Александр Попов: «Этот вопрос не ко мне»

Инна Ведерникова 2 декабря 2011, 16:07
popov_09_web.jpg
Андрей Товстыженко, ZN.UA

Читайте также

Вряд ли наш разговор с главой столичной администрации можно назвать целостным, вопросы исчерпанными, а ответы — исчерпывающими. Однако уже сейчас ясно: Попов больше не питает иллюзий по поводу того, куда он попал и чем занимается. В его глазах нет искры — в них видны рамки дозволенного, с которыми он смирился.

Градоначальник, успевший только за последний месяц с небольшим посетить с рабочими визитами Париж, Киото и Вашингтон, нацелен на победу на предстоящих выборах мэра. Но именно сегодня он переживает золотой период своей столичной карьеры. Ибо царь жаловал своему наместнику исключительное право. Не грабить, а возвращать. И он возвращает городу землю и имущество, украденные Черновецким. Не разрушать, а строить. И он строит мосты, развязки, станции метро. Параллельно наращивая рейтинг.

Но долго ли продлится этот «золотой век»? Что будет, если через год Попов выиграет выборы? Удержит ли он Киев и это свое исключительное право? На Банковой рассматривают два варианта.

Первый. Киеву придется платить за каждый день воздержания «семьи» и двора сторицей и процентами. Пото­му что власть должна взять в столице свое, как сегодня она бесцеремонно забирает наше в других регионах.

Второй. Революции делаются в столице. Янукович в 2004-м осознал значимость Киева и не намерен злить киевлян откровенным повторением мародерской политики Черновецкого. А значит, если и брать, то «в меру».

В любом случае — выбирать Януковичу. А Попов, судя по акцентам в интервью, а также рвению, с которым КГГА обороняет столицу от акций протеста, штампуя иски в суд, похоже, готов принять любой из вариантов.

Судить, однако, вам.

О преступлении, наказании и муках совести

— Александр Павлович, одним из ваших ключевых шагов на посту главы администрации стало разоблачение команды Черновецкого. Громкие заявления по поводу кражи тысяч гектаров земли, объектов коммунальной собственности потрясли страну. Вы сами удовлетворены результатом, последовавшим за этим разоблачением?

— Могу сказать одно: заявление, которое я озвучил, получило практическую реализацию. Я имею в виду восстановление справедливости по отношению к активам, принадлежащим киевской громаде. На сегодняшний день мы вернули 1700 га земли. Через отмену незаконных решений на сессии Киеврады, заявления в прокуратуру и иски в суд. Но работа продолжается. Нес­колько десятков решений еще находятся на рассмотрении. Что касается активов, которые были в акциях коммунальных предприятий, то и здесь мы тоже достигли конкретных результатов. Возвращены акции «Киевводо­канала», «Киев­газа» и др. Пос­лед­ние резонансный пример: магазин «Сяйво книги». Мы продолжаем двигаться в этом направлении, в том и состоит наша компетенция. О завершении процесса можно будет говорить где-то через полгода. Однако уже сегодня налицо факт возвращения активов и земли на миллиарды гривен.

— Но любое преступление требует адекватного наказания. И если за громким разоблачением Черновецкого такого наказания не последовало, то преступление могут повторить другие.

— Наверное, эту логическую цепочку вам следует адресовать правоохранительным органам. КГГА — не та структура, которая наказывает или определяет, было или не было криминальное дейст­вие. Я не могу комментировать подобные вещи. Это может позво­лить себе только генеральный прокурор. В то же время я считаю: там, где были действия, связанные с нарушением Уголовного кодекса, люди должны понести на­казание. Я знаю, что открыты уго­ловные дела, ведутся расследо­вания. Да, может быть, уже завт­ра будет то самое адекватное наказание, о котором вы говорите.

— Вы имеете в виду адекватное наказание «стрелочников»? Как известно, Черновецкий, Довгий, Басс, Кильчицкая не входят в зону интересов прокуратуры.

— Вы настойчиво пытаетесь вменить мне те функции, которые я не выполняю по роду своей деятельности. Я наделен определенными полномочиями и, исходя из них, считаю, что все выполнено.

