"Гибридная война" как ключевой инструмент российской геостратегии реванша

Владимир Горбулин 23 января 2015, 22:58
российская техника война

Читайте также

 

Вооруженная агрессия Российской Федерации против Украины стала долгосрочным фактором влияния на украинскую политическую, экономическую, военную и социальную реальность. Вследствие действий РФ в 2014 г. была деформирована система глобальной и региональной безопасности, а также действующая система международного права. Почти все международные гарантии безопасности для Украины (в частности в рамках Будапештского меморандума) оказались недейственными в условиях, когда агрессором выступил один из гарантов — Российская Федерация.

Россия применила против Украины концепцию "гибридной войны", которая во многом уникальна со структурно-функциональной точки зрения: по форме она "гибридная", а по содержанию — "асимметричная". Наиболее четко характер нового типа войны продемонстрировали сначала аннексия РФ весной 2014 г. территории Автономной Республики Крым, а затем — поддержка местных радикальных элементов и полномасштабное вторжение российских подразделений в восточные области Украины.

Хотя каждый конкретный элемент этой "гибридной войны" не нов по сути и использовался почти во всех войнах прошлого, однако уникальны согласованность и взаимосвязь этих элементов, динамичность и гибкость их применения, а также возрастание значения информационного фактора. Причем информационный фактор в отдельных случаях становится самостоятельной составляющей и оказывается не менее важным, чем военный.

Хотя многие ученые и исследователи указывают на "гибридный" характер этой войны, концептуализация в этом смысле неоднозначна и неполна. Так, в западной научной мысли ориентировочно уже с середины 2000-х годов появляется понятие "гибридная война", однако во многих случаях она толковалась в других терминах и понятиях, чем это наблюдается теперь. Для характеристики современного противостояния Украины и России могут быть применены такие понятия, как "неконвенциональная война" (unconventional warfare), "нерегулярная война" (irregular warfare) или "смешанная война" (compound warfare), или же спонсируемые государством "гибридные войны" (State-Sponsored Hybrid). Во всех них указывается на "размывание" очертаний военного конфликта и вовлечение в него невоенных средств, которые в обычном состоянии не имеют прямого отношения к классическому военному противостоянию. 

Однако меры, которые использовала Россия для осуществления агрессии против Украины, во всей их полноте так и не были до конца концептуализированы ни отечественными, ни западными учеными. Сам генезис формирования российской концепции "гибридной войны", этапы ее развертывания, составляющие , состояние реализации "гибридного" противостояния в Украине и возможные направления противодействия планам Российской Федерации в этой сфере должны быть дополнительно исследованы и проработаны.

Геополитический реванш: от идеи к стратегии

Главное в нынешнем противостоянии Украины и РФ заключается в том, что оно является логическим завершением долгосрочной "геостратегии реванша", которую долго нарабатывала Москва.

Сам генезис российского феномена "гибридной войны" относится к периоду переосмысления Россией своего места в мире и регионе. Главной характеристикой ельцинского периода утрат геополитических позиций, международно-политической статусности и влиятельности было переформатирование европейского геостратегического пространства, которое завершилось значительным расширением НАТО и ЕС. При этом даже объективные составляющие соответствующих геоэкономических, а тем более геополитических тенденций воспринимались преимущественно сквозь субъективную призму обид и ностальгию по утраченному. В концентрированном виде эту ностальгию еще в 2005 г. высказал В.Путин в послании Федеральному Собранию Российской Федерации: "…Мы должны признать, что распад Советского Союза стал наибольшей геополитической катастрофой столетия. Для российского же народа он стал настоящей драмой. Десятки миллионов наших сограждан и соотечественников оказались за пределами российской территории".

Можно даже сказать, что во многом реваншистские геополитические настроения В.Путина и его жесткая позиция к любым "революционным" политическим изменениям обусловлены его личностным опытом: он видел разрушение Берлинской стены, с которым уничтожался весь мир, в котором Путин разбирался и считал своим.

Именно приход к власти В.Путина можно считать началом поиска Москвой собственной "геостратегии реванша", целью которой является комплекс задач, ключевая из которых — постепенное, но неуклонное восстановление российского влияния и значимости на международной арене. Однако в более чем непростых международных условиях, а также учитывая существенную нехватку необходимых ресурсов (от сугубо военно-экономических до информационно-коммуникационных), базой российской "геостратегии реванша" мог быть лишь асимметричный подход.

Период с 2001-го по 2014 гг. можно причислить ко времени поиска форм и методов, которые помогли бы реализовать соответствующие геополитические замыслы. При этом параллельно проводилась и "геополитическая мобилизация" населения государства. Она реализовывалась через классические механизмы навязывания собственному народу образов "внешнего врага", ощущения России как "осажденной крепости" и общее восстановление антизападной (преимущественно антиамериканской) риторики. 

