и сроки, в которые это должно быть выполнено, и есть политическая воля, все делается очень быстро, даже в реалиях нашей страны.

— В январе 2015 года Кличко представил программу "Десять шагов реформирования столичной медицины". За прошедший год не сделан ни один из этих шагов. А люди очень ждут создания больниц интенсивного лечения европейского уровня, улучшения обеспечения медикаментами, повышения зарплат медработникам и т.д. Почему не выполнен ни один из пунктов программы? Какие планы Киеврады — выполнять эту программу или готовить новую?

— У нас существует проблема не столько с программами, сколько с их воплощением. Я не готов комментировать выполнение именно этой программы. Это будет корректно делать профильному заместителю, занимающемуся медициной. Но как секретарь Киеврады могу сказать, что в бюджете мы предусмотрели большие суммы на то, чтобы медицина могла развиваться. В ближайшее время, в моем понимании, должно быть две больницы скорой помощи — европейские, качественные, оборудованные всем необходимым. Одна на правом берегу, другая на левом. Должны быть две централизованные детские больницы, также обеспеченные всем необходимым, и так же — одна на левом, одна на правом берегу. И это, даже когда мы введем страховую медицину, будет база, на которой город сможет предоставлять бесплатные коммунальные услуги. Таково видение депутатского корпуса, и мы будем давить на исполнительный орган для скорейшей реализации этого минимума.

— Киев давно перестал быть самой зеленой европейской столицей. Погоня за квадратными метрами уничтожает гектары зеленых насаждений. Сегодня угроза нависла уже над "легкими" Киева — Национальным природным парком "Голосеевский" — объектом Природно-заповедного фонда Украины! Строительство огромных жилых комплексов окружило Голосеевский лес. Петиция на сайте КГГА с требованием ввести мораторий на застройку ближе 500 м от НПП "Голосеевский" быстро набрала более 10 000 подписей киевлян. Готова ли Киеврада поддержать своих избирателей в этом вопросе? Что Вы готовы сделать для спасения Голосеевского леса?

— По моей информации, петиция, о которой вы говорите, уже в обработке. Это один из тех случаев, когда для принятия решения о моратории необходимо осуществить целый ряд мер, чтобы он был выполнен де-факто, а не только на бумаге. В данном случае, как минимум, — установить границы Голосеевского парка и вынести их в натуру. И тогда можно будет устанавливать буферную зону там, где строительство будет запрещено.

— И город собирается это сделать?

— Безусловно. Это уже делается. 

— Количество квадратных метров жилья и торгово-развлекательных центров в Киеве стремительно растет. Но при этом подавляется развитие социальной (садики—школы—поликлиники) и экологической составляющей, а транспортная и коммунальная инфраструктуры города функционируют уже на грани ресурсов. 

Вот пример близкого вам Голосеево. На улице Потехина, 9 (кстати, вплотную к Голосеевскому лесу), начато коммерческое строительство огромного ЖК "Берген" на 3269 квартир (что в три раза превышает нынешнее количество квартир на этой улице!). При этом строительство школ не запланировано, хотя на 10 000 новых жителей их нужно даже две. Канализационный коллектор вдоль Голосеевского проспекта — в аварийном состоянии и еле выдерживает даже нынешнюю нагрузку. Специалисты подсчитали, что только ЖК "Берген" ляжет на бюджет Киева нагрузкой более чем в 700 млн грн: две школы минимум по 300 млн (а нужны и садики!), ремонт канализационного коллектора — минимум 50–70 млн, реконструкция улицы Потехина для повышения ее пропускной способности для транспорта — еще 40–50 млн грн. (Застройщик готов компенсировать как паевой взнос только 100 млн грн.)

Готов ли город согласиться с такой нагрузкой на бюджет? И нужны ли ему такие застройки, где застройщик получает сверхприбыли, а киевляне потом расплачиваются за это из собственных карманов?

