Несговорчивый ритейл

Владимир Чопенко 6 февраля 2015, 00:00
Супермаркет

Читайте также

 Со времени публикации материала "Мама, я ритейлера люблю!" (ZN.UA, №36 от 4 октября 2013 г.) прошло почти полтора года. Как покупатель, попытался развенчать мнимую привлекательность продовольственных торговых сетей. От ритейла образца 1998-го — смирного новичка, входившего в рынок с демпинговыми ценами, не осталось и следа. Выросший на теневых поступлениях, сцементированный промышленной коррупцией новый формат розничной торговли, а по сути, модифицированная комиссионная торговля, пробрался во властные кабинеты и уже подкупленными чиновничьими голосами отстаивает свои интересы.

Конечно, выводы не специалиста не сравнить с исследованием Антимонопольного комитета, в основу которого легли результаты почти двухлетнего расследования картельного сговора продовольственного ритейла. От визуализации нарушений, их документальной фиксации, контрольных закупок, официальных запросов до привлечения ученых из Института стратегических исследований, Института экономики и прогнозирования НАНУ.

О том, как и чем искусственно достигнутое доминирующее положение ритейла угрожает продовольственной безопасности страны, малому и среднему бизнесу, социальной стабильности, рассказывает Николай БАРАШ, и.о. председателя Антимонопольного комитета Украины.

— На заседаниях комитетов Верховной Рады, где рассматривался вопрос функционирования продовольственной сетевой торговли, а еще из уст собственно топ-менеджеров ритейла слышал сплошную критику в адрес Антимонопольного комитета. Ваше учреждение обвиняли в предвзятости, некомпетентности, вмешательстве в несвойственную для него сферу и даже в заказном "убийстве" такой прогрессивной формы торговли, носителем которой является продовольственный ритейл.

Может, и в самом деле, из информационного массива извлекли один лишь негатив, удесятерили его научными заключениями и этим "козырем" пытаетесь потеснить с рынка чьих-то конкурентов?

— Все перечисленное вами приходится выслушивать и мне. И знаете, очень долго не мог сам себе объяснить эту ситуацию. Мы всегда считали ритейл новым шагом в развитии розничной торговли Украины, который должен эволюционно прийти на смену "базарной торговле", предоставив и потребителю, и производителю новое качество услуг в сочетании с рыночными (читай — самыми низкими) ценами товаров. При этом розничная торговля, как свидетельствуют серьезные зарубежные исследования, оказывает наибольшее среди всех отраслей экономики влияние на темпы инновационных и инвестиционных процессов. То есть развитие этой сферы должно стать одним из локомотивов реформ, которых так ждет наша экономика.

Но как только мы провели расследование и сформировали вопрос к участникам рынка, тут все и закрутилось. Тем, насколько неправомерны наши результаты, начали интересоваться высокопоставленные чиновники как в Украине, так и за ее пределами. Хотя наши претензии к ритейлу не голословны, а основываются на доказательной базе, содержащейся в сотнях и сотнях томов расследованного нами дела. Как они наполнялись?

Прежде всего, мы столкнулись с информационным голодом. В ходе реформирования государственной статистики советского образца, оперировавшей и микро-, и макроуровневой информацией, она была адаптирована к общемировым стандартам, трансформирована в статистику, обеспечивающую информационным наполнением систему национальных счетов.

Да, это благо, но при этом мы вынуждены были отказаться от статистики микроуровневых показателей. Как следствие, статистика национальных счетов, и, кстати, не только у нас, обеспечивает статистической информацией потребности рыночной экономики только на 30%. А остальное? Эти 70% должны аккумулироваться из других источников: информации отраслевых ассоциаций, консалтинговых компаний, частной статистики. Последняя у нас еле дышит, поэтому именно в этом объемном сегменте испытываем острый дефицит информации, в том числе и о деятельности ритейла.

— Частично его восполняют консалтинговые компании. Например, "Психея" — на нефтяном рынке, JFK и "Проксима" — в медицине, "АСНильсен Юкрейн" — в торговле…

— Правильно: час-тич-но! А вот с системным наполнением беда. Даже из этого мизерного массива не вся информация публична и объективна. На Западе проще: отраслевые ассоциации охотно предоставляют исчерпывающую информацию о своих участниках, какую долю профильного рынка они охватывают. Украина со временем тоже придет к подобной прозрачности, но сейчас мы испытываем объективный информационный голод.