Смену политических режимов на территориях СНГ (в Грузии, Украине, Молдове, Киргизии), скорее всего, Россия воспринимала как инспирированную извне угрозу ее идеям геополитического реванша. Это вынудило РФ интенсивнее готовиться к новому большому противостоянию. Тем более что идея "большой войны", о которой еще недавно говорил советник президента РФ С.Глазьев, очевидно, действительно является господствующей в нынешнем российском истеблишменте. И вывод С.Глазьева также, скорее всего, доминирующий среди этих кругов: Россия к такой новой войне не готова (и готова не будет), а значит, должна спровоцировать ее раньше и достичь своих задач уже теперь.

Очевидно, проблемой некоторое время оставался вопрос, как реализовать собственные идеи в условиях довольно ограниченной (а во многом показной) боеготовности, сдерживающих факторов международного права, геополитического статус-кво и как следствие — неготовности реального рразвязывания полномасштабной войны. Можно предположить, что ориентировочно в середине 2000-х гг. такое решение было найдено: "асимметричные ответы" в рамках более масштабной "гибридной войны". 

Уместно отметить, что РФ не создала свою стратегию с нуля. Здесь наблюдается определенная преемственность советских практик. Некоторые исследователи относят истоки российских практик "гибридных войн" к 20-м годам XX в. (методы "активной разведки"). Однако, по нашему мнению, целесообразнее обратить внимание на финальные этапы советско-американского противостояния во время холодной войны. Тогда в ответ на анонсированную США программу Стратегической оборонительной инициативы (СОИ) М.Горбачев 12 октября 1986 г., во время пресс-конференции в Рейкьявике заявил: "Ответ на СОИ будет. Асимметричный, но будет. При этом нам не придется жертвовать значительным".

В январе 2013 г. в Москве состоялось общее собрание Академии военных наук, на котором выступил начальник ГШ ВС РФ генерал Валерий Герасимов. Это был своеобразный итог длительной работы военных аналитиков и специалистов-генштабистов, которые какое-то время концептуализировали указанную проблему и искали механизмы ее решения. Именно доклад генерала Герасимова — своеобразная "точка невозвращения" в манифестации российских взглядов на современную войну. В ней было указано на то, как должен разворачиваться современный военно-политический конфликт, какие элементы в нем должны быть задействованы и на каких этапах. В докладе подчеркивалось возрастание роли невоенных методов давления на противника, прежде всего через политический, экономический и гуманитарный элементы. Информационное же противоборство вообще определялось как сквозная деятельность на всех этапах конфликта: его зарождения, сопровождения и в постконфликтный период. Обращается внимание и на "асимметричные меры", к которым были причислены деятельность подразделений специального назначения, развитие внутренней оппозиции, а также неуклонный рост информационного влияния на объект нападения.

Многое из того, о чем говорил в своем выступлении генерал Герасимов (это, в частности, важность невоенных методов давления, информационное противоборство и т.п.), уже использовалось сначала в Крыму, а затем и на востоке Украины. Таким образом, можно констатировать, что против Украины ведется полноценная война — "гибридная" по форме, "асимметричная" по содержанию.

Украинско-российская "гибридная война": практика применения нового концепта

В целом правильный вывод начальника генштаба генерала Герасимова о войнах нового типа, а именно — что в таких войнах военные силы используются только на завершающих этапах — при условии правильно построенной кампании, оправдался в Крыму, однако не подтвердился на Донбассе.

Аннексия территории АР Крым во многом была удачной благодаря не только подробно разработанному плану действий, но и верно выбранному моменту для его реализации. Это, в частности:

— ослабление центральной власти и частичное "безвластие" на фоне смены власти;

— рост разногласий (а скорее — актуализация уже имеющихся) между Центром и регионами;

— неудовлетворительное психологическое и материально-техническое состояние украинских структур безопасности;

— антагонизм между разными силовыми структурами;

— особенно активная информационно-пропагандистская работа России именно в Крыму на протяжении всех лет независимости Украины.

Все это обусловило если не идеальные, то очень близкие к ним условия проведения специальной операции по аннексии Крыма. Однако уже в событиях, разворачивавшихся в регионах Восточной Украины, значительное количество этих условий не выполнялось, что вынудило Россию перейти к формату традиционного военного вторжения.

И именно масштабное введение военной техники в разных формах (прямой переброс через границу, завоз через "гуманитарные конвои"), однако при полном отрицании такого введения, существенно отличает украинско-российский конфликт от всех других. Безусловно, тактика вооружения террористов, воюющих против твоего противника, далеко не нова. Однако нынешняя ситуация по-своему уникальна и буквально беспрецедентна. Это проявляется, прежде всего, в военном и военно-техническом планах.

Приоритетный характер приобрели действия российских разведывательно-диверсионных групп, совершение террористических актов и применение партизанских методов борьбы с вовлечением в них так называемых ополченцев из местного населения и криминалитета, а также российских наемников. Применяются против украинской армии и батальонные тактические группы российских войск. В частности, это наблюдалось в боях под Иловайском во второй половине августа.

Довольно высокой остается угроза открытия второго фронта на юге Украины (в частности, с юга Ростовской области) в западном направлении с целью создать сухопутный коридор на Крым, а при благоприятных условиях — даже выйти на соединение с Приднестровской Молдавской Республикой.

