Эксплуатация тщеславия

Сергей Бочкарев 26 сентября 2014, 23:50
налог

Читайте также

Если у нынешней избирательной кампании забрать показательную игрушку "патриотизм", то непременно проглянет старый популистский трюк — "налог на роскошь". Причем и то, и другое неизменно обосновываются принципиальными "европейскими устремлениями". Такова специфика "постсоветского пространства".

Все идет к тому, что нынешняя избирательная кампания будет разыгрываться несколькими партиями, заранее рожденными на деньги "демократического процесса". Все будет развиваться под девизом: "В Европе хорошо!". Или под давно известным слоганом — "За все хорошее, против всего плохого!".

Не грех будет вспомнить, что на предыдущих парламентских выборах некая, не менее прогрессивная, европейская партия крупных отечественных промышленников не менее демократично шла под лозунгом: "Пчелы против меда!". Или еще точнее — "За введение налога на роскошь!". Что из этого получилось — лишний раз напоминать не надо. Но самое интересное, что эта испытанная политтехнологическая игрушка на постсоветском пространстве была действительно из традиций благодатной Европы. Правда, там это было на пике популярности всего каких-то 100 лет назад…

На самом деле первые варианты налога на роскошь появились в Европе отнюдь не с целью воспитания общественной нравственности, а для банального пополнения бюджета путем эксплуатации тщеславия. Именно таким образом в 1798 г. появился английский "налог на гербы" — право выставлять гербы на домах, экипажах, ливреях и т.п. Первоначально он составлял два фунта за право выставлять герб на экипаже и по одному фунту — во всяком ином месте. Примечательно, что подобный налог на тщеславие с тех времен только возрастал — и по ставкам налога, и по уровню сбора.

Где-то близко по уровню тщеславия пребывает налог того же времени на право охоты. Понимаете ли, в средние века охота была таким горделивым и любимым занятием, что быстро получила статус эксклюзивного развлечения короля. По этому поводу дворянам жаловалось особое дозволение поохотиться в королевских лесах. Затем без особого королевского дозволения запретили охотиться даже в своих собственных владениях. Но всегда можно было решить вопрос путем разрешительного денежного взноса. Позже разрешительную систему для статусных развлечений развивали вширь и вглубь: в Царстве Польском длительное время существовал разрешительный налог на охотничьих собак (борзых и гончих). Последний ничуть не затрагивал все прочее не столь родовитое собачье семейство.

В общем, так вышло, что налоги на роскошь получили свою первоначальную теоретическую разработку в самых богатых странах того времени — Англии и Голландии. При этом ряд высочайших повелений опирался не только на устремление пополнить казну деньгами, но и проявлял трогательную заботу о своих подданных — "положить предел развитию роскоши, разоряющей отечественную аристократию". В Голландии появился оригинальный налог на тюльпаны. В Англии — подати на верховых лошадей, собак, перчатки, часы, гербы, пудру и т.п.

О налоге на пудру образца 1775 г. — особая речь. Ибо относится он к тем редким случаям, когда подати закончились не потому, что объект вожделения перестал быть роскошью, или потребность в нем пропала, а потому, что мода пудриться прошла. Соответственно, из-за ничтожной суммы податей этот налог в 1871 г. был отменен.

На рубеже XVII—XVIII в. в Европе наступает период республиканских революций, по исходу которых "особые правила жизни" начинают всячески презираться. А рядом с этими республиками появляются короли, ведущие достаточно скромный образ жизни. И даже более того — намеревающиеся приучить к этому своих благоверных подданных. В Швеции при Карле XII, отличавшемся простотой жизни, введены налоги на мужское шелковое платье, парики и позолоченные шпаги. В Австрии учрежден налог на сапоги и башмаки, бильярды и кегли, экипажи. В Пруссии Фридрих Великий, преследовавший роскошь прусской аристократии, учредил налог на бывшие в то время в моде французские сапоги и башмаки с высокими каблуками.

Нельзя не выделить отдельно английский налог на прислугу. Первоначально предполагалось, что платить будут дополнительные подати за мужскую и женскую прислугу. Но впоследствии круг лиц сократился до "мужской прислуги". Логика "роскоши" здесь такова: по причине достаточно высокой заработной платы в Лондоне возможность пользоваться прислугой именно мужского пола считалась достаточным критерием "статуса" и "зажиточности".

