Хоть каплю сумасшествия, или Образование для человека

Михаил Девдера 16 января 2015, 00:00
школа

Читайте также

Мы уже были там. На пороге "комнаты счастья". Если так образно представить реформу образования. Минимум дважды за предыдущие 23 года. И дважды получили тот же результат, что и один из героев "Сталкера" А.Тарковского: вместо запрашиваемого выздоровления спасаемого — его гибель, и хорошие "кучи золота" заказчикам выздоровления.

Наше нынешнее намерение реформировать общеобразовательную школу — это, считай, третье за годы независимости хождение к заветному порогу. Ради того же, что и предыдущие разы. И вполне может быть, что и с тем же результатом. Ведь, по-моему, мы так и не разобрались до конца ни с истинностью наших желаний, ни с механизмом действия "комнаты счастья", которая наши намерения считывает вовсе не в той редакции, в которой мы выносим их на люди.

* * *

Первое, что необходимо для подлинного реформирования образования, — социальный заказ. Он у нас есть? Есть. Постоянно. И именно ответом на него является то или иное состояние образовательной сферы. И не беда самого заказа, что разные управленческие и научные учреждения, съезды, законодатели и коалиционные соглашения читают его по-разному. Это беда общества, которому вместо прочтения перспективного социального заказа, выстроенного на возможностях сегодняшних, но подчиненного нуждам завтрашним, предлагают эрзац, посредством которого на возможностях завтрашних удовлетворяют свои нужды сегодняшние. 

Пусть бросят в меня камень те, кто прописывал положения "Стратегии 2020" (13-й пункт третьего раздела "Реформирование образования"; и точка, вся суть) или пункты коалиционного соглашения (8–9 абзацев, два из которых об оплате труда педработников, по одному — обо всем понемногу: от децентрализации управления до широкополосного Интернета), если за предлагаемыми ими документами проглядывает целостное видение того, как реформа образования должна стать одним из рычагов реформирования государства, общества.

Таким рычагом вроде бы хотят видеть образование авторы проекта "Концепции развития образования Украины на период 2015–2025 годов": "Образование должно превратиться в эффективный рычаг экономики знаний, …продуцировать индивидов, способных обеспечить ускоренный экономический рост и культурное развитие страны, сознательных, общественно активных граждан, конкурентоспособных на европейском и мировом рынках труда". Но предлагаемое политиками карго, прописанное в стратегии и соглашении, явно не тянет на такой уровень: вернитесь к тем 8–9 абзацам коалиционного соглашения и возразите мне аргументировано.

К сожалению, не тянет на него и сама концепция. Потому что в ней нет самого главного — определенного духовного стержня. Есть некие технические условия, которые сами по себе предлагают определенную букву изменений, но за ней не чувствуется тот высокий дух, благодаря которому эти изменения стали бы действительно общественной продуктивной силой.

Что мы хотим получить? Систему образования, которая будет работать на становление человека как самой главной творческой продуктивной силы общества? А посредством чего эта сила появляется, устанавливается и утверждается? Через принудительное обретение предметно-отраслевых компетентностей (именно в этом самая общая суть нынешней нашей школы)? Через овладение английским при полном невладении украинским? Через широкополосный Интернет? Через все более глубокое проникновение в дошкольную среду при отсутствии элементарной культуры работать с этой средой? Через переструктурирование образовательной сети?.. 

Каждое из перечисленных средств может очень эффективно сработать в определенной плоскости, но ни одно из них отдельно, ни все они вместе ничего не стоят, пока духовным стержнем наших изменений не  стал человек. И не как ресурс (потому что человек как "человеческий капитал", "человек экономический", "человек инновационный", "вмонтированный в системы искусственного интеллекта" — это именно ресурс, в котором присутствие собственно человека, с точки зрения ориентированного сугубо на экономически-финансовую выгоду "работодателя", часто даже вредит качеству этого ресурса). Кем или чем быть, решать не работодателям и даже не обществу, это должен решать сам человек. И образование в этом случае — это именно тот фактор, который должен поддержать и развить в человеке становление способности решать, делать выбор так, чтобы действовать на благо общества и не в ущерб себе.