Россия использует конфликт на востоке Украины и для испытаний нового оружия, отрабатывания новых тактических приемов ведения боевых действий и получения военными частями и подразделениями боевого опыта. На Донбассе воевали силы спецназа почти из всех регионов России. По ротационной схеме в зоне конфликта действуют и подразделения воздушно-десантных войск, морской пехоты.

Таким образом, Россия использует Восточную Украину как большой полигон, на котором оттачивает на практике новые методы и средства ведения войны. И трудно не согласиться с президентом Литвы Д.Грибаускайте, заявившей: "Украина сейчас борется ради всего мира, ради всех нас. Если террористическое государство, которое ведет открытую агрессию против своего соседа, не остановить, она распространится на Европу и дальше". 

Кроме сугубо классических военных методов, Россия в рамках "гибридной войны" едва ли не впервые масштабно использовала концепцию "войны трех кварталов". Ее суть сводится к тому, что современный воин должен быть готов: в одном квартале — вести общевойсковой бой, во втором — осуществлять полицейские функции, в третьем — выполнять гуманитарные миссии. Еще в 1991 г. израильский полемолог М. ван Кревельд определил характерный для современного "постпостмодерного" периода тип войн как "нетринитарные", "поскольку они не укладываются в тройственную схему: правительство — армия — население". 

О смене парадигмы войны в смысле вовлечения в нее невоенных структур говорит и
Ф. ван Каппен: "Гибридная война" — это смешение классического типа войны с использованием нерегулярных военных формирований. Государство, которое ведет "гибридную войну", реализует договор с негосударственными исполнителями — боевиками, группами местного населения, организациями, связь с которыми полностью отрицается. Эти исполнители могут делать такие вещи, которые само государство делать не может… Всю грязную работу можно переложить на плечи негосударственных формирований".

Концепция "войны трех кварталов", которую реализует Россия на территории Украины, наглядно демонстрирует справедливость приведенных соображений. Особенно это стало очевидным во время аннексии Крыма. Однако там указанная концепция была реализована не в "пространственном", а во "временном", к тому же "обратном" ее измерении. Сначала "зеленые человечки" появились в Крыму как исполнители квазигуманитарной миссии по обеспечению "прав русского/русскоязычного населения". Однако постепенно перешли к выполнению функций квазиполицейских по обеспечению нужного Москве проведения "референдума". Вскоре они уже выполняли и квазвоенные функции по силовому навязыванию выполнения результатов "референдума".

Однако российская "военно-криминальная" кампания, прошедшая в Крыму почти бескровно, на востоке Украины превратилась в настоящую трагедию. Попытка повторить крымский успех захлебнулась в полномасштабном вооруженном противостоянии. Соответственно, Россия вынуждена возвращаться к классическим сценариям "замороженных конфликтов" наподобие карабахского или приднестровского.

Энергетическая составляющая "гибридной войны"

Важным элементом ведения "гибридной войны", что наглядно продемонстрировала российская агрессия, является и влияние на жизнедеятельность общества. При этом энергетическая инфраструктура стала предметом особого внимания со стороны агрессора, поскольку ее захват (или разрушение) не только наносит значительный экономический ущерб, но и угрожает устойчивому функционированию системы жизнеобеспечения общества в целом.

Следует отметить, что использование потенциала энергетики как "энергетического" оружия было открыто провозглашено в 2003 г. в Энергетической стратегии Российской Федерации до 2020 г.: в документе отмечалось, что мощный топливно-энергетический комплекс России "является базой развития экономики, инструментом осуществления внутренней и внешней политики". И это не просто декларация намерений, а реальный инструмент влияния, который Россия неоднократно использовала в своих интересах (в том числе через ослабление всеми способами энергетической инфраструктуры потенциальных противников).

Примером этого является почти синхронные подрывы энергетической инфраструктуры, которые прекратили поставки природного газа и электроэнергии в Грузию в январе
2006 г., что стало элементом дальнейшего давления на Грузию. Взрыв на газопроводе в Туркменистане в апреле 2009 г. помог России приостановить действие неудобного для нее договора с Туркменистаном и фактически устранить конкурента с европейского рынка. Так в 2006 г. был остановлен на ремонт нефтепровод, обеспечивавший поставки нефти на нефтеперерабатывающий завод в Мажейкяй в Литве, причем именно в момент, когда Литва решила продать завод польской компании.

Очевидно, что Россия совершенно сознательно использует атаки против критической инфраструктуры, в частности энергетической, как для достижения своих целей в политической и экономической сферах, так и для снижения военно-экономического потенциала государства в самые сжатые сроки. 

Все это можно увидеть и в украино-российском противостоянии. При этом энергетическая инфраструктура (из-за своего географического рассредоточения) может косвенно нести угрозу объектам, расположенным далеко от места непосредственной атаки. Так, аннексируя Крым, военные подразделения Российской Федерации фактически получили контроль над украинскими энергетическими объектами, которые находятся за пределами административных границ Крыма. Вследствие этой аннексии у Украины не просто были захвачены объекты энергетики и территории Крыма, а посредством захвата энергетической инфраструктуры (трубопроводов и компрессорных станций) фактически украдены нефтедобывающие поля на шельфе и непосредственно природный газ в объеме 2 млрд куб. м ежегодно.