Без этого АМКУ не способен анализировать как ситуацию на рынках, так и стратегию поведения на них субъектов хозяйствования. За неимением объективной информации начинают действовать механизмы закона асимметрии информации, дополнительно искажающие конкуренцию.

Поэтому начали с индивидуальных запросов к производителям, поставщикам, торговым сетям. Анализ накопленной информации убедил нас в том, что не только монополизированные рынки угрожают эффективности экономики Украины, но и, как ни парадоксально это звучит, рынки с конкурентной структурой. Развитию которых мы все так радовались, надеясь, что они автоматически вытащат на передовые позиции тот или иной сегмент.

Да, монополия — это зло. Но, во-первых, ее ареал можно определить по четко очерченному количеству субъектов, которых, во-вторых, можно направлять пусть даже и через несовершенное антимонопольное законодательство.

На конкурентных же рынках слышим вопли-крики о том, что нечего посторонним вмешиваться в ход процессов: рынок все отрегулирует самостоятельно! Можно согласиться при условии, если на нем есть надлежащая информационная транспарентность для всех участников и потребителей, а также задействована инфраструктура этого саморегулирования: мощные ассоциации производителей, потребителей… Эти влиятельные институты гражданского общества способны поставить на место кого угодно. И тогда государство может, как говорится, отойти в сторону, оставив за собой решение проблем "несостоятельностей рынка".

Примером может служить опыт Германии, где каждый год фиксируют около 20 тыс. случаев недобросовестной конкуренции. Так вот, 19800 из них "пропускают" через механизм решения спора в ассоциациях, 200 попадают в Центр недобросовестной конкуренции (что-то наподобие Антимонопольного комитета, но структура полугосударственная). И только около 20 случаев, вопреки усилиям перечисленных инстанций, доходят до суда.

Можем ли мы представить подобную ситуацию в Украине? Нет! Мы попытались как ориентир выйти на показатель 1000 случаев недобросовестной конкуренции в год с вмешательством Антимонопольного комитета. Вместо этого крики, обвинения… Хотя наши коллеги из Федеральной торговой комиссии США считают, что это как раз тот вопрос, которым мы должны заниматься, поскольку просто не существует других учреждений, которые бы нас заменили.

Однако и здесь, принимая во внимание недостаточный уровень культуры конкуренции, мы пошли несколько иным путем: призвали предприятия-производителей заняться саморегулированием рынков путем создания механизмов профессиональной этики, то есть создавая нормальные "цеховые саморегуляторы". Сочетание государственного принуждения с инициативой добросовестных производителей, по моему мнению, это именно то, что нужно для развития рыночных отношений. Первой откликнулась ассоциация "Укркондпром". К Правилам добросовестного поведения присоединяются фармацевты, другие.

Кроме недобросовестной конкуренции, ряд рынков столкнулся с еще одной болезнью — проблемой качества. В стране, где нет не то что ответственных, но и ответственности за низкое качество, можно сколько угодно кричать о ненадлежащем укладе нашей экономики. И при этом продолжать производить неизвестно что, тем самым вынося собственной экономике смертный приговор.

Ведь кто будет развивать в Украине производство, если сюда можно сплавлять хлам, начиная от автомобилей и заканчивая продуктами питания? Лауреат Нобелевской премии по экономике Джозеф Стиглиц предостерегал: если качество не контролируется, то доминирует товар с самым низким качеством. Например, если предприятия производят одинаковые товары по разной цене — 100, 80 и 50 грн, то все, по закону "выжатых лимонов" того же Стиглица, поднимут ценовую планку до 100 грн, а качественную опустят к качеству товара с ценой 50.

— Подождите! А законы "О защите от недобросовестной конкуренции", "О защите экономической конкуренции" в нашей стране бездействуют?

— Скажу так: некоторые инструментарии используем неэффективно, и путей для повышения эффективности более чем достаточно. Ну, например, для того чтобы вывести борьбу с недобросовестной конкуренцией на новый уровень, надо было отойти от защиты квалифицированного потребителя — продвинутого к защите неквалифицированного. То есть ответственность за добросовестность, объективность, честность рекламы, упаковки должен нести производитель, а не полагаться на нашу образованность или осведомленность. Прорывным здесь стало внесение соответствующих изменений в Закон "О защите от недобросовестной конкуренции".

Редко применяется и статья 6 "Антиконкурентные согласованные действия субъектов хозяйствования" относительно борьбы с картелями в упоминавшемся вами Законе "О защите экономической конкуренции". В значительной степени это связано с тем, что проект Закона "Об обеспечении доказательств", который должен был предоставить комитету современный инструментарий, больше десяти (!) лет находится в статусе… проекта. У депутатов нескольких созывов не доходят до него руки.

