Земля: между "серым" и "черным" переделом

земля

Читайте также

Если что в сфере АПК точно определено, так это время "Ч", назначенное на 01.01.2017 г., когда заканчивается действие моратория на куплю-продажу земли сельхозназначения

И, судя по накалу страстей, возникает большая вероятность запуска рынка. И это при том, что агробизнес стал драйвером украинской экономики, и для его регулирования и совершенствования принято немало законодательных актов, но в главной сфере — реформе землепользования, кроме вывесок на конторах, занимающихся этим деликатным делом, ничего не меняется. Разработка и принятие нормативов, которые бы определили модели хозяйствования, включая нормативы приватизации и объемы использования сельхозземель, из года в год откладываются. В результате на завершающей стадии реформы нет ясности, какая модель хозяйствования станет определяющей — фермерские хозяйства и семейные фермы европейского образца или агрохолдинги, сориентированные на монокультурное земледелие, экспорт агросырья и отсутствие заинтересованности в развитии сельских территорий.

Шаткая основа собственности

Несмотря на многократные продления моратория, активные действия в земельной сфере никогда не утихали. В последнее время сельские территории и вовсе превратились в центры деловых операций. Обилие совершаемых там сделок, где главными объектами становятся арендованные селянские и государственные земли, пристрастия, сопровождающие эти, искусно обходящие мораторий, действия, поражают. Как и толкотня в присутственных местах и нотариальных конторах, где оформляются многочисленные сделки.

Все больше предпринимателей, заработавших средства в торговле, транспорте или на "подупавших" промпредприятиях и имеющих доступ к банковским кредитам, спешат поучаствовать в агробизнесе, разжиться, в зависимости от толщины кошелька или уровня благосклонности банкиров, на перспективные приобретения. Особых проблем при этом не возникает. Купли-продажи сельхозземли, на которые наложен мораторий, заменяются корпоративными торгами. В результате формируются крупные сельхозструктуры, где в качестве основного средства производства фигурирует арендованная у государства или селян-паевиков земля.

Формируемая на такой шаткой основе собственность часто переходит из рук в руки, легко меняя хозяев. Впрочем, чрезмерное накопление земельных банков, которым увлекались аргохолдинги, арендуя земли "про запас", отходит в прошлое. В тренде корпоративных продаж сейчас пребывают небольшие (с хорошо налаженной инфраструктурой и подобранным персоналом) фермерские хозяйства, фирмы и сельхозобщества. Латифундисты, отсекающие в ходе оптимизации неэффективно используемую землю, ведут на компактные, хорошо организованные сельхозпредприятия настоящую "охоту", выдвигая их хозяевам предложения, от которых тем нелегко отказаться.

Немало фермеров, обеспокоенных экспансией крупных агроструктур и ажиотажным спросом на аренду пашни, чтобы сохранить свой статус и перспективу развития, по крупицам собирают то, что остается, ищут селян-паевиков, желающих передать паи в долгосрочную аренду. Но процесс этот связан с большими рисками, на которые решаются немногие. В создавшейся ситуации какие-то крохи из усиливающихся финансовых потоков перепадают и селянам-паевикам.

Стоит напомнить, что в 90-е и "нулевые" годы пашню в аренду брали у селян за мизерную, в основном натуральную плату. Только с 2008 г. после внесения корректив в закон об аренде земли было рекомендовано платить из расчета 3% от нормативной стоимости земли. Некоторое время спустя, даже без рекомендаций, по взаимной договоренности сторон, цена аренды на особо доходные и востребованные земли поднялась до 5—5,5% от ее нормативной оценки и продолжает возрастать… Благотворительность? Проснувшаяся совесть? Как бы не так. Непременным условием арендаторов, поднимающих цены, является требование заключать арендные договора на 10—20, а то и 49 лет.

Ажиотаж

Рост деловой активности в агробизнесе обусловлен появлением дополнительных драйвов. При этом лоббисты, отстаивая преференции сельхозпроизводителей, которые поглощаются в основном агрохолдингами, пугают коллапсом и чуть ли не убыточностью их агробизнеса, хотя отдача вложений в сельхозсектор, в отличие от других направлений экономики, существенно возрастает. Если в 2012 и 2013 гг. рентабельность сельхозпроизводства составляла соответственно 22,3 и 11,1%, то в 2014 и 2015 гг. — 29,2 и 50,9%. Эксперты с учетом всех разнонаправленных составляющих прогнозируют, что в нынешнем году результаты доходности будут соизмеримы с показателями двух предыдущих лет. Если объемы производства и экспорта зерна, отражая недосев озимых в ряде областей, могут сократиться на несколько миллионов тонн, то сборы поздних сельхозкультур, особенно подсолнечника, обещают с лихвой перекрыть потери.