В дальнейшем этот элемент ведения "гибридной войны" еще с большим размахом агрессор использовал в отдельных районах Луганской и Донецкой областей. Целенаправленными действиями фактически были разрушены многие угледобывающие предприятия, блокировалась и разрушалась транспортная инфраструктура. В свою очередь, это привело к проблемам с поставкой уже добытого угля потребителям, прежде всего — на тепловые электростанции, что стало вызовом для стабильного функционирования всей объединенной энергетической системы Украины. Как следствие ухудшилась и социально-экономическая ситуация не только в восточных областях, но и во всей Украине. Кроме того, это сформировало долгосрочный вызов энергетической безопасности государства в целом.

Дальше в работу пошла информационная составляющая "гибридной войны": принятые украинским правительством антикризисные решения в энергетической сфере были активно использованы для формирования негативного отношения к органам государственной власти, должностным лицам и руководству государства. Эта же информация активно использовалась и для формирования негативного имиджа Украины среди стран-соседей и партнеров Украины. 

Информационная составляющая "гибридной войны"

Хотя военная составляющая конфликта объективно остается основным фактором ее развертывания, масштабы применения информационной составляющей все больше увеличиваются. О масштабах информационной войны, развернутой Россией против Украины, наиболее точно сказал Главнокомандующий объединенных Вооруженных сил НАТО в Европе Ф.Бридлав: "Это самый удивительный информационный блицкриг, который мы когда-либо видели в истории информационных войн".

Информационный фронт "гибридной войны" разворачивается сразу на нескольких направлениях. Прежде всего:
1) среди населения в зоне конфликта; 2) среди населения страны, против которой осуществляется агрессия, однако территория которой не охвачена конфликтом; 3) среди граждан страны-агрессора и 4) среди международного сообщества.

Хотя информационная составляющая действительно стала сквозной темой "гибридной войны", однако она выполняет не самостоятельную, а вспомогательную роль, в большей степени сопровождая военную фазу операции. Однако в украинском случае мы имеем дело не просто с враждебной пропагандой, а с тем, что специалисты-информационщики справедливо характеризуют как "войну смыслов" (начало которой можно условно отнести к 2006–2007 гг.). Для ретрансляции этих смыслов задействовано все множество каналов донесения информации. Основным структурным элементом в этой войне становятся симулякры — образы того, чего в реальности не существует. Примером таких симулякров являются: "фашисты в Киеве", "зверства карательных батальонов", "распятые мальчики", использование Украиной запрещенных вооружений. Стратегическая цель эксплуатации этих симулякров — заменить объективное представление целевых групп о характере конфликта "информационными фантомами", необходимыми агрессору.

Активная фаза военного противостояния, начавшаяся с конца февраля — начала марта 2014 г., сопровождалась тактической информационной поддержкой, которая точно так же использовала приемы построения и эксплуатации симулякров. Украине удалось довольно быстро адаптироваться и частично отреагировать на этот вызов. "Крымская кампания" показала слабость российской информационной составляющей их версии "гибридной войны" — она не выдерживает постоянного придирчивого медиа-взгляда. 

Соответственно, едва ли не первое, что сделали различные "ополченцы" и "зеленые человечки" на оккупированных территориях, — это отключили украинские телеканалы и массированно включили российские. Формирование единого и полностью контролируемого информационного пространства — очевидная стратегия развертывания информационной составляющей конфликта со стороны агрессора. Так что неудивительно, что уже во время событий в отдельных городах Донецкой и Луганской областей боевики наладили процесс поиска проукраинских стримеров и систематически препятствовали их деятельности (например, ситуация с луганскими стримерами или журналистами интернет-телевидения).

Важно отметить, что Российская Федерация развернула один из фронтов "гибридной войны" и против граждан своего государства, формируя там модель поведения, которое во многом отвечает мессиджам федеральной прессы (ей полностью доверяют почти 60 % россиян). Нежелание значительного количества граждан России посмотреть на вещи с другой точки зрения обусловлено и страхом возникновения когнитивного диссонанса между действительностью, формируемой российскими СМИ, и реальными событиями. Так что во многом о россиянах действительно можно сказать как о народе, который "первым пал под натиском собственного телевидения".

Еще один важный информационный фронт — внешний. Масштабы деятельности "фондов", "культурных обществ", "аналитических центров" и просто "экспертов" пророссийской направленности в Европе, а также деятельность канала RT, действительно значительны. Однако даже тут сказывается общая концепция "гибридной войны" "по-русски": часть таких экспертов просто выдумывают, а от их имени публикуют необходимые комментарии и выводы — последний такой случай был с выдуманным немецким экспертом. 