Человек открытый, незашоренный, свободный. Человек человечный — вот идеал. И этот идеал сегодня уже присутствует среди нас. Он определил судьбу Майдана. Он сегодня определяет судьбу страны, втянутой в несколько войн сразу.

Безусловно, такой человек будет и компетентным, и гражданином, и украинский и английский освоит, и новейшие ИКТ, и широкополосный Интернет. Но самое главное — ни от родителей своих, ни от рода и народа не отречется. Он будет полностью обладать всеми необходимыми качествами и добродетелями, которые сделают его не просто конкурентоспособным на разных рынках — они поставят его вообще вне конкуренции, ведь этот человек будет способен создавать правила игры, не приспосабливаться, а приспосабливать. Потому что самая главная его мера — способность к самопожертвованию (набираю эти строки, а перед глазами лица Сергея Нигояна, женщин-волонтеров, 14 моих бывших учеников, которые сейчас на передовой АТО).

Такого человека целевым образом сформировать невозможно. Вообще, на мой взгляд, ставить перед образованием задачи "формировать" — это неправильно. Образование должно лишь создать условия, акцентировать потенциал среды, поддержать ориентацию на определенные, как говорил Ухтомский, доминанты. Не дай Бог нам снова браться целевым образом "формировать", превращая школу в фабрику времен индустриальной эпохи, а педагогических работников — в "инженеров человеческих душ". Это уже было. Это еще продолжается. Но с этим надо заканчивать.

* * *

Я сам педагог с почти сорокалетним стажем. Трое моих родных детей — тоже учителя. Но самое главное — у меня пятеро внуков, которые через год-другой пойдут в школу. Трое из них — в сельскую. Так что сегодня я думаю о том, какого хочу образования для них. И когда проецирую положения проекта "Концепции" на их возможную ученическую судьбу, мне становится нехорошо. Ведь "Концепция", переструктурируя нынешнюю школу, отнюдь не ликвидирует тем самым ее главных бед. В чем они?

В том, что школа видится учебным, а не образовательным заведением (смею настаивать, что это совсем разные вещи). Что школьное обучение выполняет очень специфическую роль: оно должно сначала подготовить ученика к нашпигованию базовыми предметными знаниями (начальная школа), потом — втиснуть в него эти предметно-отраслевые знания (неполное среднее и старшее звенья), чтобы таким образом создать основу для дальнейшего специализированного обучения — этакую осведомленность, которую принято называть компетентностью. (Между прочим, действительно компетентностью она от этого отнюдь не становится, потому что наше отечественное обучение построено совсем не так, как, например, финское или шведское. Так что и результат совсем не тот. На этот случай не распространяется правило, как вы корабль назовете, так он и поплывет.)

О том, что школа сегодня очень плохо справляется с этой работой, говорят результаты ВНО — они все хуже и хуже с каждым годом. Действительно катастрофические, по честному определению директора Украинского центра оценивания качества образования И.Ликарчука. Но эти результаты сами по себе ничего не говорят о причинах, которые их порождают.

Самая главная из этих причин — предметоцентрическая ориентация обучения. А как без нее, когда речь идет об отраслевой подготовленности? Главным действующим лицом становится предметная программа, обучение — это процедура выполнения программы.

