Радиационный ГУЛАГ в центре Европы, или Чернобыльская одиссея профессора Бандажевского

Лидия Суржик 2 декабря 2011, 14:40
12-1.JPG

Читайте также

Парадоксы нашего бытия: человек, который является почетным гражданином 17 городов и регионов Франции, в том числе Парижа, в Киеве оказался в положении изгоя. Два месяца назад возглавляемый им Координационный аналитический центр «Экология и здоровье» выселили из помещения Центра реабилитации лиц, пострадавших вследст­вие Чернобыльской катастрофы, что в Пуще-Водице под Киевом.

А теперь цитата из письма за подписью и.о. министра здравоохранения Украины Р.Моисеенко на имя председателя правления Координационного аналитического центра «Экология и здоровье», профессора Ю.Бандажевс­кого, полученное им за месяц до выселения: «Уважаемый Юрий Иванович! Министерство здравоохранения выражает благодарность Координационному аналитическому центру «Экология и здоровье» за разработку проектов в области улучшения состояния здоровья населения в регионах, пострадавших от аварии на Чернобыльской атомной станции.

Сотрудниками министерства проработаны предложения по внедрению проекта «Модель сис­темы комплексного жизнеобес­печения населения в зоне радиа­ционного влияния», в особеннос­ти в части «Здоровое, профилактическое и сбалансированное питание для населения пилотного региона» в Иванковском районе Киевской области, и реставрации Центра реабилитации лиц, пост­радавших вследствие Черно­быльской катастрофы, на базе Научного центра радиационной медицины Академии медицинских наук Украины.

…Еще раз выражаем готовность поддержать обозначенный проект и будем искренне благодарны Европейской комиссии за его финансовую поддержку».

Кто-то сможет вспомнить по-настоящему общественно значимый «чернобыльский» проект, достойный памятной даты — 25-летия катастрофы на ЧАЭС? Орга­ни­зовываемые под печальные звоны Чернобыля громкие шоу со сбором денег на второй «саркофаг» не в счет — разговоры и дискуссии о нем ведутся годами и, как считают многие специалис­ты, сооружение еще одного укры­тия над разрушенным реактором — это просто неэффективная трата средств. Не­давний разгром палаточного городка «чернобыльцев» в Донецке — яркое отражение отношения власти к проблеме последствий катастрофы на ЧАЭС.

В этой связи инициативы общественного Координационного аналитического центра «Эколо­гия и здоровье» и, в частности, проект, получивший поддержку Европарламента, переоценить трудно. На сегодня пристанищем этой общественной организации, в составе которой работают авто­ритетные ученые и эксперты разных стран, является пгт Иван­ков. Несмотря на организационно-бытовые трудности, работа центра продолжается, хотя воплощение в жизнь уникального проекта (о нем — дальше) застопорилось. Почему? С этого и началась беседа журналиста ZN.UA с Юрием БАНДАЖЕВС­КИМ — врачом и ученым, который ни при каких обстоятельствах, даже оказавшись за решеткой, не изменил научной истине в угоду политической конъюнктуре и официальной (читай — нужной) точке зрения на медицинские проблемы Чернобыля.

— Начну с того, что идея создания центра «Экология и здо­ровье» у меня родилась нес­колько лет назад, прежде всего как реакция на дезинформацию мирового сообщества о ситуации, которая складывается вокруг чернобыльских программ. Я читал отчеты ряда экспертов, в том числе и украинских, и они меня, мягко говоря, удивили. С помощью своих зарубежных коллег я подготовил доклад — он в корне отличался от официаль­ных отчетов, — который предс­тавил в Европейский парламент. В то время я жил во Франции — после тюремного заключения государственная власть не захотела, чтобы я оставался на территории Беларуси.

— Вас выдворили из страны?

— Можно даже сказать, с почетом. В апреле 2006 г. при посредничестве посла Франции в Республике Беларусь господина Шмелевс­кого я покинул родину и посе­лился во Франции. Мне нелегко да­лось такое решение, но я пони­мал, что оставаться в Бе­ларуси, тем более продолжать ра­ботать, совершенно невозможно.

— И какой была реакция Евро­парламента на ваш отчет?