— Ваши оппоненты утверждают: как раз в реализации ваших полномочий и все дело. Власть тянет время до выборов. Чер­новецкий на свободе — кресло мэра занято — парламент в ноябре силами ПР провалил очередное постановление оппозиции о досрочных выборах в Киеве. В этом контексте отнюдь не удивительно, что вы заявляете в СМИ: «Вопрос, работает ли сегодня мэр, — это его вопрос».

— Да, у мэра есть определенные функции, и он должен их выполнять. И он сегодня их выполняет. Подписывает документы. А ведет Черновецкий заседания Киевсовета или нет — это его дело, к нему все претензии. Не будете же вы меня обвинять в том, что ВР провалила постановление о перевыборах? Теперь в отношении оппонентов. Здесь я был бы осторожен. Это с их участием в Киевраде раздавались земли и объекты… Это в их бытность происходил весь этот беспредел.

— И в бытность ваших однопартийцев тоже.

Однако сейчас вы не назовете ни одного руководителя райо­на или города в этой стране, который бы за все вместе взятые годы независимости вернул общине такой объем активов. Поэтому у меня нет повода сомневаться в каких-то своих действиях. И я не испытываю никаких мук совести.

— А кто должен испытывать муки совести за то, что те же ваши оппоненты — имею в виду Блок Кличко — уже несколько месяцев официально и безуспешно пытаются выяснить и в КГГА, и прокуратуре сколько и какой земли вы вернули. Вы ведь согласны с тем, что возвращение активов должно быть не менее прозрачно? Иначе вам вряд ли удастся опровергнуть тезис о начавшемся глобальном переделе собственности. Где можно ознакомиться с полным списком, подтверждающим все заявленные вами 1700 га?

— С этим вообще не проблема. Может, мы действительно этот момент упустили… Но только потому, что заняты конкретной работой. В ближайшее время предоставим вам подробную информацию. (ZN.UA подтвердила свое намерение получить подробный и сис­темный отчет о возвращенных активах информационным запросом на имя главы КГГА. Ждем. — Авт.)

О бюджете, изъятиях и добровольной зависимости

— Эксперты указывают на невыполнение бюджета столицы на уровне 58% по общему и специальному фонду. И это тенденция. При этом вы пошли на восемь миллиардов изъятия из бюджета (1млрд.300 — прямое изъятие, остальные 6 млрд. 700 набегают, согласно новому На­логовому кодексу, предусматривающему отчисления 50 процентов с дохода физических лиц). Оппозиционные фракции в Киевраде стабильно обвиняют вас в непрофессионализме и мягкотелости.

— Эти цифры верны по состоянию на ноябрь. Однако насчет тенденций я бы не торопился. Давайте дождемся конца года. На протяжении текущего года мы вместе с правительством дополнительно к принятому бюджету обеспечили выполнение различных программ на более чем четыре млрд. грн. Тем самым были компенсированы все изъятия. По состоянию на ноябрь.

Да, возможно, мы не получили планируемых доходов и не реализовали какие-то мелкие программы. Зато получили другие объекты и профинансировали их за счет государственных субвенций. Таким образом, если говорить о программе социально-экономического развития и наполнения бюджета развития, то мы его сделали более позитивным для города, чем он был в момент принятия.

Однако есть еще общий фонд. Где у нас действительно есть невыполнение — около миллиарда. Но что здесь происходит? Важно, что бюджет состоит из двух частей — это доходы и расходы. Вот по расходам мы выйдем где-то на 98 процентов. Все социальные обязательства по заработным платам и пр. мы выполним. Да, это очень сложно. Я каждую неделю занимался и занимаюсь решением вопросов о городских доходах. Но мы сделаем это.

А вообще, я бы советовал не забивать себе голову вопросами — кто, чего, кому и как распределил. Главное на выходе: какой объем денег Киев получает на обеспечение своей жизнедеятельности. А через какие варианты и источники эта сумма сюда заходит — это вопрос властей.

— Вам что, нравится быть зависимым от Азарова и лоббировать, как вы сами сказали, в кабинетах разные проекты и программы?

— Не нравится. Но ведь нельзя же рассматривать Киев как обособленный город, не учитывая при этом проблемы других городов. У правительства в этой истории своя правда. Конечно, мне хотелось, чтобы мы сразу получили много и могли это много — планировать. Но практика этого года показала, что нам вместе с правительством удалось аккумулировать средства на проекты, которые мы сами никогда бы не реализовали. Мы дострои­ли и сдали в эксплуатацию Дар­ниц­кий мост, два путепровода, ведем строительство Подольского моста. Это серьезные городские и госу­дарственные проекты, и они должны быть такими. А каким образом зашли на них деньги, неважно.