Сейчас обеспокоенность масштабами российского информационного проникновения проявляют и страны Европы. В 2014 г. в Латвии был создан Центр стратегических коммуникаций НАТО (NATO Strategic Communications Centre of Excellence), среди задач которого — обеспечить адекватный ответ на попытки других стран повлиять на информационное пространство членов НАТО. Важность развития стратегических коммуникаций была подчеркнута и после саммита НАТО в Уэльсе. В частности, там прямо отмечалось, что созданный центр должен заниматься вопросами "гибридной войны". На силы Центра в противодействии российской пропаганде надеются и в отдельных странах, в частности в Польше и странах Балтии. Уже несколько предупреждений российскому иноязычному телеканалу RT сделал британский медиарегулятор Ofcom за нарушения во время освещения украинского кризиса.

Важным трансграничным пространством ведения информационного противоборства стала сеть Интернет. Разные реальные и мнимые "хактивисты", "киберпартизаны", "киберополчения", а также специальные подразделения различных ведомств безопасности для ведения противостояния в киберпространстве — все они становятся важным элементом кибератак, а также проведения специальных психологических операций в социальных сетях и сети Интернет в целом (например, организация российскими спецслужбами протестов внутренних войск под администрацией президента в октябре
2014 г.)

Однако полностью завоевать информационное пространство России не удалось — многие пропагандистские заявления со стороны российского телевидения по украинской тематике быстро опровергали сами интернет-пользователи, которые все чаще становятся "рядовыми информационных войн".

Выводы для Украины

Еще в 1975 г. британский ученый-международник Э.Макк сделал важный вывод: в большинстве современных ему конфликтов сильные страны не потерпели военное поражение, они потерпели поражение в политическом смысле — не сумели навязать свою волю противнику. Политическая победа слабой стороны заключалась в том, что ей — путем применения асимметричных способов ведения военных действий (преимущественно партизанских) — удавалось истощить волю сильного врага к продолжению войны и достижению поставленных целей.

Соответственно, и двойная задача Украины в нынешнем асимметричном противостоянии — двухмерная. Во внешнем измерении — не поддаться на навязывание нам внешней, бесспорно деструктивной для нашей государственности, политической воли Кремля, однако при этом — истощить противника. А в измерении внутреннем — обеспечить доминирование нашей политической воли в проблемных регионах, не допуская, чтобы они истощили нас экономически и политически.

Вместе с тем, нынешняя приоритетная задача — дать эффективный и содержательный ответ прежде всего на военную, а также на информационную агрессию против нашего государства.

В военной сфере многое будет зависеть от внешних факторов (в частности международной помощи). Скорее всего, Украина будет и впредь нуждаться в существенной поддержке со стороны своих партнеров именно в военной сфере, чтобы быть готовой к военному отпору в случае дальнейшей эскалации военной компоненты "гибридной войны".

Не менее важна задача формирования системы анализа угроз и защиты критической инфраструктуры. Так, очевидно, что защита объектов энергетической инфраструктуры (особенно в зоне, приближенной к АТО) должна стать одним из приоритетов для государства. Учитывая важность энергетической инфраструктуры для жизнедеятельности общества, ее система защиты должна иметь должный уровень. Поскольку сейчас большинство субъектов хозяйствования в энергетическом секторе частные, ответственность за обеспечение защиты критической инфраструктуры страны должны нести как соответствующие органы государственной власти, так и частный сектор (операторы энергетической инфраструктуры). При этом другие заинтересованные субъекты, в частности местные органы власти и население, также должны привлекаться к деятельности в этой сфере.

Более целостной должна стать реакция и на информационную агрессию. Уже принят ряд мер преимущественно ограничительного характера, однако едва ли это может стать исчерпывающим ответом на такие вызовы. Многое будет зависеть от медиа-сектора и общественных активистов, поскольку львиную долю российского агитпропа государство ограничить часто не в состоянии. Однако мы должны создать условия, при которых все это заменит качественный отечественный информационный продукт. Должна быть усилена и реализация государственной информационной политики на оккупированных российскими войсками территориях.

Далеко не полностью использован потенциал информационного сопротивления на внешней арене: МИД Украины хотя и делает много, однако вряд ли сможет закрыть все проблемные направления. Ускоренной реализации требует создание эффективного иновещания — следует признать, что на сегодня оно существует больше де-юре, чем де-факто. Активнее должны использоваться инструменты публичной дипломатии.

Мы должны прекратить игнорировать сложность работы в российском информационном пространстве, хотя последнее Россия активно закрывает от каких-либо сторонних участников. Пример этого — последние законодательные решения по ограничению доли иностранной собственности в СМИ. В интернет-пространстве активную деятельность развернул Роскомнадзор, который прямо занимается цензурой. Однако, несмотря на это, Украинское государство должно найти механизмы информационного взаимодействия с российской аудиторией. 

Противостоять России в "гибридной войне" будет трудно. Противник готовился к этому противостоянию годами и четко знает, чего хочет. Однако государство должно научиться противодействовать вызовам "гибридной войны". Если это противостояние не будет выиграно, мы всегда будем иметь дело с самовосстанавливающей гидрой, которая появляется на месте уже якобы побежденного противника.

