КАЗИМИРА ПРУНСКЕНЕ ДОВОЛЬНА СВОЕЙ СУДЬБОЙ. А ВОТ СОСТОЯНИЕМ ЭКОНОМИКИ - НЕ ВПОЛНЕ

Наталия Яценко 13 января 1995, 00:00

Читайте также

На рубеже 80 - 90-х годов эта женщина была героиней наших телеэкранов. В период, когда идея государственной независимости еще считалась величайшей крамолой, такой, что ее даже боялись высказывать вслух, Казимира Прунскене как премьер-министр Литовской ССР отстаивала интересы своей небольшой республики перед влиятельным и, казалось, непотопляемым Михаилом Горбачевым. Да как отстаивала! Твердо, умно и... в немалой степени пользуясь неоспоримыми преимуществами женщины-политика, на которую, если ты действительно мужчина, и накричать-то нельзя. Даже в пылу полемики.

Жизнь круто переменилась. Теперь уже все мы живем в независимых государствах; кажется, целую вечность назад исчез с телеэкранов первый и последний президент Советского Союза. А эта женщина - все такая же, пусть и не в роли премьера. Эх, как встрепенулся зал при ее появлении на недавней конференции в Пуще-Водице по проблемам и перспективам Балтийско-Черноморского альянса! Ну, ладно уж мы, журналисты, - всегда рады появлению свежего лица, предвкушая интервью или каверзный вопрос. Но ведь как-то враз подтянутее стали мужчины-депутаты, ученые, политики... Поди разберись, что тому причиной. Скорее всего, природный магнетизм этой элегантной и несколько загадочной женщины.

Впрочем, госпожа Казимира не старалась напускать на себя маску загадочности. Обстоятельно отвечала на разнообразнейшие вопросы, охотно соглашалась на интервью, а в сауне, превратившейся на часок после дня заседаний в своеобразный женский клуб, рассказывала о троих своих детях (сын - в малом бизнесе, старшая дочь - главный бухгалтер в маминой фирме, младшая - заканчивает университет в Германии, специализируется на социологии), посмеивалась над неубывающими в Литве сплетнями о себе. О том, как, по одним источникам, якобы приобрела бывший «почтовый ящик», а по другим - целое месторождение золота в Казахстане, но уже на пару с председателем литовского Нацбанка.

Как же сложилась судьба после ухода с поста премьер-министра?

- После своей отставки я еще два года заседала в парламенте, - рассказывает госпожа Казимира. - Этого срока мне хватило, чтобы никогда больше в жизни не стремиться к депутатскому креслу. Очень уж скучная и непродуктивная работа. Если у тебя интерес, желание постоянно заниматься чем-то конкретным - парламент далеко не лучшее место приложения сил. Поэтому в новых выборах я не участвовала, хотя предлагали баллотироваться даже не одна, а несколько групп. Я осталась свободным человеком, чем очень довольна. За последние десять лет, пожалуй, именно сейчас я довольна своей судьбой.

Конечно, остались большие связи на Западе, в разных странах, часто приходится бывать на разных мероприятиях правительственного уровня, съездах различных партий - либеральных, христианских, социал-демократических и других, на международных форумах, общаться с бывшими лидерами других государств, в том числе такими авторитетнейшими деятелями, как Жискар д’Эстен или Киссинджер. Обсуждать приходится самые разные проблемы - будь-то экономическая трансформация, перспективы развития процессов в бывшем Советском Союзе, облик новой Европы или региональная политика. Отказываться? Чаще всего это просто невозможно, потому что я одна представляю или Балтийский регион, или весь бывший Союз. Нужно эту ношу нести. Это просто судьба, и я ее такой принимаю.