Бывшая советская школа тоже была предметоцентрической. Еще и добротно политехнической. Но в ней было определенное вменяемое, постигаемое количество учебных предметов и так же вменяемое содержание этих предметов и адекватное время, отведенное на освоение этого содержания. Современная украинская школа пошла по пути увеличения количества предметов при одновременном уменьшении реального времени на их освоение и солидном расширении содержания каждой из дисциплин. (Вчитайтесь в эту формулу и осознайте всю глубину ее абсурдности!) Наших нынешних дидактов ничуть не пугает то, что два часа в неделю на предмет (и это в лучшем случае, потому что есть куча дисциплин, представленных даже одним часом) — это очень мало для обеспечения необходимой "оборотности" учебного материала и его закрепления в опыте ребенка. Это финны могут каждый школьный день шесть лет подряд учить ребенка читать. Мы делаем это в рамках начальной школы 363 часа за три года. То есть, минимум в два раза быстрее и в десятки раз хуже, чем финны.

Такое обучение просто отбивает охоту к учебной деятельности (ну не может нормальный человек хотеть заниматься тем, что его утомляет, раздражает, обижает, делает неполноценным!) Но, к сожалению, не только. Такое обучение разрушает физическое и психическое здоровье ребенка. Именно из-за этого мы получаем на выходе из школы больных и не способных ни к дальнейшему обучению, ни к продуктивной деятельности выпускников. Кому они нужны? Тем, кто на их беспомощности и неполноценности будет зарабатывать, — платным учебным заведениям.

О какой-то воспитательной роли беспомощной перед житейскими штормами школы не стоит и говорить. Господи прости, но как может калека убедить нормальных людей в том, что увечье — это и есть эйдос физической полноценности?

Как и каждый калека, школа у нас живет милостыней. Милостыней является зарплата учителя, так и не доведенная до объемов, утвержденных законом. Милостыней являются те три или четыре тысячи гривен в год (в сутки это 13–15 гривен), которые выделяются сельской школе на 130 учеников для удовлетворения абсолютно всех потребностей (от приобретения мела и мыла до установки широкополосного Интернета). Милостыней являются 40 тонн угля при потребности 120.

И как мы это планируем изменить? Если верить главе профильного комитета Верховной Рады госпоже Лилии Гриневич ("Как создать идеальную систему образования", УП, 19.11.2014), то оно таки станет лучше: "Учитель с высоким уровнем квалификации и должным социальным статусом — главный проводник истинной реформы образования. Но это в будущем. А во время войны, в период жесткой бюджетной экономии, важно, по крайней мере, не допустить снижения имеющихся выплат учителям".

Вот и выплыла правда: значит, "истинная реформа образования" — это когда-то, "в будущем"? А пока что главная задача предлагаемых изменений — "не допустить снижения"? Вот это и является реальным заказом государства, именно он и сработает на пороге "комнаты счастья": мы, реформаторы, таки "не допустим". Но не только "снижения". Мы таки не допустим и существенных изменений. Хотя при том "кучу золота" получим… Каждый свою. Кому уж чем выдадут.

* * *

…Когда-то давно на одном из совещаний наши директора школ несерьезно играли в игру: надо было на мгновение представить себя выпускником школы и сказать, каким же школа должна запомнить тебя. Успешным, дисциплинированным, знающим, ответственным… Это все сыпалось да сыпалось, пока не прозвучало: счастливым. Все затихли. Школа и… счастье. Как-то не вязались эти вещи друг с другом… 

Не вяжутся и до сих пор.

Это единственное, чего я сейчас хочу, чтобы для моих внуков они таки наконец связались. C помощью реального обновления образовательной сферы. И если бы сегодня я сам оказался на пороге "комнаты счастья", я попросил бы: "Пусть будет так, чтобы образование для моих внуков стало той средой, которая подпитает, укрепит, оформит в жизненное намерение их жажду жизни как создание блага, пусть поможет им воплотить и принять эту жажду как мечту, пусть научит подчинять достижению этой мечты всего себя, весь свой жизненный потенциал, каждый миг своей жизни, чтобы эта жизнь стала настойчивой поступью к вершине вершин — человеческому счастью". 