Ажиотаж вокруг земли подогревает и начавшаяся децентрализация. Несколько сотен новосозданных объединенных громад всерьез восприняли обещания властей и положения закона о расширении их прав на использование сельхозугодий, находящихся за пределами населенных пунктов, и требуют их реализации. Согласно программе правительства, намечено создание еще двух сотен объединенных громад с расширенными "земельными" правами. Что подталкивает дельцов к действиям на опережение. Предпочитая иметь дело с удобными для них госчиновниками и ведомствами, соискатели земельных банков спешат решить земельные вопросы в привычном русле, без участия громад.

Земельно-арендные аукционы

Земельные аукционы, стартовавшие в начале прошлого года в соответствии с принятым законом, тоже вносят свою лепту в оживление деловой активности в АПК. На Одесчине организатором торгов на право арендовать участки госсобственности выступило ГУ Госземагентства области, а исполнителем — ГП "Одесский научно-исследовательский и проектный институт землеустройства". На первый земельный аукцион было выставлено около 150 земельных участков из большинства сельских районов. Проведенные через единый центр торги привели к резкому обострению конкуренции арендаторов, поспособствовали росту цен на право аренды земли, существенному пополнению местных бюджетов. Стоимость аренды выставленной на аукцион земли возросла с 2,8 до 4,2 млн грн, т.е. участки были проданы в 1,5 раза дороже первоначальной стоимости, а в ряде районов — в 2,5 раза. Таким образом, цена права на аренду, реализованная на первом и последующем аукционах, составила не привычные 3—5% от нормативной оценки земли, а значительно выше — 8—11%.

К тому же, подготовка к земельным аукционам подтолкнула и к проведению инвентаризации земресурсов. Проблема более чем существенная. Оказалось, что в сельской глубинке, где спрос на землю гораздо ниже, чем в окрестностях городов, не все ладно. В одном из наиболее удаленных от центра — Красноокнянском районе только на первом этапе мониторинга (проверялись земли госсобственности) обнаружились 2326,85 га, которые использовались без правоустанавливающих документов. Убытки бюджетов составили более
1,4 млн грн. На втором этапе проверки мониторингу подвергаются земли, находящиеся во владении селян-паевиков.

Проводимые земельные аукционы могли бы дать и больший эффект. Но… Из 141 земельного участка, выставленного на первый аукцион, было реализовано лишь 115. Результаты торгов в отношении 26 участков были аннулированы. Как объясняют организаторы, из-за нарушений правил, заключающихся в том, что "победители торгов не уплатили в установленные сроки соответствующие суммы за приобретенное право аренды". Издержки, проявившиеся на первом аукционе, продолжились и в дальнейшем, утверждая своей закономерностью, что это не отдельные случайные срывы, а целенаправленные действия, препятствующие попаданию привлекательных земельных участков в "чужие" руки.

Слишком часто происходят срывы торгов, чтобы это можно было считать случайным. Выиграть торги, а потом не заплатить за приобретение — не особо накладно. Теряется только гарантированный взнос в несколько тысяч гривен, угрозой же недопуска к следующим торгам можно пренебречь, особенно тем, кто действует не в одиночку. Главное, чтобы приглянувшийся земучасток "уплыл" из рук соперников, остался ничьим, и за него можно было бороться дальше. В некоторых районах аукционы превращаются в соревнования двух—трех накопителей земель, готовых вести один против другого войну до последнего подставного лица.

Аренда земель посредством публичных аукционов — это, конечно, лучше, чем "теневые" распределения главного ресурса. Но беда в том, что даже открытые торги не способны в корне изменить ситуацию в преддверии ожидаемого запуска рынка. Поскольку выставляемые на них участки пополняют земельные банки крупных агроструктур, оставляя ни с чем селян, работающих на земле. А ведь будущим хозяевам семейных ферм европейского образца дополнительная земля особенно необходима. Согласно экспертным данным, число личных крестьянских хозяйств (ЛКХ), являющихся главным резервом пополнения малого бизнеса, составляет чуть больше
4,1 млн. Средний размер таких домохозяйств — 1,5 га. С таким скромным земельным потенциалом, ограничивающимся, в основном, приусадебными участками, без подвижек в его возрастании ожидать улучшения не стоит.

Наиболее реальными претендентами на хозяев семейных ферм являются те селяне, которые, во-первых, работают на своей земле, во-вторых, в домохозяйства которых входят не только приусадебные участки, но и земельные паи. Согласно экспертным оценкам, 800—900 тыс. таких домохозяйств страны уже сейчас по объемам реализации товарной сельхозпродукции отвечают международным критериям фермерских хозяйств. Если для их модернизации предоставить реальную поддержку государства и местных громад, то они не только сами создадут семейные фермы, но поспособствуют массовому "походу" ЛКХ в малый агробизнес.