Вместе с тем, выискивая ресурсы за рубежом, имеем огромные потери именно от ограничения конкуренции на рынках в Украине. Так, по нашим подсчетам, если потери государства от монополии, условно говоря, составляют где-то 100 млрд грн, то потери от ограничений конкуренции на конкурентных рынках — 300 млрд. Это огромные ресурсы, и с активного их привлечения к усовершенствованию воспроизводимых процессов и нужно начинать реформирование экономики.

— Как и рынок розничной торговли продовольственными продуктами…

—Антимонопольный комитет исследовал деятельность рынков розничной торговли, в частности и рынки так называемой современной торговли, или ритейла. Толчком для этого исследования стали проблемы с ценообразованием на ряд продуктов питания, на которые указывали обращения потребителей, производителей, поставщиков, а также органов власти.

Скажу откровенно: в начале исследования мы даже представить себе не могли тех проблем, с которыми придется столкнуться на этих, казалось бы, идеально конкурентных рынках. Рынки розничной торговли — это местные рынки, имеющие высокую склонность к региональной локализации, поэтому на начальном этапе к исследованию были привлечены все территориальные отделения АМКУ. В результате мы получили информацию, которая свидетельствовала об огромном разнообразии отношений.

Таким образом, перед нами появилась проблема выделить определяющий сегмент, который позволил бы корректно оценить основные тенденции, характерные для всех товарных рынков. Таковыми стали рынки розничной торговли в Киеве.

По результатам второго этапа исследования мы вышли на конкретные проблемы функционирования рынка ритейла в столице и были вынуждены начать рассмотрение дела о нарушении законодательства о защите конкуренции в отношении действий компаний, использующих бренды: "Сельпо" (ООО "Фоззи-Фуд"), "Фора" (ООО "Фора"), "Фуршет" (ПАО "Фуршет", ДП "Сеть-Трейд", ДП "Продмережа", ДП "Сеть-Маркет", ДП "Терра-Трейд"), "Ашан" (ООО "Ашан Украина Гипермаркет"), "Велика кишеня" (ООО "Фудмаркет"), АТБ (ООО "АТБ-маркет"), "Эко" (ООО "ЕКО"), "Караван" (ООО "Адвентис"), Billa (предприятие с иностранными инвестициями "Билла-Украина"), "Край та Країна" (ООО "Край-2"), NOVUS (ООО "НОВУС Украина"), "Перекресток" (ЗАО "Икс 5 Ритейл Групп Украина"), "СПАР" (ООО " Спар-Центр"), "Бимаркет" (ООО "Бимаркет"), "Метро" (ООО "МЕТРО Кэш энд Кери Украина") и исследовательской компании ООО "АСНильсен Юкрейн".

Их совокупная доля по показателям товарооборота в Киеве составляет более 80%. Таким образом, их поведение существенно влияет на рынок, конкуренцию на нем, а также на формирование ценовых тенденций. Вместе с тем структура рынка продовольственного ритейла проконкурентна, ни один субъект на нем не доминирует.

Если торговая сеть (ТС13) лидирует с наибольшей долей 23%, то остальные не дотягивают и до 15%. А по нашему законодательству, базовый пороговый показатель "монополизма" — 35%.(См. рис.1 на сайте ZN.UA).

— Хорошо, а если лидер объединится с двумя сильными сетями, будут ли они считаться монополистами?

—На троих должна приходиться половина рынка ритейла. По нашей статистике, не получается… Собственно, и возраст, и стадии развития торговых сетей довольно пестрые. Скажем, по количеству артикулов (товарных позиций) они различаются в
79 раз, а по разнообразию ассортимента, по количеству поставщиков — в восемь раз.

Как видим, у рынка есть потенциал для значительной конкуренции между его участниками, и это должно было бы способствовать эффективному ценообразованию, а проще — снижению цен до их установленного оптимального уровня, повышению качества реализованных товаров, расширению ассортимента и стимулированию производства.

А что же вместо этого? Антимонопольный комитет выявил "долгоиграющий" ценовой картель, ядром которого стал информационный центр Х. Именно он аккумулировал, вопреки общемировым стандартам, как открытый, так и "нелегализованный" массив информации, распространяя его среди ряда торговых сетей.

