Прибыльный налог

фото

Читайте также

В статье "Налоги, которые не убивают" (ZN.UA, 6 июня 2014) описывались предложения Реанимационного пакета реформ (РПР) по "перезагрузке" налоговой системы. Новая система призвана собрать необходимый на сегодня объем поступлений (сокращение расходов бюджета — отдельная, тоже очень важная тема), но при этом исключить произвол и мелочный контроль, значительно снизить возможности для коррупции и злоупотреблений, а также радикально упростить учет, начисление и уплату налогов. Для этого особенно важно коренным образом изменить налог на прибыль предприятий (НПП).

В нынешнем виде этого налога, по сути, нет, поскольку предмет обложения — весьма эфемерная величина, которую любой грамотный бухгалтер может как завысить, так и свести к нулю. Чтобы этого не происходило, налоговой вменяют план, и она доводит разнарядку до предприятий, исходя из экономически абсурдного и совершенно противозаконного неформального норматива в процентах от оборота — кому один, кому полтора, кому и больше... А кое-кому — и вовсе ничего, зато всегда можно "съесть" того, на кого укажет начальство или рейдеры. То есть по факту это — "договорняк", а не налог, отсюда и необходимость устанавливать, вопреки всем цивилизованным нормам, планы по поступлениям. В свою очередь, само их существование превращает в пустой звук все декларации о "партнерстве" с бизнесом, в корне искажая стимулы и подходы налоговой службы, которая вместо того, чтобы преследовать настоящий криминал, занимается выжиманием соков из легально работающих предприятий. 

Поэтому вместо нынешнего НПП РПР предлагает облагать налогом только распределенную прибыль, причем по очень щадящей ставке в 10-15%. Тогда контроль сводится к платежам в пользу физлиц, и его легко можно либо возложить на банки (как это сейчас работает в отношении зарплаты), либо проводить дистанционно, просто отслеживая движение средств по счетам — в отличие от расчетов прибыли, здесь нет никакой двузначности. Это позволяет навсегда уйти от контроля затрат и поступлений, отменить налоговый учет, и даже прямо запретить инспекторам копаться в документах! Впрочем, конечно, любой профессионал назовет тысячу и один способ уйти и от этого налога, а всякие способы контроля за теми же трансфертными ценами, если их вводить, сведут на нет всю простоту и однозначность.

Вот поэтому вторая часть предложения — нижний порог в процентах от основного капитала, который хорошо зарекомендовал себя в Мексике и некоторых других странах. Величина его определяется ставкой налога на прибыль, умноженной на приблизительную среднюю "стоимость денег", грубо говоря, что-то типа среднего банковского процента. То есть речь идет, округленно, об 1—2% в год — вполне терпимо для тех, кто эффективно использует свою собственность. Но, конечно, весьма тяжело для тех, кто получил активы даром и, соответственно, не особо заботится об их продуктивности (или, еще хуже, не способен это делать). Ну, или для тех, кто получает отдачу сполна, но привык ее надежно прятать, например, в тех же оффшорах. Это предложение вызывает особенно много недоразумений, поэтому на нем стоит остановиться подробнее.

Основное опасение — не приведет ли такой порог к подавлению инвестиций? Да, если исходить из сугубо книжной теории, то, наверное, такие опасения небеспочвенны. Но в условиях суровой украинской реальности можно смело утверждать обратное. Ведь, во-первых, в отличие от нынешнего налога на прибыль, предлагаемый вариант — предсказуем, то есть лишен недостатка, больше всего отпугивающего инвесторов. Во-вторых, сегодня для того, чтобы инвестировать часть прибыли, с нее вначале нужно заплатить НПП, и только потом уплаченное будет постепенно компенсироваться амортизацией. В предлагаемом варианте этот налог наоборот как бы платится "в рассрочку". Расчет показывает, что при той огромной стоимости денег, (не говоря уже об инфляции), которая характерна (и, увы, еще долго будет характерна) для нашей экономики, так для инвестора выгоднее. Ну и, наконец, для новых инвестиций предполагается льготный период в 2—3 года. Вдобавок одновременно существенно снижается ставка НДС для капитальных товаров. Впрочем, строить у нас капиталоемкие заводы все равно вряд ли кто отважится: политическая нестабильность к этому не располагает. Да и вообще, в странах с относительно дешевой рабочей силой выгоднее развивать трудоемкие отрасли.