Паевики-единоличники

Наверное, нет в Украине такого села, где бы не нашлось хоть несколько селян, которые бы выделились со своими паями от общей массы арендодателей и, вопреки обстоятельствам, хозяйствуют самостоятельно. В одних селах таких возмутителей спокойствия арендного "благоденствия" можно на пальцах посчитать, в других — их достаточно много. В селе Топалы Красноокнянского района на Одесчине вольные землепашцы занимают одно из ведущих мест. Не было бы счастья, да несчастье помогло. Не везло селу с арендаторами. Не один агрохолдинг пытался сделать из экс-колхоза им. Кирова доходный филиал, но не получалось, хозяйство приходило в упадок вместе с селом. Не мирясь с бесхозяйственностью, все больше селян выходили на путь самостоятельного хозяйствования. Одни вырывались из объятий очередного агрохолдинга настойчивостью, другие шли обходным путем, сначала доверяя свои наделы местным фермерам, а потом и вовсе освобождались от аренды "по взаимному согласию".

За плечами Николая Н. — долгая и упорная борьба за право самостоятельно распоряжаться паями большой семьи. Доходило до того, что владеющий госактом на землю селянин засевал свое поле, а арендатор собирал с него урожай. Да еще подавал судебные иски, обвиняющие Николая в самозахвате принадлежащей его семье земли. Но тот выстоял и сейчас обрабатывает почти 40 га. Его односельчанин Сергей В. избежал подобных мытарств. Совсем недавно, воспользовавшись очередной сменой арендатора, он в числе других паевиков получил "вольную" и влился в растущее число "единоличников" с двумя паями, составляющими 9 га.

Хозяйствовать сложно. Выручает то, что в селе много паевиков-единоличников, можно кооперироваться. У одного — трактор, у другого — сеялка, у третьего — старенький комбайн. Объединяя скудные ресурсы, формируют общие агрегаты, которыми и обрабатывают поля. Но признаются, что с материально-техническим обеспечением просто беда. Нет ни складов для хранения выращенного, ни оборудования для создания запаса ГСМ. Лично мы стали свидетелями того, как в разгар полевых работ селяне посылали гонцов для поиска горючего. Ситуация странная. Как-никак речь идет о домохозяйствах, имеющих в частной собственности земельные наделы, которые много стоят. Но селянам, даже в статусе собственников земли, к властям за льготами, как и в банки за кредитами, не стоит и потыкаться. Выручают разве что фермеры, которые стали на ноги и, помня свои мытарства, помогают паевикам, предоставляя то солярку, то место в мастерской для ремонта техники, то услуги по посеву или уборке урожая.

Почему же при таком явно неблагоприятном раскладе — полном игноре властей и банков, устаревших технологиях, обилии ручного труда — не иссякает (а в ряде мест даже прибавляется) число селян, идущих по многотрудному пути индивидуального хозяйствования? Именно их настойчивость дает основания здравомыслящим нардепам добиваться принятия закона о семейных фермах, их поддержке. 

Топаловские единоличники, защищая выбор своей модели хозяйствования, концентрируют внимание на чисто практических нюансах. Обратите внимание, говорят они, поля наши по обработке, наверное, уступают тем, которые арендуют крупные структуры. Не та техника, не те технологии. Но зато домашние фермы единоличников — больше и продуктивнее, чем у селян-арендодателей. С небольшими наделами тягаться с агрохолдингами по экспорту зерна и подсолнечника нереально. Но молоко и мясо на рынки, да и в маркеты (кроме бройлерной курятины) в основном поступают из сельских подворий. И если там наметился спад, то только потому, что селянам все меньше выделяют зерна, а иных кормов для животных и вовсе негде взять. Единоличники же имеют возможность производить корма на своих наделах, наращивая поголовье скота на подворьях и хоть как-то сглаживая образовавшиеся перекосы на внутреннем рынке. 

Немаловажно и то, что в пору разгула сельской безработицы вольные земледельцы сами создают рабочие места себе и свои семьям. Заверение наших собеседников, что никто из добившихся возможности работать на своей земле, несмотря на искусно расставляемые приманки, не кинется ее продавать, в контексте происходящего выглядит логичным и убедительным. Но у консолидаторов селянских земель в состав латифундий своя логика и свои подходы.

Хотя село Черная примыкает к Топалам, создавая по существу сельский агломерат, там ситуация с землепользованием совсем иная. Тамошние собиратели земель крепче держат местных селян на арендном поводке. Если в Топалах вольных земледельцев более сотни, то в Черной — значительно меньше. А в связи с "новациями" в последнее время их может стать еще меньше. Причины очевидны. Законопроекты, предусматривающие господдержку селянам, имеющим возможность и намерение модернизироваться в семейные фермы, и ряд других, нацеленных на поддержку малого бизнеса, слишком уж часто "застревают" в правительственных структурах и ВР, предоставляя возможности собирателям селянских и государственных земель заниматься своими делами. В ту же Черную на новой волне пришли новые хозяева из южных районов области. Местные власти смогли сразу убедиться, что пришли они "со связями". Выкупив сельхозпредприятие, новые хозяева подняли зарплаты его работникам, селянам-паевикам тоже обещают солидное прибавление к арендной плате. Правда, с условием: заключать арендные договора на такой срок, что вызволить землю из арендного плена смогут разве что внуки нынешних ее собственников.

Теги:
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Нет комментариев
Реклама
Последние новости
USD 26.63
EUR 29.00