Чтобы отслеживать общие тенденции показателя так называемого среднего чека или доходности с квадратного метра торговой площади, достаточно оперировать соответствующей информацией не чаще, чем раз в полугодие. Вместо этого информационный центр Х предоставлял такую отчетность торговым сетям… дважды в месяц, что позволяло им отслеживать поведение конкурентов и поставщиков.

Понятно, что из-за ограниченного доступа к этой базе поставщиков с потребителями ритейлеры оказались в привилегированном положении, что позволяло им координировать свое конкурентное поведение, ограничивать ценовую конкуренцию даже при отсутствии непосредственных контактов по схеме картеля, известной на Западе как "Hub&Spoke" (ступица-спица). Но в Украине мы еще имеем ряд прямых контактов, в том числе и при помощи отраслевой ассоциации, направленных на обеспечение ограничения конкуренции.

Пользуясь обширной информационной базой о товаре и рынке, торговцы смогли навязать поставщикам (прежде всего, отечественным — малым и средним) невыгодные условия сотрудничества. А потребителям — диктовать необоснованно завышенные цены, не слишком беспокоясь об ассортименте, действуя по принципу "если мы вам не нравимся, то ищите себе других партнеров".

— В такие же условия ритейл загнал и иностранных производителей?

—Сначала назовите зарубежные торговые марки, на которых останавливается ваш взгляд в супермаркетах.

— Jacobs, Heinz… Iberica. Не буду рекламировать пивные и коньячные нашлепки.

—Кофе, соусы, маслины… Понятно! Как и то, что сотрудничество между "Ашаном" и "Кока-Колой" зарождалось не в Украине, а во Франции, с открытием там первого супермаркета этого бренда. Отношения между мультинациональными корпорациями, освященные за рубежом, и в Украине действуют по принципам, определенным там.

Поэтому отечественный ритейл более лоялен к крупным, прежде всего иностранным, компаниям. Последние, например, не платят торговым сетям ряд платежей, обязательных, как правило, для национальных товаропроизводителей, особенно средних и малых. Преференции для одних оборачиваются торговой дискриминацией для других.

Учитывая, что торговые сети являются лидерами в ценообразовании, а часть из них еще и запрещает поставщикам продавать другим магазинам товар по ценам ниже, чем для ритейла, то происходит системное завышение цен. Причем необоснованное. Таким образом, продовольственные товары в розничной сфере для обычных покупателей становятся более дорогими процентов на 20–30.

— При наших-то мизерных достатках… Когда более половины месячного дохода среднестатистическая украинская семья тратит на продукты…

—Тогда как в России — 30%, Польше — 25, Чехии — 20, Дании — 12%... (См. рис.2 на сайте ZN.UA).

— В приведенной таблице нет США. Американцы тратят на продовольствие 10% совокупных доходов. При этом почти 40% еды выбрасывают. Это примерно 165 млрд долл. в год… Почти номинальный ВВП Украины — на мусорную свалку!

—И это еще не все рекорды! При нашем обнищании Украина по темпам роста цен на продовольственные товары обогнала всех! За семь лет — на 140%! Тогда как за этот же период в Турции подорожание составило 65%, ОЭСР — 20, столько же в США…

— Отсюда вывод: Украина — богатейшая страна?!

—В которой за последние четыре года расходы на продукты питания, повторюсь, выросли более чем на 50%, а собственно доходы — только на 38,9. То есть мы живем уже за счет сбережений, припасенных на черный день, так? При этом розничный товарооборот ритейлеров за этот период увеличился на целых 57%. Хотя рост оптового товарооборота продовольственных товаров в несколько раз меньше.

Возникает вполне резонный вопрос: за счет чего ритейл осуществил такой скачок? Мы же, покупатели, не насыщаем их собственными гривнами? Нет! То есть ни спрос (прежде всего доходы населения), ни предложение (оптовые продажи) не могли вызвать такой гулливеровский прогресс продовольственного ритейла. Тогда что?

Нам говорят: таким фактором стала ложная статистика. Возможно, частично так, но не на столько же! Таким маховиком оказались субъективные факторы. Когда мы проанализировали структуру цены на средний товар в торговых сетях, то выяснили, что 55% — это собственно приобретение товара, 15 — торговая надбавка. А 30% — средства, которые получают через возможность ограничивать конкуренцию и навязывать ненужные дополнительные услуги, существенно задерживать платежи за уже реализованные товары, контролировать цены, по которым поставляются товары конкурентам, а также перекладывать риски своей деятельности на поставщиков. Объясните мне, почему поставщик должен платить за уборку магазина или за внесение информации о товаре в электронные базы сети, или же за возвращение своевременно нереализованного товара? (См. рис.3 на сайте ZN.UA).