Ну а как же быть с теми, у кого нет на балансе основных средств? Не будет ли такой налог дискриминировать капиталоемкий бизнес? Да, конечно, любой налог на кого-то давит сильнее, чем на других, и таким образом искажает экономические стимулы — это неизбежное зло. В частности сейчас больше страдают трудоемкие предприятия, особенно малый и средний бизнес (использующий большую часть рабочей силы), который, производя меньше половины ВВП вынужден платить больше половины даже от налога на прибыль (данные 2012 г.), не говоря уже о ЕСВ. Поэтому, если нагрузка сдвинется в сторону капиталоемкого, то это будет просто восстановлением справедливости. При этом есть основания надеяться, что такое перераспределение нагрузки будет способствовать росту экономики.

Во-первых, к сожалению, в процессе "большой" приватизации далеко не все, мягко говоря, предприятия обрели эффективных владельцев. Поэтому немалая часть фондов используется неэффективно, не говоря уже о долгостроях. Однако хозяева сидят на них как собака на сене ("Отягощенное наследство: предприятия без предпринимателей", ZN.UA №26, 3 августа 2012). Предлагаемый налог заставит их шевелиться или искать покупателей. В результате возрастет отдача от уже имеющихся производственных мощностей.

Во-вторых, молодые предприятия, особенно инновационные, то есть основанные не так на вложениях, как на идеях, получат возможность вырасти в относительно более благоприятном налоговом режиме. Причем все, а не "избранные" по списку, утвержденному Кабмином! Сектор услуг получит преимущество? До некоторой степени, да. Но если присмотреться повнимательнее, то в "простых" услугах, не требующих при этом основных средств — вроде нянь или сантехников — конкуренция достаточно высока, так что особенной прибыли там никогда и не было. Тем более, что в большинстве случаев их оказывают либо неформально, либо самозанятые на упрощенной системе. А высокооплачиваемые интеллектуальные услуги — это как раз тот субсектор, которому нужно создавать максимально благоприятные условия, чтобы его работники и предприниматели могли сохранять и реализовывать конкурентные преимущества Украины в сфере инновационной экономики (см. в той же статье) на родине. Без такой косвенной поддержки эти преимущества могут вскорости растаять. 

Финансовый сектор также оказывается в некотором выигрыше, причем не только от перехода на обложение распределяемой прибыли, но и от сокращения ставки ЕСВ, о которой говорилось в предыдущей статье — ведь большая часть зарплат там платится "вбелую". Однако катастрофы не будет, поскольку предприятия этого сектора как раз заинтересованы показывать и распределять прибыль. Да и контроль за ними куда проще. Поэтому фактически из-под обложения налогами будут выведены в основном инвестиции, в том числе и вложения в нефинансовый сектор. Это, в свою очередь, поможет несколько ослабить проблему "финансового голода", от которой так страдают отечественные предприятия, особенно МСБ. 

Кроме того, достаточно "зрелые" предприятия, которые успели накопить основной капитал, будут вынуждены платить налог независимо от того, распределяли они прибыль или нет. Соответственно, исчезает один из главных сегодняшних тормозов для развития фондового рынка и привлечения инвесторов: желание во что бы то ни стало укрыть прибыли от налогообложения (точнее, конфискации государством). Основные фонды и так видны невооруженным глазом, поэтому нет смысла скрывать от акционеров (и налоговиков) настоящую отчетность — можно смело "открываться" и привлекать капитал. Тем более, что налоговики при этом уже не будут лучшими помощниками рейдеров. Соответственно, не только ускорится модернизация экономики, но и появятся реальные возможности для развития накопительной пенсионной системы. 

Но даже крупные капиталоемкие предприятия "старых" отраслей получат некоторую пользу. Да, им придется платить, и никакие махинации с оффшорами больше не помогут избежать этой печальной необходимости. Зато никто не сможет обвинить их владельцев в том, что они, мол, "прихватизировали народное добро", и "не делятся" — ведь значительная часть (предварительно — от четверти до половины) пенсий будет платиться за счет поступлений от активов или прибыли. Это до некоторой степени поможет легитимизировать их собственность, навсегда сняв вопрос о "реприватизации" ("Рожденные во "хапке"-3: расписание на послезавтра" ZN.UA №7, 22 февраля 2013). В сочетании с предыдущим пунктом это будет способствовать превращению сегодняшних "бизнес-административных групп" в настоящие крупные корпорации.