— Европарламент поддержал мою инициативу о создании центра «Экология и здоровье». Осенью 2008 г. мы провели боль­шую международную научную конференцию, на которой было сообщено о поддержке Европар­ламентом моих проектов. После этого последовал звонок из Ук­раины. Руководитель общест­венной организации «Союз Чернобыль-Украина» Ю.Андреев сказал, что вместе с г-ном Бебеш­ко (на то время руководи­телем Национального центра радиа­цион­ной медицины) меня приг­ла­шают реализовывать этот про­ект в Украине.

В конце января 2009 г. я приехал в Киев в надежде на то, что здесь мы будем реализовывать серьезный проект. Для этого, естественно, нужно было согла­сие государственной власти, тем более что речь шла о серьезной финансовой помощи ЕС, и мне такое согласие было обещано. Но после приезда в Украину, обещан­ной помощи я не получил. Мне не удалось попасть на прием ни к депутатам, ни к руководству Верховной Рады.

Координационный анали­тический центр «Экология и здоровье» удалось зарегистри­ровать в 2009 году на базе Центра реабилитации лиц, пострадавших вследствие Чернобыльской ка­тастрофы АМН Украины. Наш центр является некоммерческой организацией, в его составе очень авторитетные личности — уче­ные, врачи, депутаты Европарла­мента, представители общест­венных организаций. Председа­тель наблюдательного совета — выдающийся ученый-эколог, член Российской академии наук Алексей Яблоков.

Центр «Экология и здоровье» разместился в Пуще-Водице на базе Центра реабилитации лиц, пострадавших вследствие Черно­быльской катастрофы (после то­го, как оттуда ушел Центр радиа­ционной медицины). Это место совершенно запущено в мате­риаль­ном плане, разбазарено, разрушено. Кстати, одним из направлений нашего проекта предусматривалось восстанов­ление центра реабилитации.

Через несколько месяцев после регистрации наш центр представил в Европейский Союз проект под названием «Модель системы комплексного жизне­обеспечения населения в зоне радиоактивного загрязнения». Этот проект глубоко и всесто­ронне проработан экспертами на разных уровнях и получил одоб­рение Европарламента и Евро­комиссии. В настоящее время ряд его положений представлены официально в виде проекта DEVKO.

— В чем он заключается?

— Этот проект призван объе­динить и скоординировать уси­лия международного сообщества по разработке мер безопасного проживания в условиях пос­тоянного воздействия радиации в одном из наиболее постра­давших районов Украины с последующим распространением полученного опыта на другие радиоактивно загрязненные территории. В качестве основного экспери­ментального (модель­ного) района определили Иван­ковский район Киевской области — в настоящее время один из наибо­лее загрязненных радио­нук­ли­дами цезия-137 и строн­ция-90. Этот район граничит с 30-километровой зоной отчуж­дения, состояние здоровья его жителей вызывает крайнюю обес­покоенность. За период с 1986 по 2009 гг. показатель расп­ространенности рака щито­видной железы среди населения района увеличился в 40 раз, в то время как до аварии на ЧАЭС это заболевание не регистри­ровалось. Смертность в Иван­ковс­ком районе сегодня в два раза превышает рождаемость. Кар­тина выглядит крайне мрач­ной, учитывая, что в загрязненных местностях нет предприятий, люди сидят без работы, потреб­ляют продукцию, которую выра­щивают на загрязненных радио­нуклидами землях, едят собран­ные в лесу грибы и ягоды. И при этом никакого контроля по опре­делению содержания радионук­лидов на территории не сущест­вует! Информационного обес­печения на уровне, как обезо­пасить свою жизнь на зараженной местности, как выживать, тоже нет. На глазах происходит унич­тожение славянской популяции в географическом центре Европы. Это же настоящий радиационный ГУЛАГ!.. Даже больницы в Иван­кове фактически нет. Есть место, куда обращаются жители с жалобами на свои недуги, но нет возможности оказать им необходимую медицинскую помощь. И мне, как доктору и гражданину, все это далеко не безразлично. Черно­быль в оди­наковой мере беда и украинцев, и белорусов, это наша общая боль. В Гомельском мед­институте училось много укра­инцев, со многими украинскими учеными и НИИ у нас были тесные на­учные контакты. И хотя сегодня мы живем в разных странах, нас объединила Черно­быльская зона. И я себя предс­тавляю как чело­века этой Зоны и считаю своим долгом сделать все, что в моих силах, чтобы облегчить состояние людей, вынужденных проживать под дамокловым мечом радиации. Если наш совместный с ЕС проект в Иванковском районе удастся осуществить, это станет наглядным примером того, как нужно действовать, чтобы защитить людей, проживающих на территории, загрязненной радиоактивными элементами. В этих условиях тактика лечения, профилактики заболеваний и реабилитации должна иметь свои особенности.