— А вообще таких поборов много?

— Ой, только основных насчитали 35! Каждый — это определенный процент от партии, объема товара. За вход в ритейл — плати! Причем за каждую позицию. За полку — плати! Еще и в зависимости от того, на уровне глаз покупателей твое изделие выставят, на нижних стеллажах или в прикассовой зоне.

Ну, а дальше — пошло-поехало. Вам "ненавязчиво" предложат логистические, информационно-консультационные и маркетинговые услуги. За определенную плату торговая сеть будет предоставлять развернутые отчеты о продаже вашей продукции за отчетный период, будет изучать, будет исследовать и будет анализировать потребительский спрос на нее, разработает программы лояльности, будет заниматься мерчандайзингом, проводить промоушн-акции, рекламные кампании по продвижению торговой марки на территории супермаркета…

Однако в ходе рассмотрения дела мы ни разу не получили объяснений от сетей относительно стоимости таких услуг. А то, что увидели, позволило нам оценить доходность таких услуг в размере нескольких сотен процентов.

— На все это я, производитель, потратился, а товар, как говорят, не пошел. И что прикажете мне делать?

—Это — забота клиента. То, что не продалось и потеряло срок годности, вывозите своим транспортом и утилизируете. Вам вернут лишь номинальную цену, по которой приобрели товар, без торговой надбавки и ретро-бонусов. Вы их просто дарите супермаркету.

— Но ведь и я не альтруист! Если супермаркет загнал меня, производителя, в 30-процентный ретробонусный угол, то, чтобы компенсировать непредвиденные затраты, я автоматически поднимаю отпускную цену на товар на те же 30%. И килограмм колбасы будет стоить не 100 грн, а 130. Правильно?

— И вы позволяете магазину только на торговой надбавке стать богаче. Если при стоимости вашего продукта в 100 грн у него была выгода в 15 грн, то при цене в 130 — 19,5 грн. При постоянной надбавке 15%. То есть торговая сеть получает дополнительно еще 4,5 грн. И если подавляющее большинство производителей действует по вашей логике, то фактически общий уровень цен в стране системно возрастает на 30%.

Есть еще один источник финансового обогащения — отсрочка расчета с поставщиком за предоставленный товар. Этот срок может растянуться до 150 суток. В сущности, вы предоставляете торговому заведению беспроцентный кредит, генерирующий средства. Конечно, не вам, а ритейлу.

При этом объяснения, которые мы слышим от его представителей, звучат приблизительно так: "Если нам нужны деньги, так что, нам идти в банк? Там же проценты в разы выше европейских!". Как будто поставщики, вынужденные кредитовать ритейл, получают средства по другой цене! Но ведь все участники рынка должны действовать в равных условиях, поскольку именно это позволяет принимать эффективные решения, эффективно расходуя ресурсы. Перекосы в какую-либо сторону искажают воспроизводительные процессы, следствием чего будет потеря эффективности, рост цен и снижение качества.

Конечно, не всем отечественным производителям такая дополнительная "ноша" по силам. Поэтому их доля в структуре товарооборота продовольственных сетей за четыре года сократилась на 10%. Сейчас ритейл является одним из самых крупных импортеров продуктов питания.

Следовательно, за счет всех подобных практик совокупная эффективная маржа — разница между доходами и обоснованными затратами — украинских ритейлеров с преимущественно продовольственным ассортиментом в среднем составляет 45%, в то время как польского Eurocash — 10,5, BIM (Турция) — 15,6, Jeronimo Martins (Португалия, Польша) — 22,3, российских X5 Retail, "Магнит", Dixy не дотягивают и до 30%. (См. рис.4 на сайте ZN.UA).

Фактически наши ритейлеры в своем развитии переключились с присущей им торговой деятельности на побочную, но довольно прибыльную — ограничительную практику. Она была бы понятной, если бы мы имели дело с высококонцентрированной структурой рынка и злоупотреблением своей рыночной властью доминирующих сетей. Но ведь у нас структура рынка конкурентная! Однако капитализация от ограничительных практик составляет солидную сумму. Если за 2011 г. она равнялась 14 млрд грн, то в 2012-м — более 19 млрд, или 1,28% ВВП Украины. Такова цена картельного сговора!