— Ваш подчиненный г-н Пар­хо­менко на днях заявил о 49 миллионах гривен, которые поступили в бюджет от приватизации за 10 (!) месяцев, и тут же пообещал к концу года еще… 80 млн.

— У нас на выходе действительно есть некоторые крупные проекты. Речь о приватизации помещения, в котором работает посольство Франции, за 80 миллионов. Все решения приняты и сейчас слово за французской стороной.

— Это правда, что «земля от Чер­новецкого» сегодня активно сбрасывается на рынок по демпинговым ценам, и город не может нормально торговать землей, наполняя бюджет?

— Город вообще не может нормально торговать землей! Аукцио­ны-то отменены. А ведь была прозрачная схема продажи. Сейчас нам приходится даже сдерживать этот процесс. Но я думаю, что в ближайшее время парламент исправит эту ошибку. Да и мы это время не тратили зря. Разраба­тывали стратегию города. И в ее рамках мы понимаем, какие, где и под что участки у нас есть. То есть мы теоретически и организационно подготовились к аукционам, которые смогут привлечь инвесторов.

О стратегии, Генплане и преемственности во власти

— Весной этого года экс-мэр Киева Александр Омельченко, мягко говоря, недоумевал по поводу ваших стратегических инициатив. Цитирую: «Мы же в 2004 году приняли генплан! Он утвержден на всех уровнях и многие вещи регулирует. Но выполнен наполовину. В 2014 году планировалось перенести весь админцентр на левый берег. Вот была бы основа, чтобы начать сохранять. Все бросили… 27 поправок при Чер­новецком. Теперь новые стратегии пишем. А вы доделайте то, что уже утверждено». Вы же, Александр Пав­лович, приняли дар Ахметова ценой в 16 миллионов. Зачем?

— Так может заявлять только тот, кто или совсем дилетант, или чего-то недопонимает.

— Омельченко или я?

— Да кто угодно. Но я сомневаюсь, что приведенная вами цитата точно передает позицию Александра Александровича.

— Это цитата из его интервью нашей газете.

— Есть макропоказатели, которые определяют, каким должен быть генеральный план или стратегия. Ну, например, количество людей, которые проживают в Киеве. Население увеличилось. Количество машин, рассчитанных ранее, в разы превышает запланированное. Изменилась финансово-экономическая ситуация. По уровню и качеству жизни мы отстали на 10—15 лет от других европейских городов. Поэтому нам как воздух нужна была стратегия, которая является современным управленческим подходом в развитии любого города. Генеральный план, разрабатываемый сейчас, накладывается на это стратегическое видение. Чего не было раньше.

— Принятый генплан тоже рассчитан до 2020 года. Я вообще-то говорю о преемственности влас­ти.

— Мы не отбросили наработки старого генплана. Мы почистили «новации» Черновецкого и адаптировали генплан к новой реальности, начиная от показателей населения и заканчивая ролью Киева в европейском пространстве. Никогда этого в Киеве не делали. Раньше инновационный подход к развитию города вообще не применялся. А это приоритет для любого европейского города.

Вот вы говорили об административном центре. Но подумайте сами, правильно ли будет сегодня переносить административный центр на левый берег, потратив на это 10—15 млрд.? Может, на эти деньги лучше отремонтировать больницы и дороги…

— Но в вашем плане тоже заложены миллиарды на Киев-сити на том же левом берегу.

— А я говорю о приоритетах. Я практик. Деловой центр нужен. Но не к 2014 году. Скажу больше. Когда обсуждался документ, эти идеи витали. Но реализовывать их сегодня — это просто не справедливо по отношению к киевлянам. Нельзя строить новые административные центры, когда людям не хватает лекарств. Это мое мнение, которое совпало с мнением специалистов.

Более того, если принятый ранее и пока действующий генераль­ный план Омельченко был так хорош, то скажите мне, почему мы имеем такой запущенный туризм? Почему Днепр до сегодняшнего дня не имеет концепции развития? Почему его инфраструктура не работает на людей? Я могу приводить много примеров. Но просто поверьте мне, что ситуация динамично меняется. И тому плану, который мы разрабатываем, будут доверять наши бизнес-партнеры и внутри страны, и за рубежом.