Главная цель проекта — соз­дание действенной модели сис­темы жизнеобеспечения насе­ления в условиях радиа­ционного воздействия как одного из спо­собов улучшения демогра­фи­ческой ситуации и здоровья лю­дей, проживающих в районах, пострадавших от Чернобыльской катастрофы. Отдельные спора­дические меры противорадиа­ционной безопасности эффекта не дают, необходим комплекс мер, прежде всего препятст­вую­щих проникновению радио­ак­тив­ных элементов в организм человека. Это основано на ре­зультатах наших научных иссле­дований, уже ставших базовыми, которые используются в мировой практике для оценки последствий радиационных аварий. К сожа­лению, в Украине подобных исследований нет.

Не менее важная цель про­екта — эффективное исполь­зование чернобыльских средств. Ведь за 25 лет средства, которые направлялись на чернобыльские программы, не принесли ника­кого результата. Заявляю об этом совершенно ответственно, и могу аргументированно это доказать.

— В Беларуси вы уже доказывали, что деньги на чернобыльские программы расходуются большей частью вхолостую, разворовываются, и к чему это привело? Вас упрятали за решетку...

— Да, в 1999 году мной была инициирована проверка Акаде­мией наук использования средств Научным центром радиа­ционной медицины и эндокри­нологии. По результатам данной проверки я, как член комиссии, направил свой отчет президенту Респуб­лики Беларусь Лукашен­ко, в котором сделал заключение о неэффективном использовании финансовых средств — деньги были потрачены зря.

— Вы много занимались изучением влияния на живые организмы инкорпорированных радионуклидов, в частности радиоцезия-137. Нас успо­каи­вают: мол, в пределах до­пус­тимых норм...

— Безопасных доз радиации не бывает. Даже небольшие концентрации попавших внутрь организма радионуклидов могут вызвать тяжелые патологические изменения. Почему после аварии на ЧАЭС так резко возросло количество случаев рака щито­видной железы? Вначале счита­ли, что это воздействие только радиоактивного йода. Наши исследования показали, что щи­товидная железа также интен­сивно инкорпорирует и радио­активный цезий. Таким образом пагубное действие радиоак­тив­ный йод оказывал при участии радиоцезия. В организме жите­лей Полесья, как белорусского, так и украинского, радиоцезий появился задолго до Чернобыля. Население европейской части бывшего Советского Союза, на­чи­ная с 60-х годов прошлого века, подвергалось радиацион­ному воздействию.

— После ядерных испытаний?

— Это одна из правдоподоб­ных версий. Наиболее пострадали прибалтийские страны (поэтому сейчас у них катастрофическая ситуация с заболеваемостью раком), Беларусь и север Украи­ны. В свое время (еще в бытность ректором) в мои руки попала книга «Глобальное выпадение цезия-137 и человек» (авторы Марей А.Н., Бархударов Р.М., Новикова Н.Я., 1974 г.) Там была опубликована карта 60-х годов. Эту книгу недавно я показывал профессору Ландбергису, пер­вому руководителю свободной Литвы, нынешнему депутату Европейского парламента, и мы с ним обсуждали ситуацию, почему Литва страдает сейчас. Когда я показал эту карту в парламенте Беларуси в 1999 году, у многих депутатов и членов правительства был просто шок. (Правда, через три месяца на меня надели наручники.) Данная книга была представлена сотруд­никами Института биофизики при Минздраве СССР, которые определяли в пробах коровьего молока содержание радиоцезия в различных районах Полесья. Состояние здоровья населения при этом не определялось, не делались никакие прогнозы. Авторы отмечали, что в случае каких-то еще радиационных воздействий в Полесье, нужно срочно принимать меры. Случил­ся Чернобыль, информацию засекретили, книгу изъяли (мои ученики нашли ее в маленькой библиотеке под Гомелем). Отсчет коллективных доз облучения начали с нуля, хотя люди уже испытали воздействие радиации. То есть при расчете доз исходили из заведомо ложной позиции.