Теги:
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
42 комментария
  • Valentin Zelinchenko 5 августа, 21:17 Согласен с автором, что нужно бороться за умы людей и выигрывать войну не только венным путем. Невозможно вести борьбу с врагом зная, что в тылу у тебя сидят предатели. От внутренних врагов надо очищаться, по крайней мере отстранить их от власти. Как один из методов - все мужчины призывного возраста должны получить повестки. Кто откажется пойти в военкомат на комиссию - занести в личное дело - "не лоялен государству Украина". В дальнейшем таким людям запретить работать или избираться и быть избранными в органы госуправления Украины. Таким образом нация сможет очистить себя от предателей в органах госуправления. Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Миколай Паращак 27 января, 16:18
    Flutter Вчора, 15:02 Коментар «valerij-skonechnyj» дуже оптимістичний саме тому, що переконливо діагностує зародження СТРАХУ!!! у Росії – замовника таких коментарів. Росіяни починають усвідомлювати, що Україна «закопає» гібридну стратегію путінського Кремля. Марні надії на російську асиметричну відповідь Заходу: Крим – це лише ВИПАДКОВІСТЬ!!! і всі багаторічні потуги російських військових аналітиків (від часів Горбачова) закінчаться «ПШИКОМ!!!».
    Жаль пролитої ( і тієї, що ще проллється) з нашого боку крові, але в тому, що російські імперіалісти отримають величезний "ПШИК" сумнівів нема !
    Андрей Польщенко 7 февраля, 17:43
    советская Гулагия была куда мощней по ресурсам и силам чем путинская. а сдулась мгновенно как коллос на глиняшках....
    Ответить Цитировать Пожаловаться
  • e.buravlev@ukr.net 26 января, 18:33 Надзвичайно "академизований" матеріал, що зменшуе його значимість та сприйняття, а саме: 1. Надмірне бажання бачити унікальність у відкритті нових визначень військових операцій (гібридна, асиметрична тощо). Але наш світ - інформаційний. Тому і войни протікають з більшою чи меншою інформаційними складовими. 2. "Гегемонізація" образу Путіна. Але він лише виконує одностайний запит усіх "найкрутіших" впливів усієї шостої частини території планети. 3. Україна не сама унікальна в устремліннях РФії. Могли б бути країни Прибалтики, Польща тощо. Україна дуже відрізняється своєю наближенною траєкторією розвитку і вкрай непотужним атрактором розвитку, що дає надію на повернення у "радянське стойло". 4. У своїй війні РФія використовує усі доступні їй ресурси, а ми відчуваємо лише найкритичніші для нас: №1- інформаційні; №2- енергетичні; №3- ринкові тощо. Розвязання, мабуть, лежить у площені в акумулюванні усіх зусиль щодо подолання протистояння з РФією. Це суто системна задача з усім комплексом як силових, так і економічних и особливо соціально-політичних заходів з її розвязання. Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Elena Kaliberda 26 января, 17:46 При гибридной войне Украина при защите граждан от информвлияния России и "промывки мозгов" должна учесть то, что даже при отключенных в Украине ростелеканалах ,"пятая колонна" ( состоящая из русскоязычных), которая зомбировалась, продолжает с упоением это делать посредством спутниковых каналов.При этом они напрочь лишены обьективного взгляда на происходящее , воевать за Украину или уезжать отсюда не желают и ждут не дождутся "своих". Ответить Цитировать
  • lesya 26 января, 00:55 Автора статьи уважаю, анализ интересный, но этот анализ по факту. А стратегический, например такой - как бы гибридная не переросла в полномасштабную, какие маркеры и как этому противостоять? Ситуация уже много раз висела на волоске. Не кажется ли Вам, что действия в этом плане идут очень вяло, а угроза остается?
    lesya 26 января, 12:03
    Тут речь идет в первую очередь об усилении переговорного статуса. Вот Израиль предлагает, думаю предложение по делу.
    lesya 27 января, 21:52
    Данными проблемами пошла бы заниматься в институт стратегических исследований, В. Горбулин, поскольку являюсь аналитиком и довольно много сделала в данном плане. Особенно сильна в экономике и налогах. Lesya_zn@mail.ua
    Ответить Цитировать Пожаловаться
  • spragly 25 января, 23:53 talymon: "Я фокусирую внимание не на классе, а на государстве, и я считаю это постоянным и неизменным человеческим состоянием, которое не эволюционирует в сторону некоего «нового человечества»". Я б не путав активність Фрідмана з його впливовістю. Стосовно ж "незіблємості государства" я б вам порадив зайти в будь яку велику корпорацію і послухати на скільких мовах там розмовляють, і не тільки технічний персонал а й менеджмент. Погано це чи добре - хтозна. Це реальність.
    talymon 26 января, 00:16
    Добре. Сноуден у вас не чесний, Фрідман не впливовий, я захоплююсь "теорією змов", ще хтось знову якийсь не такий ..... Хто ж ваші авторитети? А якщо говорити про реальність, то вона й у тому, що щорічно на планеті безповоротно зникають мова за мовою. А держав не меншає. І це не добре і не погано. Це реальність.