Понятно, эти средства не маринуют, а вкладывают в развитие сетей, которыми Киев еще немного и будет буквально перенаселен. Последствием этого станут не только пустые торговые площади, но и тысячи безработных малых предпринимателей, успешно вытесненных с рынка.

Выводы, полученные Антимонопольным комитетом при рассмотрении дела об антиконкурентных согласованных действиях по их негативному влиянию на ценовые соотношения, восстановительные процессы, а также о возможности наступления негативных социальных последствий, были подтверждены и экспертными заключениями Института экономики и прогнозирования НАНУ, а также ведущими международными экспертами, с которыми консультировались.

— Во-первых, появление таких торговых точек должен был бы предусматривать генеральный план застройки города. В Киеве — очевидная искаженность градостроительства. На отрезке дороги Петровка—Троещина считаю: "Метро", "Ашан", "Эко", "АТБ", "Космос", "Фуршет"… Формат: гипермаркет, супермаркет. Может, хватит? Нет, строят новое "одоробло"… От обычных ангаров переходят к ТРЦ — с океанариумами, аквапарками, автодромами, 3D и т.п.

Во-вторых, стремление к немотивированному стремительному разрастанию гипермаркетов с супермаркетами следует сдерживать и законодательно, учитывая негатив функционирования таких центров в Европе и США, которые вынуждены исправлять ошибки с помощью антисетевого законодательства.

В то же время будущие молодые мамы уже сейчас занимают очередь в детсад, чтобы через два года (!) было куда повести ребенка. Так же со школой, поликлиникой... Всюду очереди! Поэтому все чаще слышен протестный Vox populi. Как это происходит на столичных Позняках, где местная община, мнением которой грубо пренебрегли, встала на защиту зеленой зоны, в которой застройщик намеревается соорудить офисно-торгово-развлекательный центр, с которыми в этом микрорайоне и так перебор.

— Но сфера активов ритейла не ограничивается только развитием торговых лабиринтов. За последние пять лет активно развивалось такое направление, как private label — продвижение на рынке продуктов питания под собственными торговыми марками. Это немного шире, чем обустройство в супермаркетах пекарен и цехов по выпуску полуфабрикатов.

Розничной торговле собственный классический dress-code показался несколько старомодным, и она ворвалась в сферу производства. Мечта прикупить бисквитную фабрику или молокоперерабатывающий завод реализовалась через сформированные финансовые портфели, и теперь часть сетей можно называть вертикально интегрированными структурами.

Доля частных марок в отечественной розничной торговле пока мизерная. Доверие покупателей к ним еще не сформировалось, тем более как к премиальным продуктам. Думаю, и вы усомнитесь в качестве, видя под одним названием питьевую воду, сыр, буженину... носки и одноразовые пластиковые стаканчики. Как правило, продукты private label дешевле брендовых аналогов, особенно в нижнем ценовом сегменте, на треть.

Чем выигрышен подобный маркетинговый ход для ритейлеров? Отток малых и средних отечественных товаропроизводителей вследствие ограничительных практик розничных операторов они заполняют прикупленными производственными мощностями. То есть гарантированными поставщиками.

Та же бисквитная фабрика или молокопереработка надеются, что их продукция, прикрывшись сетевой торговой маркой (СТМ), сможет вытеснить своих конкурентов. Тем более ритейл обещает счастливчикам гарантированную продажу, загрузку мощностей, освобождение от маркетинговых затрат, полную лояльность.

Иногда доминирует и трезвый экономический расчет. Например, продвижение на рынок новой марки бутилированной воды обходится в первый год где-то в 10 млн долл., а создание национального бакалейного бренда — вдвое дешевле.

Но привлекательность такого сотрудничества со временем оказывается иллюзорной. Private label предусматривает доступ ритейлеров к технологии производства и бухгалтерии, а то и к смене менеджмента. Потеряв узнаваемую десятилетиями этикетку, попробуйте, даже выскользнув из объятий ритейла, самостоятельно вновь выйти на рынок.

То есть частные торговые марки вместо того, чтобы обеспечивать малым предпринимателям под эгидой отраслевых ассоциаций возможность доступа к полкам в крупном ритейле, создают риски появления новых барьеров для выхода новых участников на соответствующие рынки.

Специалисты считают безопасным уровень производства товаров под СТМ не выше 10%. Иначе существует угроза попасть в полную зависимость от розничной торговли. И отечественные пищевики в будущем могут столкнуться с реальной конкуренцией ритейлеров.