Работа над предлагаемой концепцией продолжается. В частности остается много вопросов по оценке основных средств, дифференциации ставок налога в зависимости от их вида (на землю ставка должна быть наибольшей, на недвижимость — несколько меньше, на оборудование — еще меньше), определению базы (и, соответственно, окончательному решению относительно ставки) и многие другие. Ожидается, конечно, и отчаянное сопротивление тех, кто хорошо жил при старой системе и от такой реформы проиграет. Смогут ли его преодолеть остальные — огромное большинство предпринимателей, которые сейчас, как прежде, страдают от произвола, граничащего с рэкетом?

Комментарии экспертов

Татьяна ЕФИМЕНКО, президент Академии финансового управления при Минфине Украины, д.э.н., член-корр. НАН Украины:

— Нынешний процесс фискальных реформ сопровождается многими инициативами со стороны бизнес-сообщества. В связи с этим я в принципе поддерживаю реформаторские инициативы, которые проявляют представители "Реанимационного пакета реформ" (РПР – группа при Минэкономразвития). Пообщавшись с авторами предложений, могу сказать, что их позиции, на мой взгляд, во многом определяются точкой общественного кипения, в которой находится украинский социум.

С этой точки зрения, поддерживаю мысль о том, что многие блоки госуправления нуждаются в коренных изменениях. Поэтому Реанимационный пакет реформ с учетом обстоятельств нынешнего кризиса действительно необходим. 

По сути инициатив, отмечая их многие полезные и интересные аспекты, необходимо сделать существенные замечания.

Наиболее заметным недостатком предложенной модели НДС, как и налога с розничных продаж, является рост риска недополучения значительных средств бюджетом на этапе розничной торговли, на которую ложится основная нагрузка налога и которая хуже всего поддается контролю вследствие большого количества субъектов (что увеличивает заинтересованность в сокрытии оборотов). 

Еще одним замечанием к предложенной реформе НДС является то, что Директива Совета ЕС №2006/112/ЄС от 28.11.2006 года об общей системе налога на добавленную стоимость не предусматривает возможности применения двух стандартных ставок НДС (ст. 96), а также устанавливает, что стандартная ставка не может быть ниже 15% (ст. 97). 

И хотя возможность установления одной или двух сниженных ставок существует, однако сниженными считаются ставки, которыми облагаются операции поставок определенных видов товаров и услуг  (продуктов питания, водоснабжения и т.п). Поэтому ставку 7% нельзя считать сниженной – это одна из стандартных ставок налога.

Таким образом, предложенная модель реформирования НДС расходится с общеевропейскими стандартами, хотя Соглашением об ассоциации Украины и ЕС предусмотрена необходимость приближения нашего налогового законодательства к директивам ЕС.

То же самое касается и предложений РПР по налогу на прибыль, в отношении которого нет общеевропейских директив, однако существует устоявшаяся общеевропейская практика, которой, раз уж мы стремимся в Евросоюз, мы тоже должны соответствовать.

Мы действительно поддерживаем энтузиазм молодых реформаторов-"реаниматоров" и готовы с ними работать, чтобы находить позиции, соответствующие евроинтеграционному вектору. Наверное, именно сейчас, когда в принципе объявлено, что Соглашение об ассоциации будет подписано до конца месяца, целесообразно обсудить модель перехода к европейской фискальной политике. Но поскольку половинчатые и непоследовательные решения принимались в течение многих лет, то, на мой взгляд, именно сейчас надо найти консенсус по поводу принципиальной позиции евроинтеграции. 

Владимир КОТЕНКО, руководитель налогово-юридической практики Ernst&Young в Украине

НДС

— НДС-счета могут стать эффективным механизмом борьбы с некоторыми видами злоупотреблений. В первую очередь, они ограничат возможности так называемых предприятий последнего звена обналичивать собранные суммы налога. "Бонусом" для добросовестных налогоплательщиков может стать упрощение администрирования.

Необходимо, чтобы внедрение этого механизма не привело к существенному (масштабному и длительному) "замораживанию" оборотных средств бизнеса. Технически такая задача выполнима. Роль IT-решений (главным образом на уровне государственных органов) для обеспечения безболезненного функционирования НДС-счетов сложно переоценить.

При этом поспешно отказываться от уже используемых инструментов администрирования не следует. Возможно, понадобится пересмотреть решаемые с их помощью задачи. Например, информация, накапливаемая в едином реестре налоговых накладных, может продолжать использоваться для выявления случаев уклонения от НДС — при этом институт налоговой накладной вполне может быть пересмотрен. 