Но основная деятельность госпожи Прунскене сосредоточена в двух других сферах. Речь идет прежде всего об Институте Литвы и Европы, задействованном в международной программе «Инновационный форум Центральной и Восточной Европы» и проводящем в ее рамках различные исследования, конференции по вопросам аграрной реформы, инвестиционного механизма, сотрудничества Востока и Запада и пр. Вот и сейчас госпожа Казимира занята подготовкой к предстоящей в июне по заказу НАТО международной конференции «Научно-техническое сотрудничество и конверсия промышленности». Но все это на общественных началах, а хлеб приходится зарабатывать консалтингом, в рамках частной фирмы «Прунскене-консалтинг». Среди разработок фирмы - программа развития единственного в Литве Клайпедского морского порта: вместе с немецкой фирмой выигран тендер на проведение консультаций относительно создания в порту новых субъектов хозяйствования. В перспективе, надеется моя собеседница, на этой почве сформируется новая тема - создание мультимодальной транспортной системы «Запад - Восток» через Клайпеду, с выходом на Польшу, Беларусь, Россию, со временем и на Украину. Жизнь подбрасывает все новые проблемы, так что работы хватит надолго.

- Не секрет, госпожа Казимира, что вы для нас гостья не только из другого государства, но и как бы из другого мира, где рыночные преобразования уже в основном завершены. Мы же спорим о перспективах финансовой стабилизации, путях преодоления спада в промышленности, углубления приватизации, возможности частной собственности на землю и совсем плохо представляем, какими проблемами живут нынче ваши соотечественники...

- Литва в течение нескольких лет тоже пережила очень сильный спад: достаточно сказать, что объемы производства против 1990 года сократились втрое, что привело к значительным социальным осложнениям - втрое снизился и жизненный уровень населения. Но, с другой стороны, уже дает себя знать рост новых хозяйственных субъектов в разных сферах, в основном мелких и средних предприятий. Он уже начинает компенсировать спад в крупной промышленности, сельском хозяйстве. Если сравнивать ситуацию с положением дел в Украине, то мы, по существу, находимся на разных стадиях реформ, разных этапах реструктуризации хозяйства и особенно внешнеэкономических связей... Бросив даже беглый взгляд, нельзя не заметить, что в Литве прибавилось немало новых предприятий, более роскошными стали витрины, появились прекрасные магазины, где вдоволь продовольствия и других товаров. Внутренний рынок стал цивилизованным во многом благодаря активизации частного сектора.

Сейчас, когда в торговле и сфере услуг произошло уже определенное насыщение и прибыли там уже не достигают прежних огромных размеров, литовский предприниматель все чаще поглядывает на производственный сектор. А в нем еще есть большие ниши и, естественно, большие проблемы.

Немало поводов для беспокойства и в социальной сфере. Прежде всего это, конечно, скрытая безработица. По статистике в Литве безработных примерно 4 - 4,5 процента, однако на деле их гораздо больше. Крупные предприятия, в том числе акционерные, загружены в среднем процентов на 30, а работники получают символическую - в нашем понимании - заработную плату. По мере углубления процессов приватизации и капитализации скрытая безработица неминуемо будет превращаться в открытую: новые собственники не намерены мириться с работой вполсилы, потому что это деморализует весь трудовой коллектив. Таким образом, безработица угрожает многим. Конечно, ее в некоторой степени смягчает быстрый рост новых субъектов хозяйствования в непроизводственной сфере, коллективы которых более мобильны и не так многочисленны.

Очень трудно живется в Литве пенсионерам, другим социально незащищенным группам. Мы постоянно чувствуем углубляющуюся поляризацию общества, дифференциацию доходов граждан, а следовательно, их покупательных возможностей. И хотя изобилие товаров радует глаз, но когда видишь стариков, инвалидов, многодетных родителей, позволяющих себе купить только самое-самое скромное и самую малость... Это воспринимается довольно драматично.

Знакомая картина? Так же воспринимается и у нас, в Украине. С небольшим только отличием: изобилием товаров в наших магазинах зачастую и не пахнет, а качество их оставляет желать лучшего. Расцвет мелкого бизнеса тоже пока откладывается в силу различных причин объективного и субъективного характера. Разве что массовая приватизация должна начаться со дня на день. Однако... даже самым ярым радикалам невозможно себе представить проведение в Украине аграрной реформы по литовскому образцу - с поголовным роспуском колхозов, реституцией земли (т.е. возвращением ее прежним владельцам) и восстановлением мелкого крестьянского хозяйства, эдакого символа довоенной Литвы. Впрочем, результаты аграрной реформы могли быть и получше, утверждает госпожа Прунскене, если бы эти крайне правые тенденции два года назад не возобладали. Пока же страна еще не полностью преодолела спад, происшедший в сельском хозяйстве после 1990 года.