Имея не только торговые, но и производственные площади, торговые сети будут позиционироваться на рынке как привлекательный бизнес, причем экологически чистый и для инвестиций, и для перепродажи. Концентрация неизбежна, и она очевидна. В этом контексте обостряется проблема с нашими производителями.

Когда функционируют мелкие сети, то национальный мелкий или средний поставщик еще может найти место на торговой полке. А если завтра условия будут диктовать три транснациональных игрока, то чьим товаром они будут загружать свои логистические центры, если сегодня там половина импорта?

— При этом при равноправной торговле с Евросоюзом, когда шлагбаум откроют в обоих направлениях, в Украину без запрета хлынут потоки более дешевого продовольствия, чем у нас...

— На то она и конкуренция, если более эффективный вытесняет менее эффективного. Главным является то, чтобы это происходило добросовестно и на равных условиях. И я не драматизировал бы ситуацию. Поскольку уже в течение значительного времени индекс открытости экономики (это — сумма экспорта и импорта относительно ВВП), которым, кстати, пользуются редко, в Украине колеблется в пределах 110–130%.

Он иллюстрирует высочайшую степень открытости среди европейских стран. А вот данные Германии, члена ЕС — 27–28%. Представляете, какой уровень влияния мировых процессов на нашу экономику?! Поэтому наш производитель уже давно успел приспособиться к конкуренции со своими иностранными коллегами, да еще и при не очень равных условиях.

Относительно ритейла, то в нем присутствует европейский капитал, российский, национальный, известные мировые бренды. Более того, собственно технология такого вида торговли заимствована, поэтому внешние влияния здесь колоссальные. И они только будут усиливаться. Поэтому настолько актуально устранение ограничений в розничной торговле.

— По моему мнению, жадность торговых сетей провоцирует обратный процесс. Довольно медленный, но всеохватывающий. Это — возврат к магазинам фирменной торговли, универсамам, моноассортиментным — магазинам с унифицированным названием "Хлеб", "Молоко", "Овощи-фрукты"... Компания "Киевхлеб" заявила о готовности открыть 200 новых ларьков с дешевым хлебом. Есть зачатки электронной коммерции.

Понятно, их не сравнить с темпами укрупнения ритейла. Но ведь и до начала 1990-х мы не верили, что во всех типах магазинов исчезнет барьер между продавцом и покупателем — прилавок. И что первый эксперимент с магазином самообслуживания в Москве в 1954 г. с треском провалился из-за банального отсутствия... упаковочной тары...

Николай Яковлевич, вернемся к цене картельного сговора — тем более 19 млрд грн, незаконно содранным с производителей и потребителей. Ну, приперли вы этой суммой торговцев к стене. А они что? Послушно подняли руки вверх и виновато пролепетали: мы больше не будем!

— Окончательного ответа еще не слышали, хотя состоялось три тура слушаний при участии ответчиков. Прислали им материалы нашего расследования и, по закону, на 11-й день имели право принимать решение. Но, поскольку речь идет о штрафных санкциях, которые могут достигать десятков миллиардов гривен, то призадумались.

Да, можно сгоряча бабахнуть карательным финансовым молотом и утихомирить нарушителей. Оштрафовать, отчитаться перед обществом и спать спокойно. Но... Во-первых, это означает втянуться в судебную волокиту и каждому ответчику доказывать нашу правоту. Во-вторых, взысканный штраф наказанные прямо или опосредованно все равно переложат вновь на производителей и покупателей.

— Следовательно, АМКУ передумал наказывать виновных?

— Однозначно, штраф должен быть хотя бы потому, что ответчики не воспользовались предусмотренным законом освобождением от ответственности. Но Антимонопольный комитет не был и никогда не будет фискальным органом. Для нас главное — устранение проблем, мешающих эффективному развитию рынков розничной торговли.

Нас больше интересуют реальные изменения. Конкретно? Есть стремление не допустить ни одного необоснованного повышения цен, более того, там, где они субъективно завышены, снизить их.

Возможным решением стало бы принятие ритейлом соответствующих обязательств. Скажем, в условиях галопирующей инфляции на протяжении двух последующих лет не повышать необоснованно цены. Тем более в торговле есть финансовый ресурс, который мы обнаружили, документально подтвердили и удостоверили.

Правда, в ходе первого тура слушаний дела об антиконкурентных согласованных действиях на рынке топ-менеджеры ответчиков не восприняли наши доказательства всерьез. Ссылались на "общепринятую рыночную практику", "соблюдение в регулируемой сфере регулированных надбавок"... Спрашивали: где и кем принята эта практика? Почему она рыночная? "Да потому, что мы работаем так уже десять лет! А вы здесь придумали...". Разговор ни о чем.