На основании многочис­ленных научных исследований, прове­денных в Гомельском мединс­титуте, мы пришли к выводу о ведущей роли радионук­лидов Cs-137, инкорпориро­ванных в человеческий организм, в воз­никновении и смертности насе­ления, проживающего на радиа­ционно загрязненной тер­ритории. Было убедительно по­казано, что даже относительно не­большие концентрации радио­нуклидов Cs-137 (30—50 Бк/кг) способны вызывать тя­желейшие патологи­ческие про­цессы в организме детей и взрос­лых. При этом ра­дио­цезий бло­кирует энер­гети­ческие процессы в организме, вследствие чего страдают жиз­ненно важные органы, в частнос­ти сердечно-сосудистая система. Радио­нуклиды и особенно це­зий-137 провоцируют возник­новение также такой генетически обус­ловленной патологии, как врожденные пороки развития.

По большому счету, те наб­людаемые сейчас проблемы со здоровьем, это даже не Черно­быль. Это то, что мы «хлебнули» до него и вдобавок получили «порцию» радиации от взрыва на ЧАЭС. Чернобыль еще грядет... Демографическая ситуация оце­нивается поколениями.

— Хотелось бы узнать подробнее, почему остановился проект, уже получивший поддержку ЕС и ЕК?

— Произошло это при весьма интересных обстоятельствах. Когда мы заявили о том, что на­ша организация будет сопровож­дать проект, то есть наблюдать за его реализацией, начались недо­разумения. В сентябре мне неожиданно предложили осво­бодить помещение Центра реаби­литации в Пуще-Водице.

— Кто?

— Руководство Академии медицинских наук и Центра ра­диационной медицины. Кстати, одним из пунктов проекта пре­дусматривается восста­нов­ление Центра реабилитации постра­давших от Чернобыльской ка­таст­рофы, мы много сделали для того, чтобы привлечь туда экс­пертов, украинское прави­тельст­во даже выделило средства, что­бы начать в этом году работу, к ко­торой затем подключится Европа.

Но, видимо, жизнь научила меня предусмотрительности. В прошлом году я зарегистрировал еще один адрес нашей органи­зации на базе райбольницы в Иванкове. В последних числах сентября, уже после выселения нашего центра, состоялась встреча в Брюсселе по обсуж­дению проекта. Все прошло бла­гополучно. Планы наших недоб­рожелателей выставить нас перед всей Европой «бездомной» (и безадресной) организацией не оправдались. То есть вся эта воз­ня затевалась с целью дискреди­тировать нас и нашу общест­венную организацию перед евро­пейским сообществом.

— Как вы думаете, с какой целью?

— Чтобы не дать возможности осуществить масштабный проект.

— О каком финансировании проекта шла речь на совместных встречах?

— В общей сложности, с учетом всех направлений (а их восемь) — около 30 миллионов евро. Проект поначалу поддержи­вали представители власти, но когда дошло дело до подписания, все заглохло. Мне сказали, что не­ко­торые министры не согла­сились поставить свои подписи, мол, были прецеденты ранее, деньги пропали….

Наша общественная органи­зация вообще не имеет отно­шения к финансовым вопросам. Мы только инициировали про­ект, и намерены осуществлять контроль за его реализацией. В наблюдательном совете нашей организации ученые с мировыми именами: Яблоков, Даниель Кон-Бендит, Жозе Бове, Мишель Ривази, Коррин Лепаж, Ребекка Хармс…

— Хотите сказать, что нельзя будет украсть?

— Конечно, все средства будут под контролем обществен­ности.

Кстати, несколько дней назад я как председатель Междуна­родного общественного коорди­национного чернобыльского совета (МОК ЧС объединяет 21 общественную организацию) обратился к депутатам Европар­ла­мента с письмом, в котором мы просим инициировать проверку Европарламентом использования финансовых средств, направ­ляемых Еврокомиссией в течение последних 15 лет для ликвидации гуманитарных последствий аварии на ЧАЭС.

— Для такого письма есть серьезный повод?