— Уверена, что Омельченко в 2004 году говорил то же самое. И тот, кто придет после вас со своей стратегией, — будет говорить это же. Таким образом, вы все отрицаете возможность стратегии как таковой. Ну, скажите, когда в стране появится хоть один политик — государственный деятель, который будет способен продолжить чье-то начатое дело, отказавшись от масштабного пиара своих стратегий и планов?

— Так мы как раз продолжаем и совершенствуем. В нашем проекте генплана впервые появился раздел «Архитектурные памятники города Киева». Только сейчас! А сколько этих памятников мы уже потеряли?!

— А сколько скверов потеряем согласно вашему генплану. Уве­ре­на, вы знакомы с публикацией журналиста Игоря Лу­цен­ко о секретных приложениях к Генплану №2-3, согласно которым 94 сквера — под топор?

— Обнародованы как раз приложения к генеральному плану, который начали разрабатывать до меня при Черновецком. Я узнал об этом еще год назад. Мы год дискутировали и работали. И в нашем варианте, который и был вывешен на сайт, этих цифр уже не было. Мы изменили подходы, и отпала половина спорных объектов. Но я очень благодарен автору этой публикации. По ее следам я снова дал задание, и в проекте генплана, который мы вынесем на окончательное обсуждение, будут учтены и остальные моменты. Я вам гарантирую, что итоговый документ будет отвечать интересам горожан.

— Эксперты считают, что предложенный вами генплан предс­тавляет интересы мощного строительного и бизнесового лобби — глубже, выше теснее, и все в столице, в центре. Почему нет и намека на развитие городов-спутников? Цель — привлечь как можно больше денег и людей? Богатая столица — бедная страна?

— Ну, честно говоря, тезис о богатой столице мне импонирует. Но мы интересуемся соседями. Еще год назад договорились с областной администрацией о разработке двух генеральных планов, состыкованных между собой в перспективах их реализации. Будем вместе подавать в Кабмин. Сейчас каждый разрабатывает свою часть. Есть совместные рабочие группы, которые ведут переговоры. Мы понимаем, что зависим от области в продовольственном плане. Транс­портное сообщение — также наша общая проблема. Основная тенденция — экономическая и культурная интеграция.

— Ваши частые поездки за рубеж — это тоже интеграция?

— Безусловно. Объективно настало время донести до возможных партнеров наличие реальных и интересных проектов в Киеве. Вы ведь знаете, сколько стоит реализовать стратегию?

— 500 миллиардов?

— При этом львиная доля — инвестиции. Процесс идет. Вот сегодня мы обсуждаем вопросы с компанией «НЕТА», касающиеся инвестиций в метрополитен. На сумму в один миллиард гривен.

— Так все-таки цену за проезд в метро вы не поднимите, раз такой успех? А то ваши заявления на этот счет, мягко говоря, несколько нестабильны.
21 октября вы говорите: бюджет не будет компенсировать предприятию разницу в себестоимости проезда, а 25-го
что будет.

— Это заявлял Крамаренко. Но город компенсирует разницу. Не прямыми инвестициями, а в форме инвестиционных программ на ремонт, обновление подвижного состава и т.д.

О незаконной застройке, борьбе с Алиевым и лапше

— Вы активно боретесь с незаконными застройками. Тем не менее существует ряд объектов, к примеру, ул. Пушкинс­кая ,7 (метро «Театральная»), ул. Гон­­чара 17—23, которые свидетельствуют о том, что и здесь есть некие очерченные границы вашей решительности. Позволю себе цитату того же Омельченко по поводу стройки на «Театральной»: «Борьба между Поповым и Алиевым равная. Но если председатель администрации заявил, что стройки не будет, то он должен забить гвоздь одним ударом. Тут никакого закона не нужно, достаточно одного желания Попова. Выста­вить охрану и милицию — человек восемь круглосуточно, и никого не пускать на работу. С волками жить — по-волчьи выть. А если кто-то, не дай бог, дойдет до президента, и президент засомневается в его правоте, то Попов должен прийти и сказать: ваша честь, спасибо за доверие, но я ухожу. Только так можно стать независимым».

Не получилось одним ударом?