А вот к опыту приватизации в литовской промышленности нам не мешало бы присмотреться повнимательнее.

- Ваучерная приватизация, - рассказывает госпожа Казимира, - практически завершена: ее срок продлен только до марта, чтобы люди могли вложить последние сертификаты то ли в покупку земли, квартиры, то ли в предприятие. В целом к негосударственному сектору в стране уже относится около 70 процентов предприятий. Но это голая статистика, из нее не видно, что представляет собой частный сектор. А здесь есть очень серьезные проблемы. Представьте себе акционерные общества, где контрольный пакет акций рассеян между тысячами мелких инвесторов (даже общее собрание акционеров собрать невозможно!), еще один значительный пакет акций - у государства, однако хозяина-инвестора нет и в помине. Да на таком предприятии приватизация и не могла привести к новому качеству хозяйствования. Надо ждать, пока акции скупят - лишь тогда возможен приход эффективного собственника.

Есть и другая сторона медали. Наши миллионеры, нажившие свои состояния кто в период бурного развития кооперации, кто позднее, экспортируя различные ресурсы из России и Украины, охотно воспользовались приватизацией. Купили по 30 - 40 предприятий, а сейчас они гибнут: нет денег на модернизацию, пополнение оборотных средств и т.д., нет людей, которые способны на каждом из них провести реструктуризацию производства, привлечь новых партнеров и инвестиции. Это уж и предпринимательством не назовешь. Вот такая приватизация является одним из больных моментов в Литве.

- Если верить обещаниям украинских руководителей, 1995-й станет для нас годом денежной реформы. В Литве это уже пройденный этап. Ну, и каковы впечатления?

- Стабилизация валюты - фактор положительный. Хотя это тоже не однозначно. Импортеру выгодно: зная, что доллар вот уже полтора года равен 4 литам и это соотношение не изменится ни завтра, ни послезавтра, он в любом случае в убытке не останется. Однако возникает противоречие между стабильным литом и интересами развития национального предпринимательства, естественным стремлением увеличить экспорт. Да, инфляцию мы сбили (если в 1992-м она составила 1160 процентов, в 1993-м - 188, то уже в 1994-м по предварительным оценкам - порядка 40 процентов), но ведь внутренние цены все равно растут и будут расти, пока не сравняются с мировыми. А коль так, выходит, что доллар в Литве девальвируется, и это крайне невыгодно для экспортера: закупать ресурсы, оплачивать работу приходится по постоянно растущим ценам, а экспортировать товары - по неизменным. От этого предприниматели и страдают.

Конечно, процесс повышения внутренних цен, сокращения разрыва между ними и мировыми происходит и у вас, и у нас, это естественное явление. Однако важно как можно быстрее выйти на мировые цены, тогда одним деструктивным фактором станет меньше. И с реформами надо определяться быстро, причем не в частностях, а комплексно.

- Много нестабильности в общество привносит и останавливающаяся промышленность, ставшие практически повсеместными вынужденные отпуска работников, особенно крупных заводов, комбинатов. А как у вас?

- Я уже говорила, что спад в экономике Литвы все еще не преодолен. Правда, несколько улучшились дела в легкой промышленности, а вот ситуация в электронной, станкостроении, прежде работавших на весь бывший Союз, по-прежнему остается тяжелой. Некоторые предприятия, чтобы выжить, выходят совсем на новый старт, иногда даже полностью меняют специализацию, скажем, вместо электросхем начинают по заказам западных фирм производить металлопродукцию. И ничего зазорного я в этом не вижу.

Думаю, есть три схемы, применимые и у вас, и у нас в новой ситуации. Прежде всего необходимо осознать, что мы являемся на рынке младшим партнером, точнее, субъектом - мало о нем знаем, да еще неизвестно, сумеем ли использовать эти знания на практике. Первый шанс заработать на хлеб - выполнение заказов тех, кто занимает на рынке лидирующие позиции, т.е. выпуск конкретной несложной продукции по довольно скромным ценам. Второй - это кооперация с зарубежными партнерами. Для нас это загрузка производственных мощностей и приобщение к ноу-хау, для Запада - возможность удешевить продукцию, что поможет в конкурентной борьбе. И, наконец, третье направление: зная свои сильные стороны и проведя соответствующий маркетинг, можно самим выходить на рынок с собственными ноу-хау. Но сейчас мы зачастую просто беспомощны: что и как производить - знаем, а как завоевать для продукции место под солнцем - проблема из проблем.