Ставки и порядок исчисления. Снижение ставки НДС явно не ко времени. Можно смело прогнозировать, что результатом снижения ставки будет уменьшение доходов бюджета (возможно, весьма драматичное).

Хотя предложенный подход фактически соответствует доминирующей в Европе тенденции переноса налоговой нагрузки на потребление, заявленные методы вряд ли своевременны в украинских реалиях.

Налог на прибыль 

Переход к налогообложению распределённой прибыли может оказаться слишком радикальным решением. Помимо неизбежного возникновения массы спорных вопросов и длительного периода привыкания (что в нынешних условиях уже весьма болезненно), нет уверенности в эффективности такого решения в принципе. Так, существует масса способов передачи денежных средств физическим лицам помимо распределения прибыли. В итоге либо от этого налога будет легко уклониться, либо налог будет не менее сложным, чем нынешний.

Минимальный налог на основные средства — тоже довольно спорная идея, поскольку для многих плательщиков он может стать очередным "налогом на убыток" (или "минимальной налоговой нагрузкой" — выберите термин по вкусу). 

Имеет смысл сохранить общую концепцию — налогооблагать прибыль, определенную по правилам бухгалтерского учёта с небольшим количеством налоговых разниц.

Усилия в первую очередь должны быть направлены на существенное сокращение количества разниц между бухгалтерским и налоговым учётом. 

Единый социальный взнос

Уменьшать ставку ЕСВ нужно. Снижение ставки — пожалуй, единственный инструмент, который доступен/подконтролен властям и способен хоть как-то поспособствовать детенизации. Иные варианты (победа над коррупцией, повышение сознательности и т.д.) вряд ли следует рассматривать в качестве инструментов, которыми власти могут легко воспользоваться.

Компенсатором снижения ЕСВ может быть либо повышение ставки НДС, либо введение новых налогов (например, различные акцизы, местный налог с продаж через РРО).

Реформа ЕСВ должна сопровождаться постепенным отказом от монополии солидарной системы пенсионного обеспечения.

Александр КИРШ, шеф-редактор журнала "Бухгалтер":

- В целом предложенную реформу поддерживаю и, безусловно, одобряю. Но есть и определенные нюансы, которые могут затруднить процесс ее практического внедрения. Купив нечто за 107, розница вынуждена будет продавать это не дешевле 117, иначе потерпит убыток. Сейчас такого нет. С учетом же торговых издержек минимально необходимая надбавка станет еще больше. Рознице будет тяжело, особенно на первых порах, вся тяжесть основного налога страны ляжет на нее. Может быть, стоит рассмотреть вариант, когда на всех стадиях все в равных условиях, а спецсчета и обычные счета могут взаимно свободно пополнять друг друга и существуют для облегчения контроля при штрафах за несвоевременность возврата на спецсчет.

Александр МИНИН,

старший партнер юр фирмы "КМ Партнеры":

— Реформировать налоговую систему надо. Хотя бы для того, чтобы не проигрывать соревнование с соседями. Так, Россия в общем налоговом рейтинге, по свежим данным Всемирного банка (http://russian.doingbusiness.org/rankings), на 56-м месте, Украина на 164-м. Нам нужно подтянуться хотя бы до уровня России, чтобы вернуть тот же Крым, чтобы Донбасс не смотрел в ту сторону в поисках более интересного варианта государственного устройства по крайней мере с точки зрения налогов.

Чтобы не вышло "как всегда" (хотя бы как с тем же Налоговым кодексом, который был скорее имитацией реформы), предварительная концептуальная проработка и рассмотрение возможных моделей необходимы. То есть не начинать сразу с "бумагомарания", законопроектами показать "вал" и "движуху", а проработать принципиальные модели, оценить их возможные плюсы и минусы. 

В этом плане интересна модель Эстонии (номер 32 в упомянутом рейтинге) по налогу на прибыль. При том, что эта модель обеспечивает большие поступления в бюджет, нежели ранее применявшаяся традиционная, она гораздо проще и воспринята бизнесом. При этом, судя по общению с эстонскими коллегами, споры по этому налогу практически отсутствуют. Такая модель признана к тому же соответствующей европейским требованиям. Хотим мы такое у себя? Если воспринять эту модель, то можно заодно ставить и вопрос об устранении ряда упрощенных режимов налогообложения, поскольку она решает и задачи таких упрощенных режимов. То есть всем будет одинаково хорошо. Этим мы устраняем и расслоение, и усложнение в экономике по типам налогообложения.