    spragly 26 января, 00:31
    Авторитетів в мене нема - я не професіонал в історії чи політиці. Нічого персонального до вас не маю, ви цікаві теми піднімаєте, в тому числі і тему про держави. Подивіться на мапу Германії чи Італії до того як вони з'явилися як об'єднані держави німецького чи італійського народів. Та що там Германія, он у нас День Злуки був три дні тому, а про правобережних та лівобережних гетьманів тільки лінивий не висказався. А зараз он ще й ЛНР з ДНР вилупилися, про незіблємость яких є великі сумніви.
    Ответить Цитировать Пожаловаться
  • valerij-skonechnyj 25 января, 20:12 Советник президента - это звучит. Но звуки издаваемые советником не впечатляют. «Россия применила против Украины концепцию "гибридной войны", Уж если очень хочется умничать, то, сперва, следует уточнить:1) понятие концепции, как системы взглядов; 2) войны, как вооруженного противостояния; 3) аннексии, как насильственного присоединения части территории, а также таких понятий как «радикальный элемент» и «российское подразделение». В противном случае имеем гибридный совет от гибридного советника по гибридному вопросу гибридного братоубийства. Гибридные взгляды г.Горбулина, сочетающие худшие традиции в КПСС, подхалимаж, и раболепие от патрона к патрону не отличаются оригинальностью оценки противостояния на востоке Украины от позиции власти (очередного патрона) и радикальных националистов, начиная от гибридной войны, геополитических стратегий и всем остальным на букву г. «Онаучивание» шовинистических заявлений разжигателей братоубийственной войны это даже не фиговый листок на импотентном органе именуемым властью в Украине это простое одурачивание обывателя совокупностью научно-политических терминов. Истоки конфликта, стороны и их позиции в противостоянии, хронология развития событий, начальные и конечные цели, чьи интересы и финансирование - вот истинные объекты для анализа и синтеза решений, ведущих к урегулированию конфликта, а не его эскалации. И, если со своим видением обращаться к думающей аудитории, то, по крайней мере предоставить попытки такого анализа, пусть и дискуссионные, а не пустопорожние рассуждения о характере конфликтов в период глобализации геополитических процессов на глобусе Земли. Информационная война. З2 – цифровых, более двух десятков аналоговых ТВ-каналов, абсолютное большинство печатных и электронных СМИ Украины из часа в час зомбируют население на войну, а побеждает «российская пропаганда»? По словам президента весь эфир забит «російською брехнею», это как, о каком эфире глаголит президент? Астрал? Кроме говорящей головы в телевизоре, хоть сколько-нибудь весомые доказательства «крупномасштабного вторжения» воинских подразделений иностранной державы, (российских подразделений по Горбулину) у Горбулина есть? Ведь речь идет о более чем 50-и дивизиях вооруженных сил РФ. Может посмотреть на ситуацию трезвыми глазами и признать, что многократное повторение слов «халва, халва.(Россия, Россия).» не достаточно для объективной оценки ситуации? Пусть г. Горбулин объяснит, почему украинские герои-добровольцы прячут лица, даже во время принятия присяги? Стыдно или герои бояться? Почему сепаратисты лица не прячут? Почему сотни российских пленных представлены пятью задержанными, лица которых «почему-то» не показывают? Почему, почему, почему. Ложь с МН-17, ложь с Волновахой, ложь про обстрел сепаратистами самих себя, ложь «героев АТО», Семениченко в частности, а если послушать военных «речників», то ВСУ уже перебили почти всю российскую армию. Может хватит лжи? Может следует признать ДНР и ЛНР территориями олигархических разборок и не втягивать в конфликт ВСУ? Не признать ли сонм «добровольческих» батальонов обыкновенными бандформированиями, не взирая на лозунги прикрытия? Может объяснить правовой статус этих «частных армий», которые за деньги олигархов зачищают территорию юго-востока от населения? Не ширма ли сам кровавый конфликт для прикрытия геноцидных реформ, война все спишет? Нацисты Германии планировали довести численность населения Украины до 35 миллионов, а Порошенко, Яценюк, Турчинов и их «советники» в поте лица трудятся над перевыполнением плана? Что это правительство за год правления сделало для людей, кроме себя любимых? Осиротило сотни семей? Опустошило остатки казны строительством «Великой украинской стены» со рвом и колючей проволокой? Долгов, как у собаки блох, и причитания «Путин- Путин» не смогут объяснить крах идеологических (на почве национализма), экономических (по рекомендациям процветающего Запада) и политических (от госдепартамента США) позиций и дефолт государства. У Г.Гаррисона есть рассказ «Неукротимая планета» в котором видится прямая аналогия с ситуацией на юго-востоке. Нет необходимости освобождать то, что никто не занимал. Отведите войска и война прекратится. Убедить население неудавшихся республик жить по «правилам Украины» можно только «правильными» правилами, а не творящимся в стране беззаконием. Женщину, не желающую жить с мужчиной - пьяницей можно обозвать сепаратисткой, если она отбивается от его назойливых приставаний сковородкой – террористкой, но принуждать ее ложиться с ним в постель – бесперспективно и бесполезно. Может команду войны интересует только территория и ископаемые, а население... и бог с ним?