Наверное, не всем придется по душе такая вот довольно бесхитростная оценка наших успехов в бизнесе. Кое-кто поспешит возразить госпоже Прунскене: на каком, мол, основании она равняет Украину с Литвой. У нас и промышленный потенциал посильнее, и разработки ох какие замечательные, так что литовцам до нас... Но вот здесь еще, честно скажем, вопрос: кто на кого должен равняться, когда речь заходит об умении жить в условиях рынка, перестраивать в соответствии с ним и производство, и человеческую психологию.

Госпожа Казимира говорит дипломатично: разные страны, мол, в разное время ушли со старта. Но стоит ли в наших непростых условиях зацикливаться на различиях? Не лучше ли рассматривать наши страны и других соседей по Балтийско-Черноморскому региону как потенциальный рынок, создавая приемлемые для всех правила взаимодействия на нем, не травмируя попусту друг друга постоянно меняющимся законодательством и всяческими надуманными барьерами? Не пора ли содействовать развитию друг друга? Возможно, со временем возникнет необходимость и в каком-то политическом оформлении этого сотрудничества, а пока лучше не торопиться, выдавая желаемое за действительное. А то не ровен час, повторим опыт СНГ, рожденного, по мнению собеседницы, не ко времени. Точнее, в то время, когда дезинтеграционные процессы в независимых государствах набирали разгон, а стремление к интеграции было не более чем благим пожеланием, слабо подкрепленным экономическими реалиями.

У Литвы и Украины много точек соприкосновения. Среди наиболее перспективных для сотрудничества госпожа Прунскене назвала энергетику, транспорт, развитие телекоммуникационных систем, а также создание промышленно-финансовых групп в различных областях. Есть и еще одна общая проблема, касающаяся интеграции. Впрочем, говорят вслух о ней очень редко: дело-то щекотливое...

- Когда различные западные структуры, международные фонды выделяют средства под программы развития в странах с переходной экономикой, они, как правило, используются как источник заработков западных же экспертов. Наши ученые, эксперты при этом чувствуют себя слабой стороной, получая вкупе 5 - 7 процентов этих сумм, существуют даже наперед заданные ограничения. Так вот, на проведенном в минувшем году в Литве форуме, посвященном сотрудничеству Востока и Запада, было распространено обращение к главам правительств с призывом скоординировать действия и отстоять в европейских структурах позиции своих ученых, подвергающихся нынче дискриминации. Эту тему можно долго развивать. Замечу лишь, что если сильные специалисты не получат статуса полноценного партнера, им есть куда уйти - в частный бизнес, предоставив реализовывать все эти программы развития западным экспертам и нашим правительственным структурам. Но как проводить экономические реформы, когда в стране не подрастают высококвалифицированные кадры, приходит в упадок наука?

Если мы не способны отвоевать партнерский статус для ученых, тогда трудно надеяться, что партнерские условия сформируются и в сфере бизнеса.

Не знаю, уловили ли вы, уважаемый читатель, нотку решимости при слове «отвоевать». Впрочем, даже если эта «война» и состоится, она будет абсолютно бескровной, полностью выдержанной в рамках этикета. Тем более, что, по мнению Казимиры Прунскене, Литва, как и Украина, является слабой стороной по отношению не только к Западу, но и к Востоку. А пользоваться своей слабостью надо уметь.

Как здесь не посетовать, что, в отличие от прибалтийских, наши женщины все еще пребывают на вторых, а то и вовсе на второстепенных ролях у госпожи Политики: у той в чести все больше мужчины. Не потому ли этой непредсказуемой даме зачастую недостает не только интуиции и мудрости, но и элементарной последовательности?

Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Нет комментариев
Реклама
Последние новости
USD 26.73
EUR 28.60