Я как учитель, мои сыновья-учителя готовы ради этого действовать уже сейчас. При нынешней зарплате-милостыне. Даже с "допущением снижения". Ведь у нас таки война. И не одна. И мы на передовой. А тут не торгуют — воюют. Чтобы победить. Вместе с теми моими 14 учениками.
И с Сергеем Нигояном, который тоже был учителем.

Но готовы мы при одном условии: будущее — это не наша завтрашняя повинность работать за полторы тысячи долларов, потому что нам наконец их заплатят (уважаемые реформаторы, не смешите учительство такими цифрами!); будущее — это наше нынешнее желание работать на сто тысяч долларов наперекор тому, что нас унижают милостыней. Но эта милостыня — показатель не нашей, учительской нищеты. Это — реальная цена веры в нас нашего государства. 

…Надеюсь, "комната счастья" на нее не отреагирует…

Теги:
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
8 комментариев
  • Oxyz 22 января, 14:40
    akbarallah 18 січня, 21:52 Господа! Почему вы такие злые? Нигде в мире нету идеальных средних школ! Пробелы средней школы должны исправлять ВУЗы. Реформа нужна ВУЗов. Ректора ВУЗов-министры никогда не сделают реформы!! Это все равно, что требовать от волков быть травоядными. Что плохого, если дипломы ВУЗа будут получать или покупать все желающие? Ничего! Хоть 100%. На базарах джинсами и тряпками торгует больше половины с дипломами! Вахтерами у Фирмах - все с дипломами!! Реформа образования - очень простая. Сделать надо как у США - диплом конкретного университета, а не государства Украины. И главное не доплачивать, и не брать на работу, если работа не по специальности которая в дипломе записана!!! Тогда отпадет желание получать бумажку. Вот и вся реформа!
    если сделать "как у США" то большинство преподавателей с дипломами кандидатов и докторов разных наук станут безработными. Это они прекрасно понимают и на тему реформы высшего образования предпочитают помалкивать.
    Ответить Цитировать Пожаловаться
  • akbarallah 18 января, 21:52 Господа! Почему вы такие злые? Нигде в мире нету идеальных средних школ! Пробелы средней школы должны исправлять ВУЗы. Реформа нужна ВУЗов. Ректора ВУЗов-министры никогда не сделают реформы!! Это все равно, что требовать от волков быть травоядными. Что плохого, если дипломы ВУЗа будут получать или покупать все желающие? Ничего! Хоть 100%. На базарах джинсами и тряпками торгует больше половины с дипломами! Вахтерами у Фирмах - все с дипломами!! Реформа образования - очень простая. Сделать надо как у США - диплом конкретного университета, а не государства Украины. И главное не доплачивать, и не брать на работу, если работа не по специальности которая в дипломе записана!!! Тогда отпадет желание получать бумажку. Вот и вся реформа! Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Georgiy_Kasianov 18 января, 13:34 Довольно типичая позиция: немножко о себе (хорошо), много о проблемах (описательно-заунывно), немножко о других (все не так или не как надо делают), и много общих мест и возвышенно-патетических штампов. И конечно, намеки и предположения, сделанные на основании собственной картины мира - в адрес, тех, кто что-то предлагает кроме выспренных рассуждений об идеалах. Очень распространенное явление среди сеятелей "разумного, доброго, вечного" - публично облегчить душу, отметиться среди смелых и принципиальных, повторить набор общеизвестных истин и лягнуть (в данном случае достаточно нежно) тех, кто берет на себя труд и ответственность хоть что-то делать - или удержать от полного развала, или предлагать системные изменения. Честь и хвала Автору за его тридцатилетний педагогический труд! Увы! - его беспомощности и многословию в обсуждении конкретных мер и действий. У меня сосздается стойкое впечатление, что самую большую опасность реформам представляют не их открытые противники или саботажники-бюрократы, а именно те, кто топит их в многословии, бесконечном нытье и бесконечных нареканиях на то, что все и вся делают неправильно - при полном отсутствии конкретных предложений по сути. При таком отношении любое блюдо протухнет, задолго до того, как его подадут на стол. Ответить Цитировать