— У меня имеется инфор­мация по ряду чернобыльских проектов, на которые ЕК выде­ляла средства, в том числе и на Иванков. Речь идет о том, что в Иванкове о данных проектах ничего не знают. Как они были использованы — вопрос инте­ресный. Надеемся, вскоре об­щественность узнает ответ на него.

— И вы хотите, чтобы после этого ваши проекты получали зеленый свет?

— Мои оппоненты не только здесь меня прессуют, но и ока­зывают давление на мою семью, которая проживает в Беларуси. Любые серьезные акции, про­водимые мной в Европе, дают о себе знать в Беларуси в виде соответствующей реакции в отношении моих уже взрослых дочерей. Старшая работает врачом, младшая заканчивает университет. Слава Богу, моя семья разделяет мои убеждения и не поддается на провокации.

— В последнее время опытом украинских экспертов и научных организаций по преодолению последствий ядерной катастрофы весьма заинтересовались японцы. Рабо­ты ваши и ваших коллег вост­ребованы за рубежом?

— Наши работы представляют очень большой интерес после катастрофы в Фукусиме. Ситуа­ция в Японии крайне тяжелая, можно сказать, катастрофическая, намного тяжелее, чем у нас после Чернобыля, и японцы пытаются минимизировать последствия трагедии. Сегодня у них допусти­мая доза радиоцезия в продуктах питания 500—700 Бк/кг, а мы го­ворим, что 100 — это уже опасно. Несколько дней назад в Иванкове мы встречались с делегацией из Японии, которая намерена вос­пользоваться нашим опытом и научными наработками для прео­доления последствий катастрофы.

Что касается Украины, то хочу сказать прямо: поддержки среди коллег-ученых, на которую рассчитывал, я не получил. И все же под эгидой центра «Экология и здоровье» удалось сконцент­рировать весомый научный по­тенциал. В этом году мы изда­ли в Украине две монографии. Одна из них — «Чернобыль. 25 лет: инкорпори­рованные радио­нук­лиды Cs-137 и здоровье людей» (под ред. Ю.Бандажевс­кого). Это кол­лективный труд, среди авто­ров — украинцы, бело­русы, фран­цузы. Наши научные работы опубликованы за рубежом — во Франции, Литве, Италии, Японии.

Объективка ZN.UA

БАНДАЖЕВСКИЙ Юрий Иванович — известный ученый в области радиационной медицины, доктор медицинских наук, профессор.

Родился 9 января 1957 года (пгт Радунь Гродненской области, Беларусь).

Окончил Гродненский медицинский институт. В 1983 году защитил кандидатскую диссертацию, в 1988-м — докторскую.

В 1990 году назначен первым ректором создаваемого Гомельс­кого медицинского института, который был призван решить задачу обеспечения районов, пострадавших вследствие чернобыльской катастрофы, врачами. Под руководством профессора Банда­жевского гомельский вуз превратился в мировой центр изучения влияния на организм радиоактивных элементов. В июле 1999 г. Юрий Бандажевский был неожиданно арестован на основании указа президента Республики Беларусь №21 о борьбе с терроризмом и особо опасными насильственными преступлениями. Почти через месяц после ареста ему было предъявлено обвинение в получении взяток во время вступительных экзаменов. В 2001 г. военная коллегия Верховного суда Беларуси приговорила Ю.Бандажевского к восьми годам лишения свободы в колонии усиленного режима, без права на обжалование приговора. В августе 2005 г. его освободили.

По мнению авторитетных международных правозащитников, дело Бандажевского было сфабриковано белорусскими властями, так как результаты его научных исследований расходились с официальными данными о последствиях катастрофы на ЧАЭС. Международная амнистия признала профессора Бандажевского узником совести. Европейский парламент выдал ему Паспорт свободы №000025.

С 2006 г. Ю.Бандажевский работал во Франции, Германии, Литве. С 2009 г. живет и работает в Украине, где возглавляет Координационный аналитический центр «Экология и здоровье».

Профессор Ю.Бандажевский является автором более 270 научных трудов, в том числе 15 монографий. Под его руководством выполнено 30 кандидатских и докторских диссертаций.

Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Нет комментариев
Реклама
Последние новости
Курс валют
USD 24.79
EUR 27.26