Авдеевка. My education

Станислав Васин 10 февраля, 23:05
Авдеевка
facebook/Евгений Каплин

Читайте также

Похоже на сочинение восьмиклассника. Но вот по улице идет женщина, и все претензии на оценку в конце отпадают. В ней странно все. Она богато и красиво одета и совсем не создает впечатления неблагополучного, запустившего себя человека. С другой стороны, сейчас всего два часа дня, а она явно пьяна. Женщина спокойно говорит по телефону и движется вглубь района, пока в двухстах метрах мощно бьет миномет. Когда я увидел ее, то подумал, что спокойствие и безразличие ей дает алкоголь. Не все могут жить в доме, из окон которого виден минометный расчет. Мы равняемся с ней около разрушенного частного дома, где вчера погибла 78-летняя женщина, и краем уха я слышу, как она говорит: "Они всех нас поубивают". Кто эти они — ВСУ или "ДНР", чей миномет стоит посреди жилого квартала, — так и не ясно. Но здесь, в Макеевке, слышна Авдеевка: пустота улиц, атмосфера депрессии, страха и, конечно же, мины, со свистом уходящие одному богу известно куда. До Авдеевки отсюда около 12 км, и вся местность усеяна здесь минометами.

Как и любая горячая точка на карте, Авдеевка выходит далеко за пределы своих административных границ. И начинается так же внезапно, как и заканчивается. За эту неделю Авдеевку можно было встретить в Макеевке и Донецке, на дорогах Харцызска с Шахтерском, по которым колоннами шла техника боевиков, в местных троллейбусах и маршрутках, где люди наутро обсуждали снесенный от взрыва донецкий "Мотель". Можно было найти ее и в моей ванной, где на меня посыпался целый сноп искр от вырванной с потолка лампы, пока снаружи, на улице, стоял гул от БМ-21. Но больше всего Авдеевка проявила себя именно здесь, в небольших шахтерских поселках Макеевки, откуда почти круглосуточно били орудия, и куда постоянно прилетали снаряды от САУ. В таких случаях я всегда пытаюсь быть где-то невдалеке. На первый взгляд, это не так уж и сложно: во время боев боевики ставят орудия абсолютно везде, так что почти не остается жилых кварталов, рядом с которыми не был бы слышен гул от ракет. И все же война глазами из собственных окон отличается от той, что "стоит" возле воронок от мин. 

Шагая по макеевским улицам в период самого пика боев, я в очередной раз убедился, что Украины здесь нет. Это наша земля, и все же здесь нет Украины. Во всяком случае, в ее рекламной картинке. И дело совсем не в "республике". Трудно себе представить, чтобы кто-то здесь надел вышиванку или спел украинский гимн. Среди этих бетонных стен, колючих проволок автобаз, шахтных стволов и покрытого черной копотью снега люди должны ходить сгорбившись, в старой потертой одежде, с застиранным пакетом Marlboro, в котором лежит "тормозок". А теперь, когда все это накрывает минометными залпами… Пока я наматывал километры по макеевским улочкам, пытаясь добраться до разрушенных ночью домов, то думал: кто же в итоге спускает курок? Может быть, это сделали очень давно, незаметно поместив нас в шахтно-бетонное гетто, где для мышления просто не остается шансов выйти за рамки рабочих часов? 

Пройдя всего несколько километров по одной из улиц, у меня создалось впечатление, что сепаратизм здесь повсюду. Вот только к "ДНР" он не имеет никакого отношения. В каждом из этих домов — своя жизнь, не связанная с жизнью напротив. Прошитый осколком железный забор не имеет никакого отношения к дыре, что зияет в бетонном заборе. Люди здесь не украинцы, не русские и, уж тем более, не "новороссы". Это люди, чья идентичность определяется шахтным стволом и наглухо закрытыми ставнями, которые первыми примут осколки в себя. Такой себе Догвилль — подобие города, неизвестно где, с линиями краски вместо бетонных стен.