  • Полное имя 17 января, 17:19 У автора статьи много философии, и мало конкретики. До трех звездочек вообще ничего конкретного, одни восклицания. А по делу то что предлагаем, а не "взагали", дорогой автор? Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Oxyz 17 января, 15:41 Когда идет война школа далжна быть стать школой выживания. Ответить Цитировать Пожаловаться
  • seven 17 января, 09:06 Из начальной школы нужно убрать весь академизм, впаренный академиками академии педнаук. Например, в первом классе определения геометрических фигур даются как на мехмате университета, а букв и звуков - как на филфаке. Для начальной школы нужно: буква - это письменное изображение звука. А в школе шестилеток! учат, "ю" - это не гласная, это й-у. Вот они и пишут Йулйа вместо Юля. Или маразм с буквами г и гэ - зачем для 10 слов вводить новую букву? Если так уже принципиально говорить гэ - введите исключения прочтения и все. Ответить Цитировать Пожаловаться
  • Stefix 17 января, 06:58 Нашел в сети давнюю статью выдающегося советского математика. Не соглашаясь в деталях, направление считаю абсолютно верным. Школа с уклоном в будущее (“Литературная газета”, 1987 г., 25 марта http://makarenko-museum.narod.ru/Classics/Postnikov/Postnikovs_School.htm Ежегодно наблюдаю, как тысячи молодых людей штурмуют вуз. Подавляющее большинство остаётся за барьером. То есть получает страшный эмоциональный, психологический, нравственный удар. Никогда не мог понять, почему мы не бережём молодое поколение и зачем ему начинать самостоятельную жизнь со стресса. Постоянно слышу упрёки в адрес школы: она не готовит людей для практической жизни, не воспитывает гражданина, гармоническую развитую личность. Жду, кто же и когда объяснит, почему школа не отвечает запросам общества. Жалуются на перегрузку, на неудачные программы, методики... А главное противоречие школы как системы остаётся невскрытым. Между тем оно было заложено, когда после революции из всех типов школ именно гимназия стала постепенно прообразом советской школы. За сорок послевоенных лет школа менялась лишь “косметически” (раздельное обучение — совместное; одиннадцать лет — снова десять; политехническая — снова обычная и т.д.), но никто почему-то не вгляделся в корень её неверного устройства. Главное противоречие современной школы заключается в том, что её массовый характер и трудовая направленность не сочетается с устаревшим элитарно-гимназическим принципом изучения “предметов” или так называемых “основ наук”. Это противоречие поддерживается всеми специалистами так называемых школьных “наук”, и они будут до последнего вздоха защищать свои “основы” в том объёме, какой им удалось протащить в школу на сегодняшний день. И все схватки, все сражения идут по линии “часов”, которые то сокращают, то возвращают в школьную программу. И нет в системе народного просвещения специалистов по... народному просвещению, которые сумели бы подняться над ведомственными спорами, чтобы решить проблему глобально: чему и как учить. Ключом к такому решению, на мой взгляд, является формула из документа ЦК КПСС по школьной реформе: школа должна готовить к жизни. Забудем про опыт гимназии и чисто теоретически посмотрим, что значит быть готовым к жизни. Это значит, что нужно владеть знаниями и навыками, которые условно можно разделить на четыре полностью равноправных цикла: грамотность, этика, эстетика, здоровье (физическая культура). Грамотность. Это умение не только читать и писать на родном языке. Это такое же знание иностранного языка. Это арифметическая грамотность. Это умение общаться с компьютером, знать язык программирования. Иметь общее представление о науках. Этика. Это воспитание человека для жизни в обществе. Здесь проблемы мировоззрения, поведения, умения ориентироваться в обществе, владеть собой. Это знание законов и социальных норм общества, своих прав и обязанностей как гражданина. Тут и проблемы семьи. И