Жертва обстоятельств

Антонина Юрченко 3 сентября 2016, 00:00
жертва

Читайте также

 

"Я подошел к зеркалу и увидел в нем лицо своего врага"

Неизвестный автор

 

Сквозь приоткрытое окно комнаты слышен разговор пожилой соседки по телефону: "Я с утра на ногах: сходила в магазин и на рынок, вернулась, приготовила обед, прибрала на кухне, устала, спина болит, а эти (муж и взрослые дети) палец о палец не ударили, чтобы мне помочь!". 

Полчаса разговора в таком же духе, только дальше она жалуется на здоровье, которое подводит, государство, что платит маленькую пенсию, злых соседей, которые специально смотрят телевизор допоздна. И так каждый день, в течение многих лет. Тяжелая жизнь у человека, ничего не скажешь. Одно непонятно — почему она продолжает так жить? И не только она. Люди, постоянно жалующиеся на коллег, начальников, клиентов и партнеров, святые жены плохих мужей и героические мужья непутевых жен, мученики-родители неблагодарных детей, вечные неудачники, которых все обманывают, — этот список можно продолжать.

Можно сказать, что страдание для таких людей — это образ жизни. Здесь следует оговориться, что тяжелые периоды в жизни бывают у всех без исключения, и в такие моменты мы, конечно же, можем страдать. Только у одних сложности заканчиваются, и начинается светлая полоса, а у "жертв" сложности следуют одна за другой, более того, всегда находится повод пострадать и помучиться даже тогда, когда все идет хорошо. Кстати, у некоторых получается вообще не страдать в самых непростых обстоятельствах.

Несмотря на различные судьбы, обстоятельства, возраст и время, у всех "жертв" есть несколько общих признаков.

Во-первых, такой человек почти ничего не делает сам, с ним обычно что-то происходит. Безусловно, взрослый дееспособный физически и душевно здоровый индивидуум — не игрушка, которой могут играться другие, заставляя его делать нечто ему же во вред. Но так это выглядит со стороны, а субъективная реальность жертвы такова, что она никогда не признает свой вклад в ситуацию своего страдания. "Со мной случилось", "со мной так поступают", — вот типичные речевые обороты, указывающие на то, что человек исключает себя и свои действия из происходящего. Он пассивен.

Во-вторых, жертва всего страдает громко. Все окружающие будут знать, что ей плохо, с ней поступают несправедливо, ее обижают, она несчастна. В ход идут бесконечные жалобы, плач, обвинения и укоры, и это тоже пассивная реакция. Собственно, в этом и смысл, потому что от молчаливого страдания, о котором никто не догадывается, нет никакой пользы и удовольствия. 

Да-да, я не оговорилась. Если бы страдание напоказ не приносило никаких выгод, никто бы не страдал. Нежелание признавать то обстоятельство, что страдания на самом деле нужны для того, чтобы получить что-то от окружающих, негодование и отрицание — третий отличительный признак хронической жертвы. 

Если посмотреть, что происходило с "жертвами" в детстве, то можно увидеть, что внимание, забота и поддержка этим детям доставались с огромным трудом. Только экстремальные ситуации могли привлечь внимание близких: истерика, болезнь, несчастный случай, ЧП в садике, школе и т.д. И в этих экстремальных ситуациях ребенок получал то, что ему было так нужно. Конечно, такое поведение не было осознанной и расчетливой манипуляцией, как можно подумать на первый взгляд. К сожалению, многие родители так считают и даже называют своих детей манипуляторами. Это так и не так одновременно. В таком поведении ребенка есть элемент манипуляции, но нет осознанности. Малыш просто знает, что если он громко плачет, почти в диапазоне ультразвука, то гарантированно привлечет к себе и своей нужде внимание взрослого, который эту нужду может удовлетворить. 

Увы, некоторые родители считают, что на истерику не надо реагировать, иначе ребенок "разбалуется". Он и так не избалован вниманием, а если и в истерике остается в одиночестве, то окончательно убеждается: все бесполезно, мама и папа не придут к нему на помощь. Истерики дети часто устраивают в людных местах, поэтому почти всегда найдется какой-то взрослый, который обратит внимание на ребенка (или на его родителей), т.к. детский плач и крик выносить трудно. Несколько повторений без надлежащих выводов со стороны значимых взрослых — и деструктивный навык закрепляется. 

То же самое с болезнями и несчастными случаями. Это звучит непривычно, но именно так: если внимание и заботу можно получить только в неблагоприятной для здоровья и жизни ситуации, тело такую ситуацию "организует". Ведь психические и телесные процессы в человеке неразрывно связаны и взаимозависимы. Подчеркну, что речь идет не обо всех заболеваниях и несчастных случаях. Время от времени все дети болеют, сбивают коленки и локти, разбивают носы и лбы. Но если ребенок буквально не вылезает из болячек или регулярно попадает в какие-то передряги, что называется, на ровном месте, — скорее всего, ему не хватает заботы и внимания. 