Из всего этого дольше всего просуществовали: налоги на охоту и охотничьих собак, на ружья, экипажи и гербы; на серебряную и золотую посуду; на карты и бильярд. По причине сложности подробно разбираться во всех этих обстоятельствах личной жизни подобные налоги постепенно перекочевали на уровень земского управления. Дескать, вам там виднее.

Можно сказать, что исчерпывающий опыт всей этой "борьбы с роскошью" содержится уже в Основах финансовой науки на рубеже XX в. Был такой период, когда "финансовая наука" и "финансовое право" еще не делили между собой сферы влияния. Поскольку финансы — это вроде как сфера исключительно человеческой деятельности, в которой происходящее осмысливается, а затем сознательно изменяется при помощи права. Но затем "экономика" и "право" стали отпочковываться друг от друга. "Экономика" начала претендовать на образ "естественной науки", а "право" — на роль непреходящих "гуманитарных ценностей". Результат подобного разделения на сегодняшний день сомнителен. Но сейчас — не об этом. Сейчас — о старых, давно известных, истинах.

"Налоги на роскошь по своему происхождению являются сравнительно новыми; лишь с развитием богатства и неравномерности в его распределении получает все большее и большее развитие и роскошь, а вместе с тем и государства делают все более частые попытки обложения налогами наиболее употребительных предметов роскоши. Государства при этом преследуют в одно и то же время и интересы фиска: им представляется весьма выгодным и справедливым получать налог с потребления предметов, указывающих на хорошее имущественное положение лица, — и интересы моральные, полицейские, ибо считают необходимым в высших целях нравственности и общественного благополучия противодействовать развитию роскоши.

Строго говоря, эти налоги нельзя причислить ни к прямым, ни к косвенным налогам: они сходны с последними в том, что падают на предметы потребления, так что заключение о доходах лица делается по его расходам, и отличаются от них в том, что они взимаются не с производителя, а прямо с потребителя предметов, и что самые предметы, на которые они падают, поступают в продолжительное пользование лица, чего обыкновенно не встречается в косвенных налогах; напротив, с прямыми налогами налоги на роскошь имеют ту общую черту, что взимаются непосредственно с того лица, которое имеется в виду обложить.

Общее заключение относительно налогов на роскошь таково. Нельзя не согласиться, что обложение предметов роскоши, служащих прямыми признаками богатства и зажиточности, несомненно целесообразно и справедливо, особенно ввиду обременения низших классов косвенными налогами; кроме того, некоторые из этих налогов являются необходимыми в полицейских целях (наведения порядка и справедливости. — Ред.).

Существенный недостаток налогов на роскошь — их малодоходность; более или менее выгодным являются только налоги на экипажи, собак и лошадей. Вследствие этого, как ни желательно было бы установление новых налогов на роскошь в целях полицейских или финансовых, нужно остерегаться чрезмерного расширения их и повышения их окладов ввиду этой малодоходности и, следовательно, необходимого поглощения большей доли этих доходов расходами на взимание, с одной стороны, и ввиду опасности сокращения потребления облагаемых предметов вследствие очень большой высоты налога — с другой.

В общем, однако, предметы роскоши могут составлять довольно важный объект местного обложения ввиду ограниченности средств местных управлений; особенно эти налоги желательны в наших земствах и городах, тем более что тягость наших земских и городских сборов падает преимущественно на бедные классы".

Мы так долго и настойчиво цитировали работу Ивана Янжула времен 1898 г. по той простой причине, что всего два года назад многие эксперты представляли это как божественное откровение, а впоследствии родился целый ряд научных трудов, подтверждающих эти давно известные истины.

Хотя на самом деле уровень дискуссии на данную тему подтверждает лишь текущее состояние, и даже сам менталитет страны. Традиции привилегированных сословий, с которыми в Европе практически попрощались 100 лет назад, каким-то образом безмерно возрождаются в стране "неизменно побеждающей народной демократии". Оказываются неизменными очередные налоги "на экипажи с гербами" и "мужскую прислугу". По той простой причине, что обычными общепринятыми налогами эти "сословия" уже вряд ли достанешь. Не в этом ли на самом деле — корень нашей "европейской" проблемы?

Теги:
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Нет комментариев
Реклама
Последние новости
Курс валют
USD 25.33
EUR 28.60