социальная грамотность (куда и как обратиться в обществе для разрешения жизненных проблем). Если для первого цикла школа в принципе готова, имеет большой опыт преподавания, то второй цикл почти не разработан. Например, литература имеет колоссальное значение для воспитания гражданского чувства. Но сегодня преподают не литературу, а основы литературоведения, а точнее, судя по газетным дискуссиям, “препарирование” классических произведений. Но для второго цикла требуется иной ракурс преподавания литературы: и классика, и современные произведения должны давать лишь материал для размышления человека о месте в обществе. Эстетика. Это совершенно не изученная, не решённая и практически не начатая работа в школе — воспитание эстетического чувства в молодом человеке. Это снова литература, но опять в ином ракурсе — просто научить любить книгу, возбудить острое желание читать. Это и музыка, пение, и рисунок, графика, живопись. И танец, конечно. В общем, вся эстетическая сфера, без которой воспитание молодёжи нельзя считать полноценным. Легко объяснить, почему у нас эстетическое воспитание оказалось в загоне. Ученик гимназии получал ещё и домашнее воспитание, барышни непременно пели и бренчали на фортепьяно. В гимназии, взятой как модель государственной единой школы, естественно, не нашлось места для эстетического цикла. Сетка часов осталась почти неизменной. Отсюда и расхожее мнение, что из гимназии почему-то выходили “культурные” люди, а из нашей средней школы — не очень. Физическая культура. Понятно, что гармонически развитый человек должен быть здоровым, владеть своим телом, знать, что происходит в его организме, уметь оказать себе и другим первую медицинскую помощь. Этот цикл абсолютно равноправен с тремя другими, а для всей последующей жизни — чуть ли не самый важный. Не понимаю, почему детей освобождают от уроков физкультуры по медицинским показаниям, когда давным-давно существует лечебная физкультура. Ни один школьник не должен быть лишён этих занятий, но каждый имеет право на индивидуальную программу. Коли перенёсших инфаркт лечат физическими упражнениями, то странно освобождать детей от самых жизненно нужных им движений. Но учитель не должен готовить разрядников в школе, его основная забота — массовость и здоровье учеников. Я бы даже дисквалифицировал учителя, который особое внимание уделяет спортсменам, у них есть своя база и свои тренеры. Пресловутых домашних заданий быть не должно. Если каждый день посвятить один урок предмету каждого цикла, то никакой нужды в домашних заданиях не будет. Субботу следует отдать физкультуре, быть может, в сочетании с познавательными экскурсиями и турпоходами. Несправедливо загружать детей обычной работой шесть дней в неделю при пятидневке у родителей. После учёбы в такой школе в течение 8-9 лет (больше не нужно) общество получит полноценный “продукт” — гармонично развитую личность. В последний год в рамках этического (или, лучше сказать, социального) цикла особое внимание должно быть уделено вопросам профориентации, чтобы 15-летний выпускник мог сознательно выбирать свою будущую специальность. Вы спросите, а где же наука — математика, физика, химия, биология, история, география? Думаю, одного часа в день, то есть пятого урока, достаточно на все эти дисциплины. Ещё раз подчеркну: ни одна из них в отдельности не может быть приравнена (а значит, и уравнена в часах) с названными выше циклами. Рассмотрим это положение на примере математики. Сегодня она занимает пятую часть всей школьной программы. Кто-нибудь скажет мне: зачем? Кто из вас, нематематиков, решал в быту квадратные уравнения? Кто хоть раз воспользовался теоремой о внутренних углах треугольника? Почему же никто не спросит о тех потерях, которые несут одно за другим целые поколения, не имеющие времени изучить медицину, музыку, ремёсла и т.