— Я на всякий случай напомню, что несправедливое решение о выделении участка было принято при Омельченко. Во-вторых, никогда не говорил, что эта стройка будет ликвидирована. Я всегда считал, что вопрос надо решить в интересах территориальной общины. Я не мог утверждать так категорически, потому что я знал, насколько неподъемен этот вопрос в юридическом плане. (Тем не менее 7.02.2011 информационное агентст­во «Лига» сообщило, что на заседании КГГА Попов потребовал остановить стройку до 9 февраля — Авт.). Да, мы доказали в судах, что земля была выделена незаконно. Но этот объект, начиная с земли, был несколько раз перекуплен. На законных основаниях. Все разрешения на строительство — в наличии. Если бы мы пошли с этим ворохом по судам — потеряли бы несколько лет.

В-третьих, что значит разобрать здание, когда оно так плотно прилегает к соседним объектам? Когда оно строилось — в соседних домах были трещины. А представьте себе, если мы его начнем разрушать. Причем за государственные деньги. Даже если бы суд в конечном итоге признал право за территориальной общиной, это означало бы, что мы должны вернуть застройщику десятки миллионов. Тупиковая ситуация. Поэтому я выстроил свою переговорную политику так, чтобы этот объект принес пользу городу. В результате мы получим музей Киева. Если я не прав — осудите. Но мое глубокое убеждение, что более справедливое решение здесь найти было крайне сложно. Бесплатный, готовый объект под музей — это что, плохо?

— Ну, вы, Александр Павлович, или волшебник, или г-н Алиев, несколько лет державшийся железной хваткой за этот объект, — фокусник. Вы гарантируете, что на верхних этажах музея не появятся офисы, или со временем не всплывут реальные условия этой меценатской сделки?

— Никаких офисов. Никаких сделок. (После интервью стало известно, что, пребывая с визитом на Земле обетованной, президент Украины Виктор Янукович подписал указ о награждении Вагифа Алиева орденом «За заслуги» 2 степени. По-видимому, за незаконную стройку на Театральной, одиозный «Парус» и другие скандальные объек­ты в столице. – Авт.)

— Стройка на Гончара. По Ин­тернету гуляет видео, где журналист агентства «Свідомо» подарил вам банку лапши за «борьбу» со стройкой на Пуш­кинской, а тот же Игорь Лу­цен­ко, узнав о вашем героическом намерении остановить стройку на Гончара, убежден, что стоит готовить вторую банку.

— У нас с этим журналистом есть договоренность: если мы откроем музей Киева, он заберет свою лапшу обратно. Что касается ул. Гончара, то сегодня стройка, как мне доложили, остановлена. Есть решение суда. Какие нюансы? Город причастен к объекту — а это территория национального заповедника — только через решение о выделении земли. Все ос­тальные решения принимались не нами. И сегодня нами не контролируются. У заповедника есть свой хозяин — Минкульт. Поэтому вес­ти напрямую этот вопрос я не могу. Идут переговоры. В ближайшее время ученые оценят ущерб, нанесенный стройкой.

— Три месяца назад Киевсовет по вашей инициативе принял решение о запрете строительства в центральной части города. Но недавно тот же Киевсовет дал разрешение на разработку проекта землеустройства по отведению земельного участка на ул. Золотоворотская, 11. Это же София!

Что касается Золотоворотс­кой, то там, насколько я помню, реконструкция объекта связана со зданием в аварийном состоянии. Что, оно должно упасть кому-то на голову?

— Но речь об отведении участка.

Проект-то называется так, но на самом деле речь о реконструкции.

— В смысле? Значит, не выписаны никакие условия для этой самой реконструкции? И вмес­то двух этажей может появиться 22?! Я думаю, что все-таки вам стоит уточнить, что там на самом деле происходит и почему название проекта не совпадает с его сутью.

В этой связи не менее интересна история с Днепровскими ост­ро­вами, которые уже взял в оборот ваш знаменитый зам — одессит г-н Кучук. Объявлен некий градостроительный конкурс «Дніпровські перлини. Концепція збереження остро­вів…». Длинное название. Так вот, экологи который день бьются над ответом на вопрос: зачем г-н Кучук спрашивает у архитекторов, как сберечь острова, если там априори не может быть никаких архитектурных объектов?