Существующее здесь с реальностью связано мало. Официально линия фронта проходит в
10 км от этих мест. Здесь есть магазины, работает транспорт, а кое-где можно встретить даже детей. На Чудской, ради которой я, собственно, и приехал, увидел одного такого ребенка: пока делал снимки сгоревшего дома, а коммунальщики выгребали пепел в подъезде, эта девочка спокойно шла мимо, не отличаясь от таких же киевских 10-летних детей. Разница была лишь в одном: чтобы выйти на трассу, ей пришлось обогнуть двумя метрами выше большую воронку, пока за заводом и дальше бил миномет. Эта обыденность и одновременно нереальность происходящего сначала сбивает вас с толку. Кажется, что незачем ей идти в школу, — все равно все вокруг сводится к числам 82, 120 и 122. Их запомнить легко. Как и то, что нужно ненавидеть "укропов". Не все, но многие думают так. Ведь еще один маркер местной реальности — кладбища, где лежат чьи-то братья, отцы, сыновья с фотографиями в камуфляже. Обогнув ту воронку, лет через десять этот ребенок может превратиться в то самое "быдло", о котором так много сказали во время выдачи в Авдеевке гуманитарной еды. Вполне может быть, что она тоже возьмет эту кашу, проклиная тех, с чьих рук принимает обед. Линейность здесь не работает. Логика разбивается о плиты могил. Впрочем, позже Фейсбук все объяснит.

Многие скажут, что это неоправданный риск. Что снимать там, где ложатся снаряды, а украинскую камеру, мягко говоря, не ждут, — означает впустую рисковать своей жизнью. Но прежде всего я делаю это для себя самого. Конечно, это еще и моя работа, и подобные фото и посты несут мир войны в Киев, Одессу, на Волынь. Война появляется там в онлайн-режиме, в виде интерактивной картинки, вроде пейзажей Самоа на заставке на рабочем столе. И все же в первую очередь я делаю это для себя самого. Это — my education, которое не купишь ни за какие деньги. Впрочем, и платить приходится отнюдь не деньгами. За снимок воронки от САУ или застрявшей ракеты от "Града" отдаешь что-то личное: становится все сложнее говорить о погоде и "панамских архивах". Перед глазами появляется серость, которая уже не уходит, какими бы красками побед и прогресса ее ни раскрашивали. Старая избитая мысль о том, что на войне нет победителей, становится здесь вроде молитвы. Впрочем, все индивидуально, и многие спокойно переступают через длинный железобетонный макеевский труп — и дальше едят суфле где-нибудь на Печерских холмах. 

Но Авдеевка для меня продолжалась, и, проезжая мост через Кальмиус, я увидел, как на застывшей воде, просто под свист артиллерии, кто-то катался по снегу, натянув подобие парашюта над головой. За счет сильного ветра этот человек буквально летал по замерзшей реке. И хотя в самый центр снаряды прилетают не часто, но от сплошных минометных расчетов в Макеевке его отделяли каких-то 15 минут на авто. 15 минут назад в маршрутке просили водителя не останавливать, чтобы "от укропов не прилетело", — и вот человек, который раскрыл парашют. Что это? Пир во время чумы? Может быть. А может, этот человек просто понял, что в войне в Донбассе ничего уникального нет, и этот конфликт — просто один из вариантов человеческих отношений. Вариантов, каких миллион. Алеппо больше нет. Грозный не так давно стоял в руинах. Менее известная Руанда, где за три месяца вырезали около миллиона людей — и всем было плевать. Никто не смог ничего сделать. Донбасс на их фоне — царапина. Однажды мне сказали, что не нужно думать, будто здесь — центр мира. И это действительно так. Пока я снимал разбитый квартал в Киевском районе Донецка, и тут же, невдалеке, продолжали ложиться снаряды от САУ, большая часть Украины жила "Світським життям", кафе и собирала своих детей в школу. Война появится там ближе к вечеру — с новым постом в Фейсбуке и выпуском "ТСН". И это нормально: не стоит тащить этот пепел в мирную жизнь. Те, кто кричат "все должны быть на фронте", вряд ли имеют хоть какое-то отношение к этой войне.

Есть такой документальный фильм — Human, премьера которого состоялась на Генеральной ассамблее ООН. В нем нет ничего, кроме крупного плана 2 тыс. людей, каждый из которых рассказывает свою историю. Есть там и рассказ палестинца, чью дочь убил резиновой пулей израильский полицейский. А следом за ним говорит израильтянин, потерявший свою дочь из-за атаки палестинского смертника. Оба они уверяют, что отказались от мести. Что мысль, будто смерть десяти врагов вернет дочерей, порочна и ни к чему не ведет. 