д.? Сколько математики нужно для жизни — столько она и должна занимать детского времени, ни больше, ни меньше. Только массовым гипнозом могу объяснить тот факт, что никто за десятилетия не взялся оспорить стереотип: математика-де развивает дедуктивное мышление, которое жизненно необходимо культурному человеку. Но ведь это не так! Дедуктивное мышление составляет лишь небольшую долю среди прочих его видов. И требуется оно исключительно учёным-теоретикам. Даже в прикладной математике — как чётко разъяснено в недавно вышедшей монографии — дедуктивное мышление, как правило, мешает, а главную роль играет мышление рациональное (по “здравому смыслу”). Теперь окинем взглядом так называемую “систему” знаний по математике. Откуда взялась та геометрия, которую изучают школьники? Из Древней Греции. А что за алгебра, которой мы мучаем детей? Это создание пятнадцатого-шестнадцатого веков. Недавно колоссальным напряжением внедрили в школу интегралы (может быть, скоро уберут). Это создание семнадцатого века. Вот и всё. Вы думаете, что в последние триста лет математика не развивалась? Да нет же, последние триста лет — время интенсивнейшего развития этой науки, чрезвычайно богатого, идейного, культурного... Где же её открытия в школьной программе? И о какой вообще “системе” мы ведём речь? Если сравнить с литературой, то это всё равно, что закончить её изучение былинами и парой летописей. Зачем же называть этот предмет “основами науки”, “систематическими знаниями”? Примерно такое же положение со школьными физикой и химией, хотя из-за описательности многих их частей ситуация здесь полегче. Но всё же кто из нас знает формулу равноускоренного движения или реакцию омыления жиров? Да и не нужно в жизни это знать... По-моему, учителю обидно пять лет заставлять детей учить формулы, реакции, решать задачи, чтобы выпускник немедленно выбросил их из головы и никогда вновь не возвращался к этим материям. Думаю, что одного урока в неделю хватило бы, чтобы школьник получил некое представление о математике. Ни в коем случае не “систематичность” её изучения — это всегда будет ложная систематичность (как сегодня). Но именно представление! Нужны живые, непринуждённые рассказы о неевклидовой геометрии Лобачевского, пространствах большой (даже бесконечной!) размерности, о симметрии в алгебре, об экстремумах, об изопериметрах, о парадоксах бесконечного и т.д. и т.п. Умело преподнесённые, все эти темы вполне доступны школьнику начиная с 5-го класса. Много тем есть и для младших классов — орнаменты и бордюры, паркеты и кристаллы, правильные многоугольники и многогранники... Никаких иных целей, кроме повышения культурного уровня, преподавание математики не должно иметь. И отметки здесь неуместны, и экзамен просто недопустим. Одного часа в неделю достаточно, чтобы дать представление о любой школьной “науке”, позволить хотя бы одним глазком взглянуть на её увлекательнейшие пейзажи и возбудить желание к дальнейшим, более детальным экскурсиям. Историю культурный человек должен знать. Но не так, как её преподают в школе: уйма подробностей, всё засушено-пересушено, ничего не говорит ни уму, ни сердцу — и нет целого представления. Обратите внимание, какой интерес вызывает историческая беллетристика, даже не лучшего качества. Вот симптом неблагополучия нашего преподавания истории. То есть само прошлое людей интересует, но из сухого учебника они взять ничего не могут и вынуждены черпать сведения из беллетристики, литературы. А богатая историческая литература остаётся вне школы. Конечно, никакой систематичности (литературоведческой) не должно быть и в преподавании литературы, писатель советского периода должен непринуждённо сменяться классиком, и, наоборот, по разным поводам — несколько раз. Что касается географии, то — да простят меня специалисты — я разделяю мнение г-жиПростаковой. Во всяком случае, несколько обзорных лекций-рассказов в течение года вполне достаточно, чтобы дать представления о странах и континентах, климатических зонах, знаменитых путешественниках и экономических принципах международной торговли. Нельзя же десятилетиями делать вид, что телевидения не существует! А разве сравнится один цветной научно-популярный фильм, скажем, об