— Это как раз яркий пример того, о чем мы уже дважды говорили, — когда Киеврада не имеет никакого инструмента контроля над тем, что происходит на земельном участке. Теперь, создав и замкнув модель контроля, мы сможем влиять. Когда застройщик будет понимать, что если он не утвердит проект, отвечающий интересам городской громады, — вообще не будут проектировать жилых комплексов, которые создают проблемы для города. Я не вижу других, кроме поиска компромиссов, выходов из таких ситуаций, а именно — уменьшения этажности, уменьшения количества запланированного там жилья в сторону создания за средства застройщика инфраструктуры — школ, детских садов, и всего остального, нужного для комфортного проживания людей. 

Теги:
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
4 комментария
  • Tanya Shkavro 29 марта, 16:27 Спільнота практик - це онлайн платформа для навчання та професійного спілкування людей, яких поєднує спільна професія \ сфери інтересів. Швейцарсько-український проект "Підтримка децентралізації в Україні" DESPRO зібрав на такій платформі фахівців органів місцевого самоврядування для розбудови їхньої професійнох спроможності. СПІЛЬНОТА є місцем зустрічі представників органів місцевого самоврядування, виконавчої влади, територіальних громад, інвесторів, громадських організацій та активістів, які готові: -ділитися власним досвідом, вивчати і поширювати кращі практики місцевого самоврядування; - об'єднувати зусилля на принципах соціального партнерства задля розвитку територіальних громад шляхом розробки та впровадження проектів/програм; - налагоджувати комунікацію в спільноті практик, навчатися на е-курсах, вести дискусії щодо реформування місцевого самоврядування та децентралізації влади. Долучайтеся! https://www.youtube.com/watch?v=K70l0BAVsoI Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Orest Asgard 20 марта, 22:43 Введення компенсаційного податок WIND FALL TAX (британський механізм) разом з чітким дотриманням законодавства по трансферному ціноутворенні допоможе провести деолігархізацію.Хто з олігархів не зможе приборкати своє жлобство і сплачувати компенсаційні податки, модернізувати за власний кошт виробництва, щоб отримати пільги,- повинні повернути підприємства за 1грн. в державну власність з метою проведення вільних конкурсів продажу активів по справедливій ціні інвесторам з новітніми технологіями та соціальними зобов'язаннями перед громадою. Нам не потрібні шкідливі заводи з яких сучасні олігархи визискують всю ліквідність на офшорні рахунки по сумнівним схемам оптимізації. При цьому нічого суттєвого не вкладаючи в модернізацію підприємств, експлуатуючи рабську силу та природні ресурси за копійки. Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Orest Asgard 20 марта, 22:39 Олігархи купують депутатів, які голосують за преференції та податкові пільги для свого бізнесу, чи як, наприклад, погоджені в корупційний спосіб тарифи на енергію від НКРЕКП, що відбувається зараз. Одноосібне володіння олігархами обленерго та облгазів- це прямий шлях до корупції влади! Природні монополії, такі як обленерго і облгази повинні бути в корпоративній держаній чи комунальній власності під суворим контролем суспільства(публічна звітність), або в публічній приватній акціонерній власності(зокрема власності абонентів споживачів), вільному котируванні акцій на фондовій біржі з обмеженнями у володінні контрольних пакетів. Все інше від лукавого. Для чого тримати паразитів-олігархів? На майно придбане олігархами в корупційний спосіб в епоху Кучми-Януковича ввести компенсаційний податок( по британській системі WIND FALL ТAX- податок на майно надуте вітром). Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Валерий Николаенко 20 марта, 09:03 Последние лет десять каждый кандидат в депутаты Киевсовета, каждая политическая партия клянутся депутатам, что займутся проблемами достройки домов а-ля «Элита-центр». Но по прежнему основной интерес в работе депутатов составляют проблему перераспределения коммунальной собственности, земли и пр. А недостроенные многоэтажные башни, как гнилые, побитые кариесом зубы, торчат по всему Киеву. На мой вопрос по этой проблеме во время телевизионной встречи депутата городского совета (к сожалению забыл ФИО, но проверить это можно элементарно) с избирателями на одном из коммунальных телевизионных каналах, получил очень «мудрый» ответ: «Все «недострои» необходимо снести и землю отдать новому застройщику». Браво. Именно для этого мы вас и избирали! Было бы интересно услышать внятный ответ по этому поводу. Ответить Цитировать Пожаловаться
Реклама
Последние новости
USD 26.10
EUR 28.01