Но я не верю в Human. Я верю в Авдеевку, где люди ненавидят "укропов" так же, как "ЛОМы" в Фейсбуке учат ненавидеть этих людей. И если бы смерть десяти вернула дочь палестинцу, он бы убил. Даже не сомневайтесь. Авдеевка учит нас многому, как и в целом эта война. Но главный вывод, пожалуй, именно в этом: война не кончается там, где затихает гул от ракет. 

Теги:
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
9 комментариев
  • Anatolij Reznik 12 февраля, 10:06 Сумбур. Минометы в жилых кварталах. ненавидят укропов. Кто? эти забитые .безграмотные люди? Не надо воевать. Не за что? Их Янек гнул и они стояли раком. Теперь они кого то ненавидят Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Petro Protsyk 12 февраля, 08:12 Від філософії до життя. З одного боку, навіщо селянину з Поділля та Авдіївка-Ясинувата, що вона йому дає чи забирає, звичайно, якщо син не мобілізований. Що, здавалось би втратив заробітчанин з Буковини від анексії Криму, де в нього віли не було, та й сам він туди не їздив...З іншого боку - десятки й сотні тисяч наших співгромадян, що покинули домівки, втратили свою малу батьківщину...Відвойовувати свої території ціною втрат і розрушень типу Алеппо чи Грозного більшість з нас не здатна ментально...Що робити.... Ответить Цитировать Пожаловаться
  • spragly 11 февраля, 21:28 Є такі що нас ненавидять. Є такі що нас зневажають. Є такі що нам мстяться, нас вбивають, стежать за кожним кроком, чекають в засідці, б'ють в спину, накидають зашморг. Серед тих чужих є здичавілі, а є й освічені, що вміють сказати, "прогресори" що "роблять важку але потрібну їм чужинцям роботу". Але чужі. Ну і хіба це привід відмовлятися від нехай і скромного, але свого рідного? Дати себе контролювати, ошукати, зробити жертвою? Чому вчить війна? Та нічому не вчить, крім того як дати здачі, бажано із застосуванням військової хитрості та непередбачувано, проти всіх писаних правил. Війна створила сучасну цивілізацію, як не гидко це усвідомлювати. Треба брати приклад з Ізраїлю і не шукати "спільної вини" з агресором, мовляв "ми обидва винуваті", бо "треба ж якось поруч жити", "війна колись пройде". Ця війна ніколи не пройде, навіть після того як припиняться бойові дії, це автор правильно сказав. Бо винуваті ми були лише в тому що не можна залишатися слабкими. Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Ann Fed 11 февраля, 19:58 не сподобалася стаття.Суб'ектівна думка людини, яка взагалі багато чого не розуміє. Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Republic 11 февраля, 13:40 «Я вірю в Авдіївку, де люди ненавидять "укропів" » - і за що ж мешканці Донбасу так ненавидять ЗСУ, котрі – згідно ПРИСЯГИ - на суверенній території України ЗАХИЩАЮТЬ від злочинного порушення Конституцію України, прийняту народом України в 1996 році ОДНОГОЛОСНО!
    Юрій Стадницький 11 февраля, 14:34
    Автор щось там бреше про ненавидять. Хтось ненавідить, хтось любить, а комусь і нєту разніци.
    Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Микола Тищенко 11 февраля, 09:26 Раз уже ми заговорили про education та почали перейматися фундаментальними питаннями, і нас турбує "розрив шаблону" від картинок, що спостерігаємо, дозволю собі порадити авторові (та й читачам) дещо змінити парадигму. Спробуйте замість "соціуму" підставити "фауну", а часом і "флору". Ви будете здивовані, як багато чого стане на свої місця Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Олексій Поляков 11 февраля, 01:44 а де фото ?
    Korochka 12 февраля, 21:18
    Та че там фото?! Давайте потребуем у редакции еще и адрес домашний человека, который рискуя из Донецка пишет!
    Ответить Цитировать Пожаловаться
Реклама
Последние новости
USD 26.97
EUR 28.36