— Если вы скажете, что, заезжая сегодня в Гидропарк, испытываете удовольствие, то я вас прос­то не пойму. Потому речь идет о получении идей развития территории островов. Это не выбор парт­нера, который начнет завтра что-то строить. Мы понимаем, что это рекреационная территория и там должны развиваться только зоны отдыха, спорта… Но нам интересно какой опыт есть на этот счет в мире. Когда эти идеи получим, будет всеобщее их обсуждение...

О выборах, добытом рейтинге и «полицейской столице»

— Когда, по вашему мнению, состоятся выборы в столице?

— Я не могу этого знать. Если юристы и Конституционный суд по-разному трактуют дату выборов, то какие вопросы ко мне?

— То есть стоит порекомендовать коллегам ни по наказанию Чер­новецкого, ни по его отставке, ни по выборам вам вопросов больше не задавать? Тогда позвольте спросить о рейтинге. Стратегия на затягивание времени оказалась верной?

— Может быть, вы все-таки заметили, что особо заниматься политикой мне было некогда? И то состояние, в котором мы приняли городское хозяйство, заслуживало того, чтобы погрузиться в него с головой. На 24 часа в сутки. Вот практически в таком режиме я и работаю. Поэтому думать о том, когда пройдут выборы — сегодня или завтра, мне некогда. Когда пройдут, тогда пройдут… Буду ли в них участвовать? Буду. Просто наша команда действительно выходит на уровень современного управления европейской столицей. Если кто-то предложит более эффективные подходы и методики, думаю, он будет иметь успех. Но у меня есть шанс побороться.

— Александр Павлович, вы на самом деле думаете, что можно построить «Город солнца» в стране, где у власти нет морали, а у коррупции — ограничений? Или… об этом вас тоже не спрашивать?

— Строит город не власть, его строят люди. Это люди работают и на стройках, и в СМИ, и во власти. Уверен, что порядочных, моральных и честных людей во власти большинство. Как и везде в стране.

— Киев все чаще называют полицейским городом. Иски КГГА в суд на запрет акций в столице стали традицией. Забор перед ВР, елка в годовщину Майдана тоже? Вы считаете, что подобный обслуживающий Банковую подход увеличивает ваши шансы на победу?

— Я считаю, что всему должно быть свое место и время. А елку рано мы начали ставить не просто так. Она новая и искусственная. Мы такую конструкцию никогда раньше не монтировали. Можем не успеть ко Дню святого Николая, так как есть огромное количество конструктивных и архитектурных нюансов. Более того, мы еще ни разу никому не запрещали проводить какие-то акции в городе Кие­ве. (В ходе подготовки интервью стало известно, что Окружной административный суд Киева по иску КГГА запретил чернобыльцам митинговать в Киеве. — Авт.) Но если вы считаете нормальным, что у нас по пять лет под ВР в Мари­инс­ком парке должны стоять палатки и под ними жить крысы, то я вряд ли с вами соглашусь.

— Я считаю нормальным выразить свой протест там, где я хочу.

— Пожалуйста, выражайте. Но если мы готовимся к каким-то серьез­ным мероприятиям, то почему должны интересы горожан и страны в целом ущемлять интересами какой-то отдельной политической силы. Не важно какой. К тому же, я сам ничего не запрещаю. Вы меня опять с кем-то путаете…

— Я не путаю, я привожу факты. День независимости, марш «Свободы»…

Администрация может только на основании предложений правоохранительных органов по поводу проведения тех или иных акций подавать иски в суд. И уже суд решает, запретить их или нет.

— Я правильно поняла: вам милиция подсказывает, какие мероприятия ущемляют интересы города и страны в целом, а какие — нет?

— Неправильно. Нам подсказывают киевляне. Я и вся горадминистрация работаем открыто. Обо всем, что делаем, информируем людей через официальный сайт, коммунальные СМИ, при личном общении. Слушаем их и слышим: внимательно изучаем письменные и устные обращения, звонки на CALL-центр, сообщения в СМИ, организовываем общественные слушания, как, например, по стратегии города.

— Александр Павлович, вопрос по Пилипишину. Его осудят или он таки станет вашим техническим кандидатом на выборах, как утверждают люди, близкие к вашему штабу?

— Этот вопрос тоже не ко мне.

Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Нет комментариев
Реклама
Последние новости
USD 26.10
EUR 28.01