Из проблемных самый проблемный налог — НДС. Если мы планируем находиться в рамках европейской системы, то он будет оставаться. Значит, нужны такие изменения, чтобы убрать основные проблемы его сегодняшних реалий в Украине.

И один из самых больных вопросов — социальные взносы. Хотя они формально выведены из налоговой системы около 10 лет назад, в реальности — это налоги. Фактически даже обязательства государства в этой сфере давно перекрываются не за счет собственно платежей, привязанных к работникам, а за счет разного рода налоговых изъятий. Вспомним для примера 7,5% от стоимости телефонных разговоров по мобильной связи, которые взимаются как пенсионный сбор, или тот же сбор при покупке валюты. И в этом нужно быть реалистами и кардинально менять систему, чтобы она была адекватна действительности. 

Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
4 комментария
  • juke_juke 14 июля, 15:31 "Ведь, во-первых, в отличие от нынешнего налога на прибыль, предлагаемый вариант — предсказуем, то есть лишен недостатка, больше всего отпугивающего инвесторов." вряд ли он предсказуемым будет если подход к администрированию не поменяется. Какая разница как рассчитывать сумму налога если все расчеты сверху спускать. А если подход поменяется, то зачем налог менять? А в какой европейской стране еще такие новации применяют? или по крайней мере планируют применять? Ответить Цитировать Пожаловаться
  • FedRed 14 июня, 16:58 Вот интересный коментарий Кирша: выходит что налог с продаж не убивает розничную торговлю, хотя это означает что, если розничный налог 10%, то то что купил за 100 должен продать за 110 минимум и выйти в ноль. Мне как производителю предложения супер, если я буду платить ПДВ всего 7%, даже с налоговыми счетами, тем более я так понимаю, что есть возврат на мой счет. Ответить Цитировать Пожаловаться
  • ahbufn 14 июня, 14:07 Можно ли облагать налогом прибыль ? Да можно, но нужно для начала вспомнить что это такое. Если очень кратко, то прибыль это увеличение за отчетный период долга предприятия перед своим собственником. Убыток, это уменьшение этого долга. Причем долг этот расчетный и то насколько этот расчет был корректным можно проверить только при продаже бизнеса. Если говорить о капитале, то это не изменение за период, а абсолютная величина этого долга - сколько предприятие должно собственнику (м). Капитал величина тоже "ориентировочная" и подтверждается только при продаже бизнеса. Если стоишь систему на шатком основании, у системы нет шансов на устойчивость. Гораздо более практичным является строит систему налогообложения на привязке ее к покупке или получению права собственности на актив. Получил актив (услугу), заплати налог. Не заплатил налог, не имеешь права собственности на актив. Если право собственности переходит при оплате, то часть платежа сразу в момент оплаты идет продавцу, а часть государству в виде налога. Если есть отсрочка платежа продавцу, то налог все равно нужно платить, если товар уже в твоей собственности. Здесь подумаешь перед тем, как покупать нужен этот товар тебе или нет. Сразу появляется сильнейший стимул покупать напрямую минуя посредников. Ставки налога на покупку не могут быть едиными для всех товаров и услуг, а должны различаться в зависимости от стадии цикла производство-торговля-потребление. И для бизнеса и для фискальных органов это уменьшение работы в сотни раз, высвобождение тысяч людей от бессмысленных с точки зрения производительности системы затрат труда. Но это и существенный минус данного решения, что же этот народ будет делать ? Украина сейчас в состоянии, когда нужно принимать решения по сути, а не по аналогии. Сможем, выживем, нет, то нет.
    fedik 24 августа, 08:05
    Вот именно. и налог с продаж может заменить и ндс и нпп. Покупаешь для себя - заплати сразу. Покупаешь ОС для использования в производстве - можно получить налоговый кредит. Только не тот кредит, который при НДС, а реальный - возможность платить несколько лет, пока эксплуатируешь ОС. Хочешь продать до погашения всего налога - будь добр, доплати. Да, покупатель б/у техники заплатит повторно. Но у него будет возможность выбрать - купить б/у или новое. Выберет то, что выгоднее по конечной цене, с учетом всех налогов. И совсем не понятна бредовая аргументация НДС директивами ЕС. Нас что, уже пригласили? Чтото не припомню. Будем вступать, тогда и надо ИХ налоговые требования обсуждать. От Штатов они тоже требуют, чтобы у них был НДС не ниже 15%?
    Ответить Цитировать
Реклама
Последние новости
Курс валют
USD 25.90
EUR 29.17