    talymon 25 января, 23:32
    Не "бояться", а "боятся", бовване з табакерки. Українізуєшся потихеньку, сам того не помічаючи. Чи те ж ще буде....
    Flutter 26 января, 15:02
    Коментар «valerij-skonechnyj» дуже оптимістичний саме тому, що переконливо діагностує зародження СТРАХУ!!! у Росії – замовника таких коментарів. Росіяни починають усвідомлювати, що Україна «закопає» гібридну стратегію путінського Кремля. Марні надії на російську асиметричну відповідь Заходу: Крим – це лише ВИПАДКОВІСТЬ!!! і всі багаторічні потуги російських військових аналітиків (від часів Горбачова) закінчаться «ПШИКОМ!!!».
    Ответить Цитировать
  • Василь Мороз 25 января, 16:12 А вы говорите, что "нет пророка в своем Отечестве". Горбулин озвучил только ТО, что я на всех ресурсах пишу уже 10 лет. Просто я очень хорошо знаю ТУ систему, в которой пришлось потрудиться. Знаю прежнюю "заточенность" ТОГО режима и теперешнего правопреемника, "путинского", который обозначил свое возрождение процессом "вставания России с колен" под руководством вернувшегося во властные корридоры Кремля "ЧеКизма". Правда весьма уважаемый мной Горбулин забыл упомянуть о роли "Русской православной Церкви", как одной из важнейших инструментов "гибридной войны". При том в самых диких проявлениях. Это, когда РПЦ в лице ее священникуов на местах прибегала к предоставлению ночлега и укрытия "титушкам", прибывшим в тот или иной регион для рассправ над демонстранатами. Вот такие люди, как Горбулин, должны быть советниками у Порошенко а не "гелетеи"и "луценки" - трескуны и фанфароны. Ответить Цитировать Пожаловаться
  • panda05 25 января, 16:01 Русские ещё в 1993 году начали «гонять» когнитивные модели гибридной войны, о которых Дед только начал задумываться, а богатый опыт участия во почти всех мировых конфликтах позволил русским, впрочем, через суггестию в "ящиках" Украины изящно «транзитивно» перейти от модельной когнитологии к реальной аннексии огромных территорий. Кстати, интерес к этому родился в Украине в конце 80-х и давно уже стал классической практикой, не смотря на шипение американцев: «СБУ», «ФСБ» «ГРУ», «СВР», а русские, как всегда, тупо воспользовались готовым. А ДЕДУ можно бы дать совет, - догонять ещё 25 лет или пересилить свои амбиции и цвет патриотизма, а поскольку ДЕД совсем забыл какой хе_ней занимался в начале-середине 90-х и стремиться уже сравняться с лаврами Патона, проблема будет оставаться на уровне таких статей уровня Почепцова. «И когда эта гусеница станет бабочкой» (С).... Ответить Цитировать
  • Natalia Berdadyn 25 января, 14:43 приємно прочитати статтю, яка попадає у саме яблучко. Тут слід додати, що страшний сон Путіна і кацапської шобли - це коли б Україна масово перейшла на українську мову. Бризкання слини на окупанта, бурхливі негативні емоції - має для них порівняно маленький ефект. Для них ті, хто говорить і думає російською - свої, і їх навіть готові захищати, про що неодноразово наголошували. Тобто, фактично, захищати російську, як засіб транслювання цих симулякрів і смислів саме у закамуфльований спосіб - вороже подається, як своє "своєю мовою". Висновок, давайте не будемо жертвами асиміляції московських ворожих урядів, які століттями планували і все робили для того аби теперішні покоління українців могли сказати "яка різниця якою мовою розмовляти, головне, аби людина була хороша" - переконання яке відсутнє, як неприйнятне у масовій свідомості всіх наших цивілізованих сусідів. Від русифікації до бідності Нав’язування російської мови – лише один з аспектів експорту Росією свого способу життя tyzhden.u**a/Politics/24383
    Олександр Петраш 29 января, 01:20
    Дійсно, "подленький" аргумент- "не всё равно, на каком языке разговаривать"... І дійсно, якщо не має значення, то розмовляйте Українською. В чому справа? Нет же проблемы... Ви ж в Україні! Но они всегда и везде - На Украине. Так и с этим подленьким - "украинизация", что однозначно воспринимается, как что-то "насильственное, принуждаемое". Нет и по природе не может быть в Украине - "украинизация"! Есть "Возрождение", "Відродження" того, що Було і століттями підступно - відкрито, або з лицемірством руйнувалось. У євреїв, молодці, є "Ткума" - "Відродження", навіть такий Інститут в Дніпропетровську.А у нас заглотнули эту "Гнилую" наживку в подло онаученной обёртке, і мусять весь час виправдовуватись, відмиватись. А потрібно ставити питання про компенсацію на відновлення зруйнованого. І моральну _ привселюдне вибачення, і матеріальну. А що, не так? Німці, які не менш амбітні, і вибачились і матеріально компенсують.
    Ответить Цитировать
Реклама
Последние новости
Курс валют
USD 25.90
EUR 29.07