НИ ТРОНА, НИ ПЛАХИ, ИЛИ «БЕЛЫЙ ДОМ» ПО-КИЕВСКИ: НЕ РАЗОГНАТЬ, А ЗАПЕРЕТЬ...

Ирина Погорелова 17 февраля 1995, 00:00

Читайте также

Демократия не бывает добровольной. Она под именем «общественного договора» возникает только как результат истощения сил соперничающих за единоличную власть сторон. Последняя политическая неделя в Украине прошла в этом смысле под знаком надежды на спасение демократии. То есть со всей очевидностью был продемонстрирован упадок сил противоборствующих ветвей власти, или, точнее, лиц, по меткому выражению Леонида Кравчука, болтающихся на этих ветвях.

Очередной всеобщий политический кризис, еще недавно казавшийся чреватым авторитаризмом или новой социалистической революцией, а в какие-то моменты — и «ползучей интервенцией» со стороны бывшего «старшего брата», — уже на прошедшей неделе обнаружил необоснованность такого пессимизма. «Старший брат» отодвинулся за почти полностью признанную им неприкосновенной государственную границу Украины и пока задумался о собственных внутренних проблемах и национальных интересах, оставив Украину и ее власти в подобной же позиции. Последние же на досуге занялись вопросами обустройства собственного отечества с таким азартом и в таком стиле, что чуть было опять не напугали немногочисленных сограждан, еще продолжающих следить за их деятельностью.

Что, собственно, произошло? На первый взгляд, нечто, весьма напоминающее одновременно и подготовку к ГКЧП, и предоктябрьскую «разминку» 1993 года в Москве. А именно. Президент Кучма среди зимы вдруг решил отбыть на отдых. По его словам — чтобы избавиться от докучливых посетителей в своей, не идущей ни в какое сравнение с назарбаевской, резиденции, и в тиши Трускавца, и в окружении своих советчиков подготовиться к ежегодному докладу. А в это время парламент принялся за склоку с президентской администрацией по вопросу о попранных ею правах народных депутатов, в сущности же — по персональному делу Дмитрия Табачника. Хотя этой склоке был придан глубокомысленный характер ревизии правомочности самого существования такого полулегитимного органа, как президентская администрация, а главное — полномочий ее должностных лиц, — депутаты просто предавались наслаждению воображаемой расправы с конкретным даже не человеком, а его именем, в то время как этот человек не присутствовал ни на заседании, ни в самой столице. Конечно же, выпустив пар, парламентарии немедленно отыграли назад, ограничившись просьбой к Президенту повнимательней присмотреться к своему окружению.

Фарс, разумеется, в сравнении с трагедией — вещь утешительная. Только не на фоне нашего экономического кризиса. И Трускавец, конечно, не Форос. Но, уезжая на отдых, Кучма все же должен был позаботиться, чтобы в столице не осталось кого-то, кто (пусть даже из-за привычки к подражательству) способен был бы приступить к спасению родины от безвластия или двоевластия путем введения украинского ГКЧП. Может, именно из этих соображений Кучма и забрал с собой во Львов (на совещание хозактива города!) и министра экономики, и министра финансов, и самого главу нашкодившей администрации. Впрочем, в Киеве остались такие серьезные люди, как первый вице-премьер Марчук, у которого вполне могут быть основания для желания одним махом избавить страну от невнятного «нового мышления» народоизбранного, и министр обороны Шмаров, да и все остальные «силовики». Однако Кучма со всем основанием положился как на их ум, предохраняющий от жалкого плагиата в отношении ГКЧП, так и на их профессиональное достоинство и элементарную занятость важными государственными делами, не позволяющими примерять мундиры «черных полковников». Почему Кучма не побоялся оставить столицу на попечение парламента и его спикера Мороза — вообще не вопрос. Не побоялся, потому что нечего бояться.

На своей «прощальной» пресс-конференции Президент как-то устало или небрежно проронил, отвечая на традиционный вопрос о проблеме власти: Верховный Совет назначил правительство, пусть с ним и разбирается. Этой роковой фразой Кучма как раз и спровоцировал «разборки» в первую очередь со своей администрацией, которые чуть было не загнали парламент в сферу превышения собственных правовых полномочий, после чего Президент имел бы полное право сделать с ним именно то, что записано в его проекте Закона о власти. Следует отдать должное депутатам от группы «Реформы» — они уберегли ВС от этой глупости. Сам Александр Мороз чуть было не проглядел этот ляп, поскольку слишком внимательно следил, как бы правые не воспользовались случаем для превращения расправы над Табачником в расправу над президиумом ВС, чем они так давно грозят. Парадокс, но в результате парламент выдал настолько взвешенное в юридическом смысле постановление, что сам, должно быть, удивился.

Однако в перспективе у ВС проблема посложнее. Отчет правительства, вердикт по которому должен, наконец, отделить «зерна от плевел». Отчет президиума, после которого либо руководство ВС действительно сменится, либо закрепится навсегда. Закон о власти, о работе над которым согласительной комиссии так тепло отозвался Кучма (что само по себе не может не настораживать Мороза). Наконец, Закон о местных советах — забытый как будто, но всегда готовый вынырнуть на поверхность, чуть в Законе о власти появится брешь... Узел этот уже пробовали «рубить», но ни диктатурой, ни референдумом, ни кулуарными торгами, ни совещаниями с местными властями он не рубится. Вопросы все равно возвращаются в парламент, и ему придется принимать по ним решения. И это будут законодательные акты, и они будут проходить нормальную процедуру согласования в комиссиях, и дело будет тянуться долго, но тексты все же будут редактироваться, согласовываться, отправляться на доработку, пресса будет нервничать и поносить тугодумов-депутатов... Но парламент все-таки вынужден будет решить весь этот комплекс вопросов. В сущности, ему, как и всей Украине, уже нечего терять, кроме времени. Уехав в «отпуск» в феврале, традиционно нарушив собственное обещание решить вопрос о власти еще в январе, Кучма приговорил парламент к худшему, чего тот от него ожидал: заставил его работать.