Исландии с параграфом в учебнике, для которого будто специально искали и нашли авторов, не владеющих литературным языком. Рассказы о науках должны быть поставлены так, чтобы ученик сам захотел узнать больше в свободное время. Открываются неограниченные перспективы для факультативных курсов во второй половине дня (на продлёнке). Здесь же необходимо наладить обучение и трудовым навыкам (не профессиям!) Нужно, чтобы ученик мог починить проводку, сменить у крана прокладку, сколотить скворечник, врезать замок, приготовить обед и работать с иглой. Спросят: а кого набирать в вузы? Откуда мы возьмём инженеров, учителей, гуманитариев, физиков? Тут другое дело, которое не надо путать со школой. Отбор кандидатов в студенты — дело настолько важное, что его нельзя доверять Министерству просвещения. Просто потому, что это не его задача. И до тех пор, пока оно, это министерство, будет стоять на распутье — готовить ли молодое население к жизни или к дальнейшей учёбе в вузе? — оно будет губить оба дела. Его контингент — дети от шести до четырнадцати лет. Оно обязано выпустить их из школы здоровыми, воспитанными, культурными, умелыми. Без отвращения к учёбе. Желательно — ориентированными на определённую профессию, с учётом личных качеств интересов и способностей. После этого за дело должны взяться другие — Комитет по профтехобразованию, Министерство высшего и среднего специального образования, а также Министерство культуры. Основная масса подростков поступает в училища и техникумы, где она получает профессию. Здесь и нужно преподать основы тех наук, которые нужны профессии. Если школа справилась со своим делом, то никаких других предметов не нужно. Только специальные знания — до мельчайших подробностей, чтобы от зубов отскакивало! Сейчас же мы потому и выпускаем из техникумов неполноценных специалистов, что они распыляют внимание на ненужные школьные предметы. Сейчас — после реформы — старшие классы школы оказались в ложном положении. Фактически у них одна задача — готовить в вузы, но с этой задачей они не справляются. Позвольте же вузам самим готовить своих будущих студентов! Зачем нам весь первый год “выбивать” из студентов ошибки школьного образования, школярское мышление, зачем 17-летних учить работать с азов, когда проще этому выучить 15-летних? Дайте вузам набрать по своим тестам в течение года, скажем, по 300 человек на каждые 200 мест факультета для двухлетнего предварительного обучения. Назовите эти два года учёбы “подготовительными курсами”, или как хотите иначе, колледжем, например. Вот где мы начнём систематическое изучение науки с самого начала и в формах, нам нужных! Иногородние одарённые дети могут жить в интернатах при вузах. Компьютер будет непрерывно следить за успехами претендентов и располагать их в ряд. И если к моменту перехода —безэкзаменационного — в основной состав студентов ученик имеет 215-й номер, то никакого стресса он не испытает: сам видит, что успехи его недостаточны. Сама собой отпадает лотерея вступительных экзаменов, исчезают неврозы и ломка судеб. Этот 215-й ученик не пропадёт, он всего лишь — выпускник “спецшколы” с уклоном, если говорить нынешним языком, но это не мифический “уклон”, а глубокие знания, которые не достаточны для вуза, но годятся для работы в среднем звене. Зато вуз получит студентов, которых он знает и в которых уверен. Это, в частности, решит и проблему отсева. Конечно, определённый процент мест надо оставить для абитуриентов “со стороны”. Здесь экзамен — и очень строгий! - необходим. Но такой абитуриент заранее знает, на что он идёт... Всё это явится стройной и эффективной системой обучения и воспитания нашей молодёжи — строителей нашего будущего. Постников М., проф., д.ф.-м.н.,
    lesean 17 января, 15:22
    Прочитав статью, прихожу к выводу: автор не знает как, но знает, что всё не так! В комментариях - выдающийся бред выдающегося математика г-на Постникова от Stefix! Извините, это imho
    Ответить Цитировать Пожаловаться
Реклама
Последние новости
USD 26.67
EUR 28.94