Малопродуктивным был и второй тур слушаний, который попросили провести ответчики по делу. Этот тур собрал топовых представителей международных материнских компаний, иностранных юристов и экономистов. Многие из них нашу часовую презентацию конспектировали. Возражений по сути мы не услышали. То есть мы прошли проверку ответчиками, на политическом уровне и нашими коллегами.

Но все наши попытки склонить ответчиков совместно устранить проблемы вновь не увенчались успехом. Комитет был поставлен перед выбором без выбора: наложить на нарушителей штраф при отсутствии каких-либо смягчающих обстоятельств. Возникла ситуация с рисками загнать проблему в тупик.

И только реальное начало рассмотрения комитетом вопроса о принятии решения по делу, помощь специалистов администрации президента позволили сдвинуть ситуацию с мертвой точки и склонить стороны к диалогу. Сейчас мы активно ищем механизмы саморегулирования, призванные устранять проблемы в отношениях между ритейлом, поставщиками и потребителями.

Наконец, тот мировой опыт, которым обогатился АМКУ, мы смогли донести как до ритейла, так и до их поставщиковм. По результатам обсуждения на круглых столах, проведенных под эгидой Европейской бизнес-ассоциации и Торгово-промышленной палаты Украины, создали рабочую группу, которая уже в ближайшее время должна разработать принципы и механизмы саморегулирования рынков розничной торговли. Это открывает для нас возможность принять решение в деле о нарушении.

В Украине и Европе большинство проблем в сфере продовольственного ритейла похожи и нуждаются в урегулировании. Мы должны договариваться о правилах игры. Аморально в истерзанной войной стране получать сверхприбыли вместо определенных самоограничений. Вместе с тем это проблема многоаспектная — собственно торговли, производства и доступа к потребителю.

Государство должно осознать, что у рынка есть предел возможности, и стимулировать рождение достойного контрагента ритейлу. Те же отраслевые ассоциации, которые будут доносить до торговых сетей коллегиальное мнение мелкого и малого бизнеса.

— Все затронутые проблемы — это не какая-то там локальная аномалия, а угроза национальной безопасности.

— А мы и не скрываем! В нашем представлении четко констатируем, что само ослабление, а точнее, отсутствие прорыночного государственного регулирования рынков розничной торговли усилило структурную деформацию в экономике Украины, снизило темпы воспроизводимых процессов.

Оцениваем здесь и роль ритейла: "Такие действия ответчиков в деле несут реальную угрозу экономической безопасности Украины, предусмотрены статьей 7 Закона Украины "Об основах национальной безопасности Украины". На современном этапе основными реальными и потенциальными угрозами национальной безопасности, стабильности в обществе в частности является: ослабление системы и государственный контроль в сфере экономики, недостаточные темпы воспроизведения процесса и преодоление структурной деформации в экономике".

— Главное, чтобы это понял и несговорчивый ритейл!

 

Теги:
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
3 комментария
  • Любовь Мартынова 16 февраля, 23:16 Ніяка це не форма протесту. Це - результат падіння гривні та умови роботи з сітками...про відсрочку платежу в статті читали? Ви б виробляли і віддавали по собівартості (майже, бо на СТМ сітки не дають заробляти) при умові, що гроші повернуться за 60-100 днів? Як приклад, виробили у вересні, відгрузили в жовтні (співвідношення грн/доллар згідно НБУ пам'ятаєте на той час?), і отрималми в січні сльози. На які наступну партію вже не в змозі осилити...ось і нема на полицях СТМів. Ответить Цитировать Пожаловаться
  • myrn 12 февраля, 14:17 Тепер зрозуміло чому, наприклад, в "Ашані" з полиць зникли товари під їхньою торговою маркою.Це або форма протесту проти "наїзду" АМКУ, або тимчасове "залягання на дно".Але від цього страждає покупець, так як дана продукція на 20-30 % дешевша за "брендові" аналоги при порівняно однаковій якості! Яким чином дії АМКУ захистили кінцевого споживача? Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Viktor Melnichenko 8 февраля, 11:54 Низька якість продуктів харчування які ми змушені купляти і споживати забирає в українців відпущені Богом 4-7 років тривалості життя. Та боротися з цим ми починаємо в останні роки чи навіть місяці перед смертю... Ответить Цитировать Пожаловаться
Реклама
Последние новости
Курс валют
USD 25.92
EUR 29.13