Надо отдать должное второму Президенту Украины: он заставил работать и... первого президента. Народный депутат Леонид Кравчук, от имени которого вопрос о власти по-прежнему неотделим, развил в последнее время фантастическую активность. И не только в области создания всевозможных фондов и общественных организаций, но и в области привлечения, по его собственным словам, крупнейших «акул капитализма» вроде Дженерал Моторс и Форд, как потенциальных инвесторов в украинскую экономику. Регулярно критикуя Кучму, Леонид Кравчук, однако, всячески поддерживает идею создания сильной исполнительной вертикали, а кроме того, подсказывает замечательную мысль: время работает на закон. То есть даже если законы пока не выполняются, надо их принимать, и в свое время они заработают.

После таких слов было бы нелогично, чтобы Леонид Макарович, да с его-то опытом, не помог парламенту создать лучшие в мире законы. И только лучше — честнее и надежнее для дела — если при этом сам он будет стремиться к возвращению на президентский пост или лоббировать интересы крупного частного западного капитала, создавая конкуренцию лоббистам МВФ, Мирового банка и других весьма скупых кредиторов. Кстати, сейчас Кравчук может стать и внутренним источником интенсификации работы парламента, даже без смены президиума (в которую он не верит): едва ли Мороз позволит себе нарушить регламент по отношению к такому депутату, если тот возьмется вносить законопроекты, выступать с трибуны или даже с места. А как благотворно может повлиять Леонид Макарович на очередную перестановку политических сил в парламенте! Ведь готовится же он провести съезд всех патриотических сил Украины под знаком «Порозумiння», так как же после этого не создать в парламенте влиятельную фракцию по имени, например, «Патриоты». Вместе с будущей фракцией Либеральной партии и группой «Независимые» они смогут создать реальный противовес левым, имея при этом такое неоспоримое преимущество перед нынешними «правоцентристами», как значительная финансовая поддержка весьма далеких от парламента кругов. А ведь это и есть одно из начал демократии, когда не нуждавшиеся в законах мощные финансовые круги начинают испытывать такую потребность и реализовывать ее через столь серьезных политиков, как Кравчук.

Возвращаясь к теме вынужденной демократии, которая, по ряду признаков, начинает вызревать в Украине, нужно подчеркнуть, что скрупулезный анализ-прогноз всевозможных комбинаций типа президент-премьер, премьер-спикер, администрация-Кабмин, премьер-губернаторы и т.д. и т.п. — сегодня представляется абсолютно бессмысленным. Как и проблема, «сдаст» ли, например, Кучма Табачника или кем, в случае чего, заменят Мороза. В ближайшее время кто-нибудь кого-нибудь обязательно сдаст и кто-нибудь кого-нибудь заменит. Важно, с каким политическим потенциалом для развития этой демократии Украина останется. К сожалению, действующие лица и исполнители последних наблюдаемых нами эпизодов подтвердили тот печальный факт, что Украина все еще лишена нового поколения политической элиты, способной продемонстрировать что-нибудь внушительное и свежее в древней игре под названием «борьба за власть». Можно только вздохнуть о загубленном в агонии комсомола здоровом карьеризме нынешних молодых выдвиженцев, которых не хватает ни на блестящую авантюру, ни на изящную интригу, ни на амбициозный, но все-таки полезный упорный труд для своего, извините, государства, которое, как ни крути, щедро сегодня раздает и чины, и к чинам.

Как всегда, остается надежда, что еще более молодая элита появится в связи с новыми выборами. Пока же украинская демократия измеряется остатками моральных и интеллектуальных сил все той же посткоммунистической номенклатуры, любящей ссылаться на потребность в цивилизованной жизни своих детей и внуков.

Говорить здесь о возрастном цензе наших политических и государственных деятелей приходится только потому, что переход от старой конституции к новой (а это тоже запирающий момент нашей демократии) невозможен ни с точки зрения революции, ни эволюции. Первая требует крови, вторая — десятилетий. Конституционный процесс в условиях Украины мог бы носить характер творческого созидания, требующего напряжения всех интеллектуальных и духовных сил. Требовать этого от уходящего поколения, даже без учета его политической окраски, — неразумно. Потому все-таки придется ждать, но, возможно, не десятки лет, а столько, сколько потребуется каким-либо политически структурированным авторам новых проектов конституции, чтобы они использовали свой проект Основного закона как предвыборную программу. Такой вариант обретения Украиной своей конституции кажется куда реалистичней сегодня, чем выработка такого проекта ныне действующей конституционной комиссией.

Вообще, ждать и догонять, похоже, становится нормой украинского политического менталитета эпохи ясельной государственной независимости. В каком-то смысле это тоже диалектическая пара, и в этом тоже есть что-то от демократии.

Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Нет комментариев
Реклама
Последние новости
USD 26.76
EUR 28.75