В эту же копилку — постоянные неприятности в садике и школе: его обижают другие дети (и тут важно понять, каков вклад ребенка в создание таких ситуаций), воспитатели, учителя. Ключевое слово — постоянные, поскольку, опять же, конфликты в коллективе бывают у всех, да и взрослые далеко не ангелы. Но если ребенок всегда кем-то обижен, стоит задуматься.

Из этого краткого экскурса в прошлое мы видим, как формируется мировоззрение "жертвы": она бессильна что-то сделать и может лишь кричать от боли и ярости; другие всегда больше, сильнее и значимее ее, и получить что-то от них можно, только предъявив свои страдания и тем самым обвиняя. Вина — очень невыносимое чувство, от нее хочется поскорее избавиться. Маленький ребенок смутно чувствует вину взрослых, но чем старше он становится, тем больше понимает: кто виноват, тот и будет что-то делать. Отсюда еще один момент — ни в коем случае не оказаться виноватым самому. "Ваза сама упала и разбилась", "Вася первым полез ко мне драться", "Математичка поставила мне двойку ни за что" — ответственность и вина всегда на других. Жертва никогда ни в чем не виновата и мало за что отвечает.

Детство проходит, человек вступает во взрослую жизнь. Он уже не беспомощен, многое может делать для себя сам, да и окружающие люди не так значимы, не так враждебны, как казалось раньше. Но это реалистичная картина, а в субъективном мире жертвы все остается по-прежнему, и оказывается, что так тоже можно жить.

Жертвенная позиция позволяет не брать ответственность за свою жизнь, профессиональную реализацию, личное счастье, здоровье. Она также дает возможность не признавать ошибки и тем самым делает невозможным извлечение уроков из них. Ведь нельзя научиться чему-то на чужом опыте, а свой опыт ошибок не присвоен. Кроме того, страданиями можно гордиться. Да-да, в нашем обществе к жертвам относятся с сочувствием и симпатией. Это весьма заманчиво — получать внимание и поддержку лишь потому, что тебе очень плохо. А не потому, что ты делаешь усилия, чего-то добиваешься, что-то преодолеваешь.

Вот история одной немолодой женщины. На первый взгляд, ничего особенного: окончила школу, уехала жить в большой город, вышла замуж за сельского парня, родила двух детей. Брак оказался неудачным: муж пил, постоянно уходил в загулы, она тащила на себе быт, детей, зарабатывала деньги как умела. А умела она немного, лишь выполнять несложную, но тяжелую физическую работу, —ведь после школы учиться не пошла. Всю жизнь она чем-то болела — сердце (кстати, врачи так и не смогли поставить точный диагноз), грибок на стопах (еле вылечила), затем добавились гипертония, диабет и другие неприятности. В 45 лет ушла на пенсию по инвалидности, и с тех пор здоровье только ухудшалось.

В ее рассказах о прошлом, об ошибках и упущенных возможностях чаще всего звучит фраза "мне никто не подсказал". Учиться она не пошла, потому что недобрые родственники спрятали ее документы. На вопрос — что, так спрятали, что и найти невозможно было много лет, или восстановить? — она злится и замолкает. Продолжала жить с неподходящим мужчиной и страдать, потому что "а что делать? Детям нужен был отец". Болела и продолжает болеть, ведь ей некогда заниматься собой и своим здоровьем, всегда находятся более важные дела. Стоит ли говорить, что все эти важные дела женщина сама себе организовывает, и ни одно из них, по большому счету, не так уж важно по сравнению со здоровьем и самочувствием.

В реальности этой женщины все окружающие ее не любят, не сочувствуют ей и ее страданиям, жестоки и бессердечны. И в чем-то она не ошибается: жалобы трогают лишь первое время. Окружающие откликаются на ее боль и невысказанные просьбы, но она никогда не бывает ни довольна, ни счастлива. К тому же есть многое, что никто за нее сделать не может: пойти к доктору, изменить образ жизни, начать ухаживать за собой, найти интересное занятие. Вечно несчастный человек, который несет свои несчастья перед собой, как боевое знамя, и винит в них весь мир… Повторюсь, никто не любит жить с чувством вины. Вот и от нее шарахаются, как от чумы, родные и близкие. И самое печальное, что она не может понять, как сама же построила свою жизнь таким образом.

До сих пор речь шла о выгодах, которые получает жертва, и вне фокуса внимания оставалась "цена". Мы ничего не получаем просто так. Цена "жертвенной позиции" — это нереализованные возможности, часто — плохое здоровье и отсюда низкое качество жизни, невозможность любить, радоваться и проживать жизнь в полной мере. Взрослый человек может многое изменить в своей жизни, если захочет. 

Виктор Франкл, выдающийся психолог и гуманист, как-то сказал: "Все можно отнять у человека, за исключением одного: последней частицы человеческой свободы — свободы выбирать свою установку в любых данных условиях, выбирать свой собственный путь".

Быть жертвой обстоятельств или активным творцом своей судьбы — выбор за вами.

Теги:
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Нет комментариев
Реклама
USD